Кирилл Хныжов – Ключник (страница 2)
Алексей вздрогнул, оторвавшись от созерцания огня в бокале.
— Пустяки. Просто… иногда кажется, что за спиной кто-то стоит. Старая привычка.
Она молча положила свою руку на его. Этого было достаточно.
Проводив Артура на такси, они остались вдвоем. Вино играло в крови, смывая остатки дневного напряжения. В прихожей, пахнущей древесиной и уличной прохладой, Алексей притянул Алису к себе.
— Ты сегодня невероятно красива, — прошептал он, губы его скользнули по ее шее.
Она засмеялась, приятный трепет пробежал по коже.
— Это вино так говорит?
— Нет, это я говорю.
Его пальцы расстегнули пуговицу на ее блузке, коснувшись теплой кожи. Она ответила на поцелуй с такой же страстью, но потом легко вывернулась из его объятий.
— Ты пахнешь дымом после мангала! Сначала душ! — бросила она через плечо и, скинув туфли, побежала на второй этаж.
Он ринулся за ней, скидывая на бегу пиджак. В ванной, запотевшей от пара, под струями горячей воды они продолжали свой танец — смеясь, целуясь, смывая с себя не только дневную усталость, но и тень прошлого. Потом он на руках перенес ее в спальню, на широкую кровать, где их тела слились в знакомом, страстном порыве, ставшем для обоих не просто удовольствием, а доказательством жизни, подтверждением того, что они живы, они вместе и они любят друг друга.
Засыпая, Алексей прижался лицом к ее волосам, вдыхая знакомый, успокаивающий запах. Но даже в объятиях сна его не отпускало полностью. Где-то на грани сознания мелькали обрывки образов: искаженные лица, шепот из темноты и далекий, навязчивый звук — тихий, металлический
Глава 2: «Призрак «Феникса»
Утро было по-настоящему добрым. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь рулонные шторы, рисовали на дубовом полу теплые золотистые полосы. Алиса проснулась первой. Тело было расслабленным и податливым, на губах играла легкая улыбка — приятное послевкусие вчерашнего вечера еще жило в мышцах, согревая изнутри. Она нежно освободилась из объятий спящего Алексея, на цыпочках вышла из спальни и, скинув по пути шелковую ночную рубашку, скрылась в ванной.
Струи тропического душа смыли остатки сна. Пока Алексей досыпал, она успела не только помыться, но и провести свой маленький ритуал красоты: нанести ароматный крем, уложить волосы, слегка подчеркнуть глаза. Ей хотелось сегодня быть для него особенно красивой. Когда она вышла на кухню, запах свежемолотого кофе уже смешивался с ванильным ароматом готовящихся тостов.
Алексей проснулся чуть позже. Он потянулся, с наслаждением чувствуя мягкость простыней и тепло, оставленное телом Алисы. Мысль о том, что сегодня не нужно никуда спешить, была бальзамом на душу. Так и хотелось проваляться в постели до полудня, но врожденная дисциплина и голодный желудок взяли верх.
Его нос уже улавливал соблазнительные запахи с кухни, но тело требовало бодрящей прохлады. «Лучше этого утра может быть только кофе, — подумал он, — но сначала — душ».
Их ванная до сих пор вызывала у него тихую гордость. Пространство, отделанное матовой плиткой под бетон и теплым деревом, с огромной душевой кабиной и панорамным окном, выходящим в сад. Он стоял под упругими струями воды, и в голове пронеслись обрывки мыслей: от тривиального «как же я рад, что мы купили этот дом» до более глубокого «неужели у нас, наконец, началась та самая, нормальная жизнь?». Прошлое, с его подвалами и страхами, казалось таким далеким в этой сияющей чистоте.
Минут через тридцать, уже в мягком халате, он застыл в дверном проеме, ведущем из коридора в кухню-столовую. Это было его любимое место в доме: открытое пространство, залитое светом, где барная стойка из цельного камня соседствовала с обеденным столом на десять человек. Воздух был густым и вкусным — пахло кофе, свежей выпечкой и чем-то, что жарилось на сковороде.
А за столом сидела она. Алиса, в простом домашнем платье, с еще влажными волосами. Вид у нее был настолько очаровательный и умиротворенный, что Алексей на секунду задержался, просто глядя на нее, желая запечатлеть этот момент. Она всем своим видом так и манила присоединиться.
— Доброе утро, спящая красавица, — улыбнулась она, поднимая на него глаза.
— Утро доброе, — он подошел и, наклонившись, поцеловал ее в макушку, вдыхая запах ее волос с ароматом сладковатого бальзама.
Алиса, закончившая завтрак раньше, чтобы скоротать время, взяла пульт и включила большой телевизор, встроенный в стену. Каналы сменяли друг друга: утренние шоу, ток-шоу, сериалы.
— Смотри, — вдруг сказала она, задержавшись на одном из бизнес-каналов. — Твои будущие партнеры.
На экране промелькнула стильная реклама «Кроноса» со слоганом: «Стабильность. Предсказуемость. Контроль. Будущее, которое мы создаем сегодня». Алексей хмыкнул, наливая себе кофе.
— Выглядит солидно. Надеюсь, за красивой картинкой есть что-то существенное.
