Кирилл Кащеев – Готова на все (страница 48)

Совсем ушел или в туалет припекло? Да какая разница! Эля стремительно пронеслась через зал и почти бегом взлетела вверх по лестнице. Быстренько ухватить Яську и ходу, пока Цви не появился!

Дверь в спортивный зал была уже открыта. Озабоченные бабушки, покрикивая, гонялись с сухими футболочками за своими скачущими от возбуждения внучками. Тяжело дышащий, насквозь мокрый от пота Ясь, болтая ногами, восседал на сумке с собственной одеждой.

— Ты чего не переодеваешься? — с налету вытряхивая его из кимоно, грозно вопросила Эля.

— Потому что ты меня не переодеваешь, — с глубоким сознанием собственной правоты ответил Ясь, милостиво позволяя вертеть себя во все стороны.

— А сам? Такой уже большой мальчик… — затянула привычную бодягу Эля.

— Эля, иди сюда, — хрупкая тренерша, похожая на подростка в своем перехваченном черным поясом кимоно, поманила ее.

Эля сунула Яське штанишки и заторопилась:

— Он что-то натворил? — тревожно спросила она, на всякий случай кидая грозный взгляд на пыхтящего над штанами Яся.

— Как тебе сказать, — тренерша воровато огляделась и понизив голос, зашептала, — Я Ясику спарринг-партнера назначила, а тот с соседом заболтался. Ясь на весь зал как заорет: «Иди сюда, хватит там любовью заниматься!». — и не сдержавшись, она по-девчоночьи хихикнула. — Ты б ему как-то объяснила…

— Ну и как, по-твоему, я могу ему это объяснить? — раздраженно поинтересовалась Эля.

— Если б я знала как, я б сама объяснила. Ты мамаша, ты и решай, — резонно объявила тренерша.

Эля вернулась к Ясю, некоторое время молча разглядывала его склоненный затылок, потом скомандовала:

— Штаны снимай, — и тихо под нос добавила, — Герой-любовник…

Ясь, на всякий случай придерживая штаны, поглядел на нее настороженно и единым духом, без паузы, заученно отбарабанил:

— Я-ничего-не-делал-мамочка-извини-пожалуйста.

Эля только вздохнула:

— Ты штаны задом наперед одел. — она присела перед Ясем на корточки, помогая ему переодеть носки, — А я еще хотела убраться отсюда побыстрее.

Как всегда последними, они выбрались к выходу. Прощально кивнув охраннику, Эля уже взялась за ручку главной двери, но потом остановилась и задумчиво поглядела на вымощенный плиткой дворик и калитку ворот за ним.

— А пойдем-ка мы, Ясь, через синагогу, — задумчиво пробормотала она, за руку волоча Яся к неприметной дверце в стене.

Через извилистые коридорчики служебных помещений они выбрались в холл синагоги. В распахнутую дверь зала были видны несколько очень старых мужчин в круглых шляпах, погруженных в безмолвную молитву. Эля с силой толкнула тяжеленную металлическую дверь, выглянула наружу и выпустила Яся на улицу.

От одной из колонн входа отделилась высоченная мужская фигура. Навстречу Эле, словно фотовспышка, блеснула улыбка в 32 зуба. Сейчас в этой улыбке светилось легкое злорадство.

— Сложнее надо было мыслить — и идти через главный вход, — стиснув собственные зубы, процедила Эля.

— Я там тоже человека поставил, — мгновенно утешил ее Цви, — Право, не понимаю вашего упорства, мисс Элина! Если я правильно понял, ваши боссы запретили говорить со мной о работе покойного Савчука?

Ха, если бы только боссы!

— Отлично, не будем!

Удивленная его неожиданной покладистостью, Эля подозрительно поглядела на Цви.

— Но просто провести со мной время, пообедать в ресторане они не могли вам запретить!

— Что сделать? — опешила Эля.

— Мисс Элина, вы так изумились, словно мужчины никогда не приглашали вас в ресторан!

— Да пожалуй что наоборот — последнее время меня приглашают слишком часто. Подозрительно часто, — пробурчала себе под нос Эля, а вслух почти безнадежно возмутилась, — Какой ресторан! Вы что не видите, я с ребенком!

Сейчас этот американский «приглашальщик», точно как и отечественный, пропустит все упоминания о ребенке мимо ушей. Интересно, как он сумеет пропустить Яську мимо глаз — ребенок-то тут, вот он, стоит, зябко переминаясь у Эли за спиной.

Но Цви не стал пропускать Яську ни мимо глаз, ни мимо ушей:

— Я отлично вижу ребенка, — заверил он Элину, — Поэтому мы поедем в такой ресторан, где присматривают за детьми. — и он присел перед насупившимся Яськой на корточки, — Мисс Элина, не могли бы вы спросить для меня у вашего сына, хорошо ли он сегодня тренировался?

Элина пожала плечами, но все-таки перевела.

Яська хмуро кивнул — даже если эти взрослые говорят по-английски, но спрашивают всего об одном и том же!

— Наверное, награду заслужил? — искушающе поинтересовался Цви.

— Какую еще награду! — Эля раздраженно фыркнула по-русски.

Зато Яськина физиономия просветлела — кажется, дядька не совсем безнадежен и собирается говорить дело! Ясь снова закивал — часто-часто.

