Кирилл Клеванский – Матабар VIII (страница 9)

И стоило ему об этом подумать, как он заметил мерцание стального взгляда единственного глаза, на мгновение полоснувшего по его фигуре. Ардан опомнился и снова вытянулся по струнке – настолько, насколько умел. Последнее, чего он хотел, – привлекать лишнее внимание такого человека, как генерал-герцог Олег Закровский.

– Но я был обязан сообщить о своем исследовании, изложенном в данном отчете.

– Исследовании, значит… – протянул премьер-министр. – Разве не вы несколько лет назад ходатайствовали о том, чтобы возглавить группу аудиторов в Черном Доме?

– Совершенно верно, ваша светлость. И, спешу заметить, наши отчеты повлияли на принятие нескольких важных решений касательно деятельности Второй канцелярии.

– Разумеется, – кивнул премьер-министр. – Мне просто искренне любопытно, господин Криницкий, что могло заставить уважаемого генерал-лорда, который… напомните мне, пожалуйста, где вы служили?

– Я проходил службу аудитором линии снабжения четвертой армии, ваша светлость.

– А, разумеется, военный бухгалтер, – еще раз кивнул премьер-министр. – Так что же вы, господин бухгалтер, такого серьезного принесли мне, что добивались личной аудиенции почти полтора месяца?

– Со всем глубочайшим уважением, ваша светлость, но в моем исследовании, – Цилиндр указал на папку открытой и весьма влажной ладонью, – я подробно изложил свои мысли, подкрепленные моей группой…

– Вашей группой? – немного удивленно переспросил премьер-министр.

– Прошу простить, ваша светлость, – группой, назначенной Парламентом.

Генерал-герцог согласно кивнул и сделал жест, предлагающий продолжить. Явно при этом намекая, что открывать папку он не станет.

Цилиндр шумно сглотнул и взял слово.

– Согласно проведенному аудиту, мы можем однозначно сказать, что если ничего не сделать с прецедентом, то в течение следующих десяти лет может возрасти количество мелких аптек, что увеличит процент случайного прохождения регуляторных норм. Отсюда – рост контрафактной продукции и увеличение общей нагрузки на систему здравоохранения, которая на данный момент на шесть-семь процентных пунктов финансируется Короной.

Ардан почувствовал, как белье и даже сорочка прилипают к спине. Цилиндр говорил… про их с Баженом и Борисом аптеку? Они, конечно, предполагали, что картель рано или поздно нанесет свой удар, но за столько времени так ничего и не произошло. Всем троим начало казаться, что аптечному картелю попросту нет дела до маленькой аптеки на краю района Первородных.

Видимо, все обстояло несколько иначе…

– И в чем суть вашей инициативы, господин Криницкий, раз уж вам потребовалась встреча с премьер-министром? – все так же тепло и даже радушно спросил господин Закровский.

– Я предлагаю, ваша светлость, рассмотреть возможность вынесения законотворческого проекта, по которому будет сформирован единый фармацевтический регулирующий институт, – начал пояснение Цилиндр, при этом не сводя взгляда с папки. – Подконтрольный, разумеется, Парламенту. Дабы Корона и Народ могли напрямую, совместными усилиями, контролировать качество аптекарской продукции, а также ответственно подходить к выбору тех, кто ее реализует.

Ардан прикрыл глаза и выровнял дыхание. Так вот почему картель никак не реагировал на их аптеку, пусть и не быстро, пусть и постепенно, но постоянно увеличивающую поток своих клиентов. Зачем им бороться с одним-единственным прецедентом, тем более находящимся вдали от их условной юрисдикции, если можно было закончить все разом. И с аптекой в районе Первородных, и с любыми другими попытками прочих желающих найти какой-то способ обойти длинные щупальца аптечного сговора.

– И кто же будет возглавлять данный новый регуляционный орган, господин Криницкий? – с легкой улыбкой, чуть вздернувшей наверх кончики пушистых усов, уточнил премьер-министр.

– Полагаю, мы можем провести открытый конкурс на позицию, дабы выбрать наиболее компетентного кандидата из числа тех, кто уже напрямую задействован в данной отрасли, – тут же выпалил Цилиндр.

Тут даже скудных познаний Арда в канцелярском языке (спасибо общению с Баженом) было достаточно, чтобы понять глубинный смысл слов генерал-лорда Криницкого. По какой-то причине он ходатайствовал на благо аптечного картеля, а если его предложение обретет форму, то во главе нового регулирующего института встанет… непосредственный член данного картеля. При объявлении открытого конкурса среди тех, кто уже и так работает в сфере (что звучало на поверхности вполне логично и даже конструктивно), картель вновь сговорится, и позицию займет их человек.