Алиса переключила канал и продолжила блуждать в поисках чего-нибудь интересного, пока Алексей принимался за омлет.
— Кстати, о будущем, — начала она, отложив пульт. — Твой отпуск на следующей неделе. Мы уже решили, куда поедем? Три года без перерыва — это даже для тебя перебор. Артур-то умеет отдыхать, он в этом году уже отгулял.
— Артур всегда умел отдыхать, — усмехнулся Алексей. — А я… привык, что бизнес — это как ребенок, требует постоянного внимания. Но ты права, выгорать ни к чему. Давай подумаем. Может, куда-нибудь к морю? Или в горы? Только бы без экстрима, — добавил он, и в его голосе прозвучала легкая, но узнаваемая для Алисы нота.
В этот момент Алиса снова замерла с пультом в руке.
— Постой… Смотри.
На экране была сводка новостей. Репортер, молодая женщина со слишком безупречной укладкой и дежурной улыбкой, стояла на фоне знакомого до боли пейзажа — заснеженных руин, обнесенных ржавым забором. Текст «НАСЛЕДИЕ «ФЕНИКСА»: НОВАЯ ЖИЗНЬ» бежал внизу экрана.
«…и на этом месте, где долгие годы находилась заброшенная лаборатория «Феникс», печально известная своими неудачными экспериментами советской эпохи, — вещала журналистка, — в скором времени начнется строительство современного медицинского центра. Как заявили инвесторы, он будет специализироваться на передовых исследованиях в области трансплантологии, включая выращивание искусственных органов и создание бионического мозга для управления человекоподобными машинами…»
Слово «Феникс» прозвучало как выстрел в тихой кухне. Ложка, с которой Алексей ел омлет, с глухим лязгом упала на тарелку. Воздух стал густым и тяжелым, будто вытеснив весь кислород.
Они молча смотрели на экран, где улыбающаяся женщина рассказывала о светлом будущем, не подозревая, что стоит на костях. Алексей почувствовал, как по спине пробежал холодный пот. Перед глазами поплыли образы: не стены руин, а сырые, освещенные тусклыми лампами подвалы. Запах плесени, пыли и страха снова заполнил ноздри, перебивая аромат кофе.
Он посмотрел на Алису. Она была бледной, пальцы сжали край стола так, что костяшки побелели. Ее взгляд был пустым и каким-то далеким. Алексей знал, о чем она думает. Он думал о том же.
Мэри.
Веселая, жизнерадостная Мэри, с которой он познакомился в Праге навсегда осталась в холодных застенках «Феникса». Ее испуганный крик, ее последний взгляд… Этот груз они несли вдвоем. Никакой уютный дом, никакой успешный бизнес не мог стереть эту боль. Это была та цена, что они заплатили за свое выживание, шрам на душе, который никогда не затянется до конца.
— Выключай, — тихо, но твердо сказал Алексей. Его голос прозвучал хрипло.
Алиса вздрогнула, словно очнувшись, и нажала кнопку. Телевизор умолк, оставив в комнате гнетущую тишину, нарушаемую лишь тиканьем напольных часов, что стояли в гостиной.
Он встал, подошел к ней и просто обнял. Крепко, молча. Она прижалась лицом к его халату, и он почувствовал, как вздрагивают ее плечи. Они стояли так посреди своей прекрасной, безопасной кухни, а за окном, в сотнях километров, призрак их прошлого готовился обрести новую, технологичную плоть.
— Ничего не меняется, да? — прошептала она ему в грудь. — Кажется, мы убежали, а оно… оно находит нас снова.
Алексей ничего не ответил. Он просто смотрел в окно на свой ухоженный двор, но видел не легкий снег на елях, а тот самый, другой снег, красный от крови их друга. Отпуск, море, покой… Все эти планы вдруг показались наивными и хрупкими, как стекло. «Феникс» был мертв, но его тень, казалось, только ждала своего часа, чтобы снова всплыть из небытия.
Глава 3: «Вести от Алины»
Следующее утро принесло с собой целебную обыденность, ту самую, что лечит душу лучше любых лекарств. Горьковатый привкус вчерашних воспоминаний о «Фениксе» медленно, но верно растворялся в простых, осязаемых радостях настоящего. Мысль, что на месте их кошмаров теперь будут спасать жизни, а не отнимать их, стала тем якорем, что не давал им сорваться назад, в пучину прошлого. Они были живы. Они были вместе. И этот простой, непреложный факт перевешивал всё.
Выдавшийся погожим выходной они решили посвятить дому, его предзимней подготовке — последнему поклону уходящему году. Воздух был холодным, звонким и обжигающе чистым, а солнце, хоть и яркое, уже не имело летней силы, лишь золотило пожухлую траву и голые ветви кленов и елей. Алексей, зарывшись в ворохе палой листвы, сгребал ее с изумрудного газона, а Алиса, закутавшись в объемный пуховик цвета спелой вишни, с сосредоточенным видом укутывала лапником розовые кусты, будто укладывая спать капризных детей. Работа спорилась в унисон их движений, наполненная не тягостным трудом, а своеобразной поэзией совместного действа, где каждый взгляд, кивок, молчаливая передача инструмента были частью их общего танца.