— Расскажите мальчику, что я знаю у вас в городе очень веселое место: там можно заказать много вкусного, там на воде красивый кораблик, есть маленький зоопарк со зверушками, целая комната со всякими играми и игрушками, и специальная тетя играет с детьми, пока взрослые сидят за столиками и разговаривают.

Яська жалостливо скривил губешки, явно преисполнившись сострадания к обделенным взрослым.

— …И я предлагаю туда поехать, — закончил Цви.

Этого уже Эля переводить не стала.

— Так, а мы с тобой едем домой! — решительно отрезала она и шагнула прочь. Снег сыпал все плотнее, надо побыстрее добраться до маршрутки, пока они еще в состоянии проехать по занесенным улицам.

Выражение лица Яськи стало трагическим, и он обиженно воззрился на Цви: дядька с ума сошел — расписать такое интересное место, а потом велеть ехать домой. Дразниться, да? Губы малыша обиженно дрогнули.

— Мисс Элина, вы неверно перевели мои слова, — укоризненно покачал головой Цви.

— Так вы все-таки знаете русский, — в очередной раз обличила его Эля.

— Я вам уже объяснял — я знаю людей. — и он просто-напросто протянул Яське руку и кивнул в стороны своей машины.

И каким-то шестым чувством Ясь мгновенно просек: дядька предлагает ему ехать вовсе не домой, а в то самое интересное место. Он с энтузиазмом сунул Цви замерзшую ладошку.

— Ясь! — в ярости взвилась Эля, крепко хватая мальчишку за другую руку, — Сколько раз тебе говорено, чтоб ты никуда не смел ходить с чужими дядями!

— Правильно, Ясь, — не выпуская Яськиной ладошки, наставительно сообщил Цви, очень серьезно глядя малышу в глаза, — Ты никогда и никуда не должен ходить с чужими людьми без мамы. Никогда и никуда! Поэтому мама едет с нами, — решительно резюмировал американец и уже не заботясь о переводе своих слов, потянул пацаненка за собой.

Ну не рвать же ребенка на части! Эля беспомощно шагнула следом, к щегольской васильково-синей машине.

Глава 39

Машина свернула на набережную. Эля сообразила, куда именно они едут и тихонько хмыкнула — похоже, благодаря потерянному открытию Савчука она скоро станет экспертом по самым дорогим ресторанам города. Тяжелые ворота автоматически отъехали в сторону, пропуская васильковый автомобиль в черно-белый, похожий на невероятно сложную арабеску, зимний парк.

— Смотри как красиво, Ясь, — невольно прошептала Эля, не отрывая завороженного взгляда от тянущихся вдоль дороги кружевных от снега деревьев. Молчаливый Ясь тихонько завозился под боком.

Машина остановилась у входа в ресторан. Эля привычным движением ухватилась за ручку дверцы и тут же остановила себя. Хватит, перед отечественными спецслужбами опозорилась, надо хоть перед импортными марку держать. Она дождалась, пока Цви обошел машину, помог выйти ей и вынул Яся. Все втроем они прошли через опоясывающую ресторан резную балюстраду, прямо над матово-белым стеклом замерзшей реки. Летом здесь, наверное, стоят столики и можно слушать тихий шелест накатывающих волн. Эля мимолетно пожалела, что сейчас не лето, ведь больше она сюда никогда не попадет.

Черно-белый фрачный метрдотель, встречавший их в отделанном деревом холле, настолько походил на своего собрата из ресторана «Апрель», что Эля даже задумалась: может, у них тоже принято на две ставки подрабатывать?

Метрдотель сделал приглашающий жест и поинтересовался:

— Пригласить няню для мальчика или вы предпочитаете, чтобы ребенок был с вами?

— Скажите ему, что няня — это прекрасно, малышу скучно слушать разговоры взрослых, — помогая Эле снять шубку, велел Цви.

Эля кинула на себя беглый взгляд в зеркало и удовлетворенно кивнула. Спасибо эсбеушнику Александру, старые навыки начали восстанавливаться. На Эле были ее обычные походно-боевые джинсы и темный — из уважения к сегодняшней похоронной процедур — свитер. Но она почему-то совершенно не дергалась по поводу того, соответствует ли ее одежда антуражу дорого ресторана. А если ты сам не дергаешься из-за своего внешнего вида, то и другие воспринимают его как должное. Проверено.

— Наташенька, поторопитесь, — сухо, с едва ощутимым раздражением бросил метрдотель.

Обернувшаяся на его голос Эля обнаружила, что в углу холла стоит, застыв совершенно неподвижно, молодая девушка в стилизованном костюме мультяшной няни — широкая юбка с кружевной оборкой, веселенький, в аппликациях фартучек и полосатые красно-белые чулки. Она пристально глядела на Яся и выражение, мелькнувшее на ее курносом круглом личике было странным — жалостливым каким-то, словно смотрела она на убогого или, не дай бог, безнадежно больного.

Эля уставилась на нее с возмущением. Ну да, вечный снобизм обслуги, привыкшей, что их посетители делятся на богатых и очень богатых! Если ребенок не в сплошной «версаче», так он уже проходит по категории убогих! Она перевела взгляд на Яся. Здоровый, умненький, отлично развитый, и кстати, очень неплохо одетый ребенок. Получше, чем его мама. И нечего так смотреть!