Кирилл Хныжов – Эффект наблюдателя (страница 4)

В этот момент у Мэри зазвонил телефон. Она, извинившись, отошла на пару минут поговорить, а вернувшись, схватилась за голову.

— Девочки, мальчики, простите миллион раз! Мне только что предложили срочный выезд на свадебную съемку. Отказываться — значит подвести людей и потерять клиента. Элис, я кошмар? Я вернусь к ужину, обещаю! К семи точно буду!

— Лети, — улыбнулась Алиса. — Только не перетрудись.

— Была рада познакомиться, Алексей! — Мэри уже на ходу накидывала куртку и через минуту выскочила из ресторана, чтобы умчаться на своем маленьком «Фольксвагене-Гольфе».

Алексей и Алиса остались одни. Неловкость давно рассеялась, осталось лишь приятное послевкусие от общения и предвкушение нового дня.

Официант забрал пустые кофейные чашки, оставив на столе лишь легкий аромат арабики и ощущение приятной завершенности. Алиса откинулась на спинку стула и посмотрела в высокое окно, где за стеклом медленно проплывали облака, отражаясь в позолоченных шпилях.

— Знаешь, мне сейчас не сидится, — сказала она, и в ее глазах плеснулась азартная искорка. — Я в Праге всего второй раз, а в прошлый был сплошной бег по музеям с группой. Так что, по сути, я тут почти ничего не видела. Хочется просто... побродить. Потеряться.

Алексей почувствовал, как его собственное настроение мгновенно резонирует с ее словами.

— А я и вовсе здесь впервые, — он отодвинул свой стул. — Так что твою идею я поддерживаю всей душой. Готов потеряться вместе с тобой.

Они вышли из прохладной, залитой мягким светом атмосферы отеля и буквально нырнули в густой, шумный воздух Праги. Планов не было, и это было самым большим наслаждением. День, послушный и пластичный, потек сам собой, подчиняясь лишь их желаниям.

Они брели без цели, и Алексей с удивлением ловил себя на том, что его IT-мозг, всегда требовавший четких алгоритмов и маршрутов, с наслаждением отключался. Он подчинялся хаотичной красоте города, доверяясь интуитивному выбору Алисы то свернуть в арку, то спуститься по узкой лестнице.

— Смотри! — Алиса вдруг схватила его за локоть, указывая на фасад с причудливыми каменными маскаронами. — Вон ту рожицу видишь? Такой вот вечно удивленный пражанин.

Они свернули на Кржижовницкую улицу, и их окружило барочное великолепие. Солнце, пробиваясь между крышами, выхватывало то золоченую решетку, то фигуру святого в нише.

— Ой, а это что? — Алиса остановилась на площади Крестоносцев, раскинув руки. — Вот это контраст! С одной стороны — эта готическая громадина, — она кивнула на строгий костел Святого Франциска, — а с другой... это что, цирк?

— Рудольфинум, — прочитал Алексей с таблички. — Концертный зал. Но да, похож на дворец из шоколада с кремом.

Они вышли на Староместскую площадь, и их, как и тысячи других туристов, поглотила толпа, замершая в ожидании. Когда астрономические часы на ратуше пришли в движение, раздался дружный вздох восхищения. Алексей с Алисой стояли, запрокинув головы, следя за процессией апостолов.

— Ну вот, — не удержался Алексей, когда представление закончилось и толпа стала расходиться. — Смотри, они все разбежались. Живут тут, среди этой... фантасмагории, и каждый день пробегают мимо, не поднимая головы. Не замечают.

Алиса повернулась к нему, прищурившись от солнца.

— А ты думаешь, в твоем Дзержинске по-другому? Люди везде люди. Ко всему привыкают.

— В том-то и дело, — он встретил ее взгляд. — Когда живешь внутри красоты, она становится фоном, рабочим столом на компьютере. Поэтому люди и путешествуют, наверное. Чтобы сбить эту привычку. Снова научиться видеть.

Сами не успели оглянуться, как уже сидели на какой-то низкой каменной парапете, уставшие, но довольные. Заходящее солнце бросало длинные тени, превращая Прагу в черно-золотой силуэт. Алексей, слушая, как Алиса смеется над историей про Живчика, не мог оторвать от нее взгляда.

В ее волосах, собранных в небрежный пучок, застрял последний солнечный луч. Он не просто освещал их — он играл, переливаясь, будто вплетал в каштановую прядь жидкое золото. А когда она жестикулировала, обрисовывая в воздухе контуры какого-то здания, он следил за изящной линией ее шеи, за гибкостью запястья. В ней не было ни капли жеманства, лишь какая-то летящая, органичная грация.

— Смотри, какая прелесть! — вдруг воскликнула она, указывая на собственную тень, вытянувшуюся на брусчатке. — Я сейчас ростом с Карлов мост!

Она встала и сделала несколько преувеличенно грациозных па, словно балерина на гигантской сцене.

Алексей не удержался и встал рядом.

— Ну, а я, получается, твой верный тень-рыцарь, — пошутил он, стараясь попасть в ее вытянутый силуэт. Их тени слились в одну причудливую фигуру. Алиса рассмеялась, и этот звук казался самым естественным в этом вечернем городе.

