Кирилл Кащеев – Ирка Хортица и компания. Брачный сезон (страница 48)

– Как все дорого одеты. – словно отвечая на ее мысли, пробормотала мама. – Вот на том мужике… ну, который с девицей с разноцветными волосами… на гопника похож… куртка точно от Ralph Lauren, и все остальное, кажется, тоже.

– Тише! – шикнула Настя – мама говорила вроде, негромко, но круглоголовый, стриженный чуть ли не под ноль мужик, и впрямь похожий на братка из 90-х, обернулся и одарил их хмурым неприязненным взглядом. Шедшая с ним под руку худощавая девица и впрямь с разноцветными – наполовину красными, наполовину голубыми волосами – нетерпеливо потянула его за руку:

– Кофе, со сливками, обязательно!

– Давай я тебе просто банку сливок куплю… трехлитровую? Зачем в них еще кофе лить – только продукт переводить. – проворчал гопник и они скрылись в дверях ресторана.

Мимо прошла другая парочка: крепкий парень и стройная девушка. Насте пришлось приложить усилия, чтоб не пялиться девушке вслед: таких роскошных волос она никогда не видела! Золотые, как в каком-нибудь фильме-сказке, они спускались девушке ниже колен и лежали при этом волосок к волоску, не спутываясь. Где такие средства для волос водятся, вот бы спросить?

– Не видели, Дъна Лун прибыла уже? Мне с ней переговорить надо. – деловито поинтересовался вынырнувший из толпы полковник.

– Мы не знаем, кто это. – буркнула Настя – чувствовать себя совершенно чужой было неприятно. Словно ты камень – неподвижный и безгласный – случайно угодивший в бурный говорливый поток.

– Тьфу ты, я и забыл совсем. Вроде как привык, что вы все время рядом. – без всякого смущения фыркнул полковник. – Такая, с золотыми волосами ниже задницы?

Настя молча кивнула в стороны трибун. «Рядом!» Надо же! Она еще Рудого считала наглецом! Да все они…

– Приехала, отлично! – возрадовался полковник. – А ты, Настюха, не тушуйся! Сейчас Рудый прискачет, с ним пойдешь, он тебя с кем можно познакомит. – и умчался прежде, чем Настя успела поинтересоваться с каких это пор она ему Настюха. И вообще, она совершенно не собирается ждать Рудого! У них свои места есть, вот на них они и пойдут!

– Пойдем-ка мы на свои места, а то еще проталкиваться потом. – отец взял маму под руку. Но стоило Насте шагнуть за ним, как он отрицательно покачал головой. – А ты дождись Рудого! Я знаю всех состоятельных людей в области, но никого из этих никогда не видел. – он едва заметно пошевелил пальцами в сторону бурлящей, что-то восклицающей, радостно здоровающейся толпы. – Нельзя упускать возможность расширить связи.

Мимо с топотом прошествовало семейство: все здоровенные, широкоплечие и лохматые, здорово напоминающие вставших на дыбы медведей. Зато следующее – папаша, мамаша и семенящая цепочка очень похожих детишек – ну вылитый выводок ежат! Даже волосы торчком, как колючки! Мелькнуло несколько знакомых лиц: Елизавета Григорьевна наскоро улыбнулась, но было видно, что она чем-то озабочена. Зато внучка ее Настю не заметила вовсе – все внимание девушки было поглощено тем, чтобы старательно не смотреть на идущего рядом гибкого черноволосого парня.

– Вот в чем ничего не понимаю, так это в хоккее!

– Зачем тогда прилетел? – пробурчала Ирина, глядя на Настю чуть не в упор и при этом явно не видя.

– Если скажу, что мне было неудобно отказать Ментовскому Вовкулаке, ты мне поверишь? – насмешливо поинтересовался черноволосый.

«Занятное прозвище, это, типа, оборотень в погонах?» – усмехнулась Настя.

– Конечно, почему нет? – с преувеличенным энтузиазмом откликнулась Ирина. – Я же вот тоже пришла – и тоже ничего не понимаю в хоккее! Но неудобно отказать, тем более, мы им спонсора нашли.

Настя тяжко вздохнула вслед парочке: а теперь этот самый спонсор одиноко торчит у окошка как… позабытый зонтик! Вон, даже у восемнадцатилетних девчонок явно личные отношения какие-то, встречи-расставания… а она в свои двадцать пять ждет Рудого, потому что надо расширять связи и заводить контакты! Так-то он ей вовсе не интересен… и она ему, наверняка, тоже! И вообще, он же тренер, должен быть с командой, с чего полковник решил, что он придет? Пора уже отлипнуть от этого подоконника, все уже внутрь пошли, точно протискиваться придется. Раздраженно пофыркивая, Настя быстрым шагом пересекла холл, свернула в коридор, ведущий к проходам на трибуны… и замерла, завидев ярко, до боли в глазах, выделенные светом ламп фигуры: Рудый, со всем его ростом и шириной плеч, вжавшийся в стену, словно пытался просочиться сквозь нее, и блондинку в болотно-зеленом, под цвет выпуклых «лягушачьих» глаз, свитере под руку с аристократически-стройным господином средних лет. Коридор был уже пуст, потому голоса разносились далеко и гулко.

