Кирилл Кащеев – Ирка Хортица и компания. Брачный сезон (страница 58)

Он не может освободиться от наброшенного ведьмой поводка. Не может вернуться в Ирий, прямо в пасть разъяренной драконицы. Не может сбежать из проклятого города туда, где еще остались живые леса и чистая вода, потому что там его наверняка ищут человечьи богатыри или предатели-оборотни, чьих предков он одарил когда-то, чтоб потомки однажды выступили против него на человечьей стороне. На стороне его дочери.

Он, наконец, отцепился от дерева и спотыкаясь, побрел дальше. Ирка Хортица, Хортова кровь… а почуять, что ее давний враг совсем рядом, не может, кутенок недоразвитый. Уже несколько лет он ходит по тем же улицам, дышит тем же воздухом и пьет ту же воду! И мучительная слабость держит его в плену вернее, чем заточение в камне, устроенное ему Табити. Только и остается, что жалкой тенью следовать за дочерью, подглядывать из-за угла, следить из темноты, надеясь… на что? Он и сам толком не знал. Удачу, шанс, случайность. Поэтому сегодня ему обязательно надо было дойти, во что бы то ни стало.

Пошатываясь, он остановился перед плакатом. «I-я региональная конференция: экологическое положение наднепрянских земель»

– Конференция. Как будто это поможет. – презрительно процедил он. – Сдохните все! Вот это поможет.

Цепляясь за стенку, он доковылял до дверей, и почти повиснув на ручке, ввалился внутрь. Ученого вида мужи и дамы собирались группками, что-то оживленно обсуждая. Сквозь распахнутые двери видны были ряды кресел и трибуна, с которой доносился размеренный голос докладчика, то и дело перебиваемый возбужденными выкриками из зала.

– Слышь, Петрович, глянь, тут бомжара какой-то приперся – выкинуть его? – насторожился охранник у турникета.

– Сдурел? Конференция у нас какая, понимать надо! Ты его выкинешь, а он окажется никакой не бомжара, а из этих… экопоселенцев. Ну, которые без телевизора, холодильника и водопровода единяются с природой с утра до вечера, а вместо того, чтоб будильник завести, петуха за хвост дергают.

– Топором бриться у него явно не получается, вон как зарос. Чисто мой Барбос.

– Программа конференции, список докладов, если нужно оборудование – 32-я комната, отметить командировку – 21-я, ваша фамилия, пожалуйста… – не поднимая глаз от разложенных перед ней бумаг, девушка за столиком у входа протянула отпечатанные на дешевой бумаге брошюрки. Ответа не услышала, подняла голову, никого перед собой не обнаружила, пожала плечами, и тут же переключилась на следующего.

Он обессилено прислонился к отделанной мрамором колонне и принялся листать брошюру. «Проблемы восстановления пахотных земель» – нечего их было ядами травить, так и проблем бы не было! «Рециклинг отходов» – надо же, слова какие, а всего лишь прикрывают, что их мир превратился в свалку. «Охрана окружающей среды» – они собираются загнать всех человеков куда-нибудь и охранять, чтоб те не вылезли? «Большие города и промышленные зоны: экологические проблемы и пути их решения». Он зарычал сквозь стиснутые зубы и не обращая внимания на удивленные взгляды, разорвал брошюрку пополам и еще раз пополам. У этих самых городов и зон нет проблем! Потому что они сами – одна большая проблема! Не будет их и проблем не будет!

– И все же, профессор… Вот если конкретно – что мы можем сделать?

Слух, более острый, чем у любого из человеков, донес звук знакомого голоса и сразу же нахлынул запах, еще далекий, но уже четко различимый. Он слышал этот запах всего раз в жизни, но узнавал безошибочно. В горле его заклокотало рычание, а волоски на шее встали дыбом.

– Вот прям так взять – и сделать? Ирочка, Ирочка… Ну вы же не Грета Тунберг, а серьезная, хороша образованная девушка! А пытаетесь с наскока решить проблему, которую мы сперва столетие создавали, а теперь уже полстолетия пытаемся хотя бы сгладить!

Они появились наверху широкой лестницы: средних лет мужик в затрепанных защитных штанах и растянутом свитере, больше похожем на лесника, чем на профессора, и зеленоглазая брюнетка лет восемнадцати, в брючном костюме настолько дорогом и при этом настолько неброском, что она могла быть разве что современной принцессой, а никак не простой студенткой биофака. При этом он точно знал, что мужик был именно профессором (хотя и лесником когда-то тоже), а девушка – студенткой, и точно не была принцессой (в обществе, где она вращалась, принцесс за важных особ не считали).