А там нетрудно предположить, что именно произойдет с любыми мелкими аптеками. Сперва в столице, затем в Метропольской губернии, а затем и во всей Империи. Может, не сразу. Может, даже не за первые десять лет. Но однажды, пускай и за четверть века, картель, укрепленный всей мощью бюрократического и чиновничьего аппарата Империи, полностью монополизирует рынок фармацевтики. И вместе с этим сможет напрямую извлекать прибыль из реформы Здравоохранения, проведенной его императорским величеством.

Ардан мысленно дал себе оплеуху. Они с Баженом думали, что картель отправит к ним каких-нибудь бандитов или прочих хулиганов. Как-то попытается отпугнуть публику. Но… зачем? Зачем утруждать себя маленькой аптекой со слишком громкими фамилиями на вывеске, если можно попытаться под шумок захватить всю страну?

Выражаясь языком поклонников Магического Бокса, такие люди играли совсем в другой лиге. В той лиге, о правилах которой Ард не то что не догадывался – он даже думать о них не хотел. Милар все правильно говорил. Не стоит лезть в политику – им слишком мало для этого платили.

– И поэтому вам, господин Криницкий, потребовалось мое участие, дабы я воспользовался своим правом вынести законопроект на голосование в Верхнюю Палату, минуя инстанции младшего порядка?

– Совершенно верно, ваша светлость.

Впервые за все время Цилиндр позволил себе улыбнуться и даже немного расслабиться. Он, видимо, почувствовал, что дело в шляпе… в цилиндре, если опуститься до пошлого каламбура. Примерно так же однажды Арди ошибался, когда полагал, что Гута не замечает, как его любимый куст ежевики подъедает маленький ученик барса. Шрамы заживали почти полсезона, но урок был усвоен на всю жизнь.

– Позвольте спросить, господин Криницкий, – премьер-министр разжал пальцы и откинулся на спинку кресла, – в чем резон такой оказии?

– Прошу прощения, ваша светлость?

Герцог Закровский постучал костяшками по папке.

– Раз данная инициатива направлена на улучшение жизни Народа, то зачем миновать стандартную процедуру? Воспользуйтесь стандартными административными каналами и внесите законопроект на рассмотрение в Нижнюю палату. Пусть Народ как раз сам и посмотрит, нужен ли ему подобный дополнительный бюрократический аппарат или нет.

– Но, ваша светлость!.. – едва было не повысил голос Цилиндр, но тут же стушевался. – Чтения в Нижней палате, учитывая очередь и загруженность депутатов, могут занять до года! Если не дольше.

– Я не вижу срочности в данном вопросе, – коротко парировал премьер-министр.

– Из-за прецедента в районе Первородных группа аудиторов полагает, что в скором времени, если прецедент окажется экономически выгодным, практика может распространиться, как зараза, на всю страну!

Ардан полагал, что вчера вечером хотел провалиться под землю. Как же он ошибался. Под землю он хотел провалиться именно сей…

– Зараза, значит, – внезапно произнес премьер-министр и повернулся к Арду. – Как удачно, видят Вечные Ангелы, совпало, что один из создателей данного прецедента как раз находится с нами в одном помещении. Господин Эгобар, будьте любезны, снимите маску и ответьте на пару моих вопросов.

Ардану стало трудно дышать. Воздух разом выбило из легких, а голова слегка закружилась. Его затошнило. Такого волнения он не испытывал со времен, как увидел Тесс в вечер их первого свидания.

Ард повернулся к капитану Понских. Все же его просили нарушить регламент, но тот лишь коротко кивнул. Но… почему?

Что здесь происходило?

Ардан медленно потянулся к лицу и стянул с себя кожаную морду ослика.

Цилиндр несколько раз хлопнул ресницами, да так и остался сидеть с открытым ртом.

– Да, ваша светлость, – едва ли не прохрипел Ардан. Он судорожно пытался вспомнить детали их бухгалтерии, каналы поставок, контрагентов и… Спящие Духи!

Да он мало того что не помнил большей части, так еще и весомую толику информации банально не знал! Подобными деталями занимался Бажен, а в задачи Арда входило создание Лей-лекарств, с которыми он, пусть и на самом простом уровне отваров Эан’Хане, вполне справлялся. К чему-то более сложному они не притрагивались по целому ряду причин. Самая главная из которых – отсутствие нужных компетенций. Звездная алхимия далеко не сильнейшая из сторон научного познания Арда, впрочем, в ней он разбирался лучше, чем в той же практической части военной магии.

Но он не мог так ответить, проклятье, премьер-министру Империи! А что, если он сейчас вообще провалится? Что тогда? Подведет не только Бориса с Баженом, но и всех тех, кто уже заказал их отвары и рассчитывал на них!

О Спящие Духи! Что там Бажен говорил о сложности зимней сессии? Кстати, перенесенной из-за Конгресса на целый месяц.