– Рудый, лохматик мой, как же давно мы не виделись! Ой, какая же я неловкая! Познакомьтесь, это Аргин Лун! Он занимается полезными ископаемыми. – в голосе ее звучало глубокое, трепетное уважение. – А это, господин мой Лун, Рудый. Ну вы сами видите, кто он.

– Здравствуй, царевна. – после недолгой паузы пробормотал Рудый.

– Ты, смотрю, все один? Ах, неужели из-за меня? Право же, я этого вовсе не хотела, я так надеялась, что ты тоже будешь счастлив.

Ах ты жаба лупоглазая! Унижать Рудого, чтоб выпендриться перед своим нефтяником? Настя сорвалась с места. Короткий бросок через коридор – и она едва не врезалась в шарахнувшегося от нее Рудого.

– До… дорогой! – ее ногти впились ему в запястье – а вот не надо вырываться, когда тебя выручают! Да еще с таким лицом, будто она съесть его хочет. – Прости, что задержалась! Какой ты заботливый, что меня дождался! Ну, пойдем… Ой! Прости, я не заметила, что ты разговариваешь. Я такая неловкая! – и одарила Рудого нежным туманным взглядом. «И нечего смотреть так, будто решаешь: в уме я еще или уже нет, когда я тут всячески изображаю, что никого, кроме тебя в упор не вижу». – Я Настя. – она наклонила голову и сморщила носик, зная, что эта гримаска превращает ее в милую девочку: на деловых партнерах проверено. Гримаска не подвела: нефтяник по фамилии Лун немедленно ответил заинтересованным взглядом. Лупатые зеленые глазищи стали злющими, а губы блондинки растянулись в совершенно жабьей улыбочке:

– Неужели мой милый рыжий волчок обо мне не рассказывал? Мы с ним были очень, очень хорошо знакомы!

– А! Я поняла, кто вы! – наивно возрадовалась Настя. – Так это с вами он… расстался? – коротенький смешок перед последним словом и тщательно замаскированное презрение в голосе – вот чуть-чуть просочилось, самую капельку! – не оставляли сомнений, что Рудой лупоглазую бросил, и вообще, на шкаф запрыгивал, когда та его за ноги хватала с криком: «Не уходи!». Судя по выражению лица нефтяника, тот так и понял. Настя окинула аж позеленевшую от злости лупоглазую небрежным взглядом и абсолютно равнодушно обронила. – Хорошенькая. Ну пойдем скорее, тебя же ребята ждут! Приятно было познакомиться! – и потянула Рудого за собой.

За спиной раздалось шипение – будто там бутылку с минералкой открыли.

– Вот только попробуйте оглянуться! – снова впиваясь ногтями в запястье Рудого, прорычала Настя.

Тот покосился как-то неуверенно, словно боялся, что у нее и правда клыки выросли, и пробормотал невпопад:

– Я и правда сам ее бросил. Вы не подумайте чего… я вообще-то девушками… не разбрасываюсь. Просто узнал некоторые подробности… биографии, после чего всякие отношения между нами стали невозможны.

– Как изысканно! Не напрягайтесь вы так. Я сразу поняла, что она – жаба! – хмыкнула Настя.

Тот снова дернулся:

– Откуда вы знаете?

– Так видно же! – с глубокой убежденность ответила Настя. Публично вытирать ноги о бывшего парня – себя не уважать. Ты ж его когда-то любила, значит, было за что?

– Видно? – переспросил Рудый и снова покосился на Настю неуверенно. – Ладно… Мы это с вами потом обсудим. – многозначительно пообещал он.

– Подождите… Это куда вы меня привели? – только сейчас сообразив, что ведет он ее не на трибуны, а к раздевалкам команды.

– Отвести вас к родителям я уже не успею. Надеюсь, вы не против посмотреть игру со скамьи тренера? – он улыбнулся и тут же торопливо добавил. – Надо же подтвердить, что вы – моя девушка, а то с царевны станется проверить.

– Ну если так… – с сомнением протянула Настя. За Игорьком можно будет заодно присмотреть. – Только не называйте ее царевной! Жаба она, жа-ба.

– Вот-вот… – кивнул Рудый. Настя снова удостоилась странного взгляда. – Она и есть. Если вы это видите, глядишь, и остальное тоже удастся объяснить.

Настя посмотрела на него вопросительно, но он только хмыкнул и рванул дверь раздевалки.

– Все, парни, пошевеливайтесь!

– Без нас не начнут!

– Рррразговорчики! Собррррались! Что еще я вам там должен сказать? «Надерите птичкам задницы?», «Крылья пооткручивайте, клювы своротите?» А, у меня всегда было плохо с фантазией. Сами придумаете, чего приятного им сделать. Ну… Аууууууу!

– Аууууу!

Настя невольно шарахнулась, вжимаясь спиной в стену – жуткий, многоголосый волчий вой рванул из раздевалки, а следом, дробно топоча – и парни в полной хоккейной форме. Игорь мрачно зыркнул на нее из-под шлема и пронесся мимо.

– Пошел, пошел! – Рудый подхватил ее под руку и поволок за собой. В какой-то момент Настя поняла, что она просто перебирает в воздухе ногами, а Рудый несет ее подмышкой. Прежде, чем она успела возмутиться, ее сунули в угол скамьи и Рудый помчался дальше. – Лохматый, главное, держите темп! И не поддавайтесь на провокации! Рыжий, тебя особенно касается.