Их импровизированный театр теней прервал звонок. Это была Мэри.

— Алло? Да, мы на площади... — брови Алисы удивленно поползли вверх. — Уже семь? Серьезно? Мы, кажется, зависли во времени. Хорошо, встречаемся в 19:30 в ресторане. Да, я его приведу, не потеряется.

Она положила телефон в карман и посмотрела на Алексея с комичным отчаянием.

— Ты представляешь? Мы просидели тут, кажется, пятнадцать минут, а на самом деле — больше часа. Нас ждет ужин, а мы где-то на Виноградах, и до отеля — ну просто световые годы!

В ее глазах читалась та же легкая паника и то же самое неподдельное веселье, что и у него. Эта маленькая проблема, необходимость срочно возвращаться, вдруг стала не досадной помехой, а еще одним общим, почти что приключением.

Время клонилось к вечеру. Фонари, один за другим, зажигались, отбрасывая на брусчатку и стены домов длинные, танцующие тени. С наступлением темноты город преображался: он не засыпал, а лишь менял декорации, готовясь к ночной, более интимной и таинственной жизни.

Чтобы во время добраться до отеля, пришлось пропустить вечернюю прогулку и вызвать такси.

Они вернулись в отель как раз к приезду Мэри. Та уже успела заказать им тот же уютный столик в ресторане.

Ужин прошел великолепно. Вкусная еда, хорошее вино и непринужденная беседа в теплой, дружеской атмосфере. Что может быть естественнее. Они болтали, шутили, делились историями. Алексей, разгоряченный вином и общением, пообещал, что если они все окажутся в Дзержинске, он устроит им тур по самым «интересным» местам Нижегородской области и обязательно познакомит с Живчиком.

Разговор тек легко и непринужденно. Вино делало свое дело, смывая последние остатки формальности. Алексей, чувствуя приятную теплоту в груди и всеобщее расположение, вдруг с энтузиазмом хлопнул ладонью по столу.

— Знаете что? — произнес он, глядя то на Алису, то на Мэри. — Если вы когда-нибудь, по воле судьбы, окажетесь в наших краях, в Дзержинске... я вам такой тур устрою! Вы даже представить себе не можете.

Мэри подняла бровь с игривым скепсисом:

— Охохо! И что же входит в эту эксклюзивную программу? Покажешь нам свой знаменитый завод... «Корунд», кажется?

— Ага, и дымящие трубы в подарок, — засмеялась Алиса.

— Вы даже не догадываетесь о скрытых сокровищах! — парировал Алексей, разыгрывая из себя серьезного гида. — У нас есть... ммм... легендарная «Тропа здоровья» в сосновом бору. И заброшенный пионерский лагерь с мистическими историями. А еще — дивный вид на химические заводы с берега Оки, особенно в закат. Это вам не какой-то Карлов мост, это — индастриал-арт в чистом виде!

— Звучит убийственно, в прямом смысле слова, — фыркнула Мэри, но было видно, что ей весело.

— А главное, — Алексей понизил голос, делая таинственное лицо, — я вас обязательно представлю Живчику. Моему другу Артуру. Это... это незабываемая личность. Он за пять минут может раздобыть лодку, шашлык и палатку посреди индустриальной пустоши. С ним даже поход на «Корунд» превратится в приключение.

— Ну, с таким послужным списком грех отказаться, — с улыбкой сказала Алиса, и ее взгляд встретился с взглядом Алексея, задерживаясь на секунду дольше, чем требовала вежливость.

— Договорились, — кивнул Алексей, и в его голове на мгновение промелькнула нелепая и счастливая картинка: они втроем на берегу Оки, Живчик что-то громко рассказывает, а Алиса смеется, прикрыв глаза от солнца. Это казалось таким же далеким и сказочным, как сама Прага еще утром.

Весь вечер он и Алиса постоянно обменивались взглядами, и Мэри, с улыбкой наблюдая за ними, все понимала. Алексей уже представлял, чем может закончиться этот идеальный день.

Но вино, смешавшись с усталостью, сильнее всего подействовало на Алису. К концу вечера ее окончательно «развезло». Она замолчала, уткнувшись подбородком в сложенные на столе руки, и ее взгляд стал отсутствующим, поймав где-то вдали зайчика от хрустальной подвески люстры.

Мэри внимательно посмотрела на подругу, а затем — на Алексея. Ее взгляд был не строгим, но твердым и понимающим одновременно.

— Всё, шоу окончено. Эту принцессу пора доставить в замок, — тихо сказала она, поднимаясь. — Алексей, спасибо за чудесный вечер. Правда. Было здорово.

Алексей, чья голова тоже была полна приятной дымки, тут же встрепенулся и встал.

— Конечно, я вам помогу.

— Спасибо, но справлюсь, — мягко, но без колебаний парировала Мэри, уже помогая Алисе подняться. Та лишь блаженно улыбалась, опираясь на подругу.

Они медленно двинулись к лифту. Поднялись на свой этаж, в коридоре, у самой двери в номер 316, Мэри остановилась, переводя дух, и повернулась к Алексею, который шел следом, на всякий случай.