– Допустим, мы проводим полную рекультивацию земель после промышленного использования, так? Убираем промышленный объект… свалку оставшуюся вывозим… засаживаем бобовыми, чтоб фиксировали атмосферный азот… А потом с этой землей что делать? Она пойдет или под посев, или под пастбище, а посевы и пастбища, как вам, Ирочка, прекрасно известно, пусть и не так быстро, но тоже истощают землю. А если мы устраиваем на этом месте заповедник… то позвольте, куда мы деваем тот самый промышленный объект? Переносим на другой участок, пусть там загрязняет? Так и будем таскать туда-сюда: нагадили-почистили, почистили-нагадили? А попробуй мы превратить наш мир в один сплошной заповедник, единственное, что мы получим, это оголодавшее и «охолодавшие» толпы, которые просто сметут умников, решившихся на подобный экологический эксперимент!

– Значит… получается… нам нужно что-то… некий фактор… возможно, биологический… который бы действовал постоянно, полностью нейтрализуя все, что мы… гадим?

– Вот почему вы мне нравитесь, Ирочка, даже несмотря на ваш порой невыносимый характер… – после недолгой паузы сказал профессор. – Там, где я слезно жалуюсь на проблему, вы пытаетесь нащупать путь к решению.

– У меня отличный характер, профессор. – с достоинством сообщила его собеседница. – Идеально подходящий к моей работе.

– Давно хотел спросить: эта компания, где вы подрабатываете – что заставляет их финансировать наши конференции? Как-то мы уже отвыкли от подобной благотворительности.

– Никакой благотворительности, компания и впрямь ищет практический ответ.

– Как решить экологические проблемы региона? Однако у них и амбиции!

– Ну что вы, профессор, они вовсе не собираются решать проблемы региона. Мы… они хотят решить экологическую проблему в целом… – ее слова прозвучали неожиданно рассеяно, и на скептический смешок профессора она не отреагировала.

Он снова поднял взгляд… и торопливо попятился. Она стояла у перил лестницы и принюхивалась. Ее ноздри трепетали, совершенно по-собачьи втягивая воздух, а глаза вдруг полыхнули как два фонаря, полностью «утопив» белки в сплошном зеленом пламени. Он торопливо шмыгнул за спины небольшой компании – бурно жестикулируя зажженными сигаретами, они говорили об очищении мировой атмосферы. Запах табачного перегара едва не заставил его захлебнуться в кашле, зато в этой вони растворялись все остальные запахи, превращая его в «невидимку». Девушка перегнулась через перила и теперь всматривалась в заполнявшую холл толпу. Ее взгляд рыскал, как потерявший добычу охотничий пес.

Он повернулся спиной, невидящим взглядам уставившись на доску объявлений и затылком чувствуя как жуткие пылающие глазищи шарят по сплошному «морю» голов внизу, хищно вглядываясь, выискивая, выцеливая… Словно раскаленный штырь вонзился в затылок, голову охватило пламя, а в груди запекся лавовый ком.

– Ирина Симурановна! Ирина! Вас просят подойти, тут с банкетом небольшая проблема.

– Я прошу прощения… – его чуткий слух уловил досадливое бормотание, потом быстрый перестук каблуков.

Банкет, ну конечно, это же самое важное, ради чего все эти… деятели на самом деле собрались! Огненный штырь будто выдернули из затылка, и он привалился к колонне, вытирая текущий по вискам пот. Взгляд порожденного им зеленоглазого чудовища, взгляд его дочери больше не искал его, вернув возможность жить и дышать. Они снова, в который раз разминулись, он снова сумел пройти у нее за спиной, проскользнуть рядом, так и оставшись незаметной тенью, невидимым соглядатаем. И убедиться, что у нее в очередной раз ничего не вышло! Невозможно сохранить и этот мир и пожирающий все вокруг себя человеческий род! Ей, вон, даже ее профессор это сказал!

Уже осознанным взглядом он окинул развешанные на стенде объявления. «Фильтры для воды: задерживают соли тяжелых металлов…» Он издевательски фыркнул. «Строительство отводных коллекторов» – новое фырканье. «Уничтожение токсичных отходов…»

– Ха-ха-ха. – не рассмеялся, а негромко, но выразительно проговорил он. А это что?

Распечатанный на принтере листочек – даже половинка листочка! – почти затерялся среди остальных объявлений. «Дорогие друзья! Многие из нас любят проводить время у озера и в роще Тоннельной балки. Сейчас тут стало неприятно: много мусора на берегу и в воде. Приглашаем всех, кто с удовольствием отдыхал здесь, и кто еще рассчитывает отдохнуть навести порядок в нашем любимом месте! Всех желающих расчистить балку от мусора ждем в субботу с утра и до позднего вечера!»

Он сдернул объявление и сжал его в кулаке. Совершенно по-человечески: сперва изгадить все, до чего дотянутся, а потом им, видите ли, неприятно! Правда, эти хотят убрать… И ничего у них не получиться! – он злорадно усмехнулся. Суббота – это ведь сегодня? Спорим, кроме тех, кто повесил объявление: сколько их может быть – двое-трое-пятеро? – никто не придет.