Кирилл Коробко – Отнятый мир (страница 5)
– Эту книгу я принес из Гривенхэвена, уже будучи учеником священника…
– Вы ходили в Гривен?
– Гривенхэвен, мой мальчик. Гривенхэвен. Тебе надо начинать говорить правильно. Ты же будущий священник.
Старик дал Брэду кусок доски и острую палочку. На доску был нанесен слой воска.
– Вот, держи, Брэдерик. Сейчас мы будем искать в Книге буквы, а ты писать их на этом слое воска. Так ты научишься читать и писать сразу.
– А зачем вы ходили за Книгой в Гривенхэвен?
– Та Книга, которая была у моего воспитателя, мистура Хендерсона, пришла в совершенную негодность. Она рассыпалась в прах, а строчки на страницах выцвели вконец.
Он горестно покачал головой:
– Пришлось мне раздобыть новую Книгу… По ней я учился читать у мистура Хендерсона… Боюсь, Брэдерик, эта Святая Книга тоже доживает свои дни. Наверно, тебе придется сходить в Гривенхэвен, чтобы принести свою Святую Книгу. По ней ты продолжишь обучение и будешь учить читать других людей…
Святая Книга
За тот месяц, пока Брэд прожил у мистура Везли, Бо почти ничего не ел. Он отказывался от еды и сильно отощал. Ноги у него так и не ходили. Он лежал на циновке возле очага и все время плакал.
– Не делай моей ошибки, Рэд, – сказал Бо. – Признаюсь, я ленился… и не хотел как следует учиться у мистура Везли. И вот… стоило мне сплоховать, играя на дудке пилот-тон2, как лича сразу меня ударила… Я сам виноват. А ты учись хорошенько, не ленись только…
Эту мелодию Брэд выводил на дудке раз за разом… и никак не мог правильно повторить ее. Она состояла из свиста, перемежающегося отрывистыми булькающими звуками.
Брэд спросил у мистура Везли, почему эту мелодию называют «пилот-тон», но мистур Везли и сам этого не знал. Он сказал, что так называл эту музыку его учитель, преподобный мистур Хендерсон, а тот, в свою очередь, услышал это название от своего учителя…
Они сели читать. За это время Брэд выучил все буквы и уже бегло читал вслух. Но увы… смысл прочитанного ускользал от Брэда, хотя буквы и выстраивались в слова, а слова в фразы. Слишком много было незнакомых слов, а многие слова, хоть и были понятны, в Святой Книге были написаны слишком сложно. Слишком вычурно. Слишком витиевато.
Положив перед собой Святую Книгу, Брэд читал вслух:
Пока Брэд читал, мистур Везли внимательно слушал, иногда поправляя его, когда Брэд произносил слова неправильно. Ему-то полагалось знать Святую Книгу наизусть.
– Что такое «кисть», мистур Везли? И зачем «белить» забор?
Мистур Везли, нахмурившись, провел ладонью по старческой щеке:
– Кисть… это вроде пучка шерсти, привязанного к палке. Кисть макают в белое… Вот как ты покрываешь свою лодку жиром. Потом мажут этим белым забор, чтобы он стал светлым, как снег.
Он поднял глаза.
– А «белить» – значит, делать чистым. Чтобы работа была не тьмой, а светом.
Брэд моргнул.
– Зачем? Ведь дождь пройдет, подует ветер… и забор снова грязный. Грязь все равно вернётся.
– Вернётся, – согласился священник. – Но человек потому и человек, что не смиряется с грязью. Он белит, забор пачкается дождем, человек снова белит… Так и живет.
Он постучал пальцем по Книге:
– Том белит забор… будто чистит свое сердце. Так наши деды чистили душу молитвой, а тело – холодной водой. Понимаешь, Брэд? Не в заборе дело. Важно не пустить мрак внутрь души…
Он помолчал, потом тихо добавил:
– И ещё… В этой Книге мальчик Том показывает, что работа ему в радость. И поэтому другим тоже хочется ее делать. Так бывает и с верой. Когда человек светится сам – другие тянутся к нему…
Брэд был впечатлен:
– Вы так здорово все объяснили, ваше преподобие! – с чувством сказал он. – Я теперь стал понимать Святую Книгу гораздо лучше. Ваш учитель, мистур Хендерсон, тоже учился по ней?
– Нет, Брэдерик. Ты ведь слышал уже, что эту Книгу я принес из Гривенхэвена? Старая Книга мистура Хендерсона стала такой старой, что ее страницы просто расползались на глазах. Она до сих пор хранится у меня где-то…
Густи
Наступила весна – самое голодное время.
За эту зиму умерло несколько стариков и младенцев. А еще умер ученик его преподобия, Бонифаций.
А еще весна – самое подходящее время, чтобы приманить густи. Зима уже прошла, снег сошел.
Брэд уже который час сидел неподвижно. Маленькая клетка из камыша давно сплетена. Брэд тщательно запомнил все, что полагалось знать про содержание густи…
Вот только своего густи у него еще не было…
Нор и Таг находились рядом, на расстоянии броска гарпуна. Они охраняли Брэда, чтобы никто – ни дикие собаки, ни свиньи, ни лича – не напал на него внезапно.
Рин Фишбэ, женившись на Лиз, покинул хижину холостяков. Поэтому Нор и Таг взяли Брэда в свою компанию. Они привели его в это место, чтобы он мог приманить себе густи.
Брэд сидел, не шевелясь. Он даже моргать старался пореже. Он держал на ладони клеточку, в которую были положены лакомства, от которых ни один густи не откажется. Это были распаренные и чуть подсоленные зерна овса. Мышки шастали вокруг него, но ни один густи не решался приблизиться. Брэд был терпелив.
– Не всегда удается подманить густи в первый же день, – «обнадежил» его Нор, показывая ему пригорок, на котором Брэд должен был поймать густи. – Иногда приходится приходить на одно место несколько дней подряд. Тогда густи перестанут тебя бояться. Один из них выберет тебя – и подойдет за угощением. Он-то и будет твоим другом.
Солнце клонилось к горизонту. Скоро кончится день. Пора было возвращаться в поселок. У Брэда затекло тело, но он все равно старался не шевелиться. Ведь, если он спугнет мышек, они разбегутся… и придется начинать все сначала.
Наконец, один мышонок, с блестящими глазками, розовым носиком и надорванным ухом подошел к руке Брэда. Он присел на задние лапки и смешно стал водить носиком из стороны в сторону, обнюхивая пальцы Брэда.