Кирилл Грэн – Глубже, чем страх (страница 2)

— Круто, — сказал Кейлеб. — А если они не захотят, чтобы их находили?

Дэниел хмыкнул в кружку.

— Тогда мы вежливо постучим.

— А если они ответят?

Дэниел перестал хмыкать. Посмотрел на Кейлеба. Потом на Виктора.

— А он мне нравится, — сказал Дэниел. — Парень задаёт правильные вопросы.

Виктор проигнорировал обоих.

— Завтра в шесть утра выходим на точку. Батискаф готов. «Геката-4» на дне, ждёт. Проверка систем в пять. Вопросы по делу?

Вопросов не было.

— Тогда спать. Завтра будет длинный день.

Все начали расходиться. Эллисон задержалась у двери.

— Виктор.

Он обернулся.

— Ты что-то не договариваешь.

Виктор посмотрел на неё долгим взглядом. Таким, каким смотрят на человека, который задал вопрос, на который сам не хочет знать ответ.

— С чего ты взяла?

— Ты сказал «редкоземельные элементы». Но не сказал, какие именно.

Виктор помолчал.

— Иридий. Осмий. И ещё кое-что, что спектрометр не опознал.

— Не опознал? В смысле, нет в базе?

— В смысле, прибор показал ошибку. Как будто там нет ничего. И одновременно — всё сразу.

Он взял со стола свою кружку, сделал глоток. Кофе был холодный. Он даже не поморщился.

— Иди спать, Элли. Завтра сама всё увидишь.

Она вышла. В коридоре горела тусклая лампа. Тени лежали не там, где должны были. Эллисон заметила это краем глаза и тут же сказала себе: оптика, угол падения света, усталость. Она прошла мимо, не оборачиваясь.

Сзади, в пустом коридоре, тень шевельнулась. Чуть-чуть. Как будто поправляя воротник.

Но Эллисон этого уже не видела.

В своей каюте она села на койку и посмотрела на часы. 23:14. За бортом — три тысячи восемьсот метров воды. Под водой — пещера. В пещере — неизвестно что.

Она легла, не раздеваясь. Закрыла глаза.

Сон пришёл быстро. И в нём была вода. Не чёрная, как снаружи. Прозрачная. Тёплая. И в ней кто-то стоял. Далеко, на границе видимости. Махал рукой. Звал.

Эллисон проснулась в три ночи с колотящимся сердцем. Она не помнила лица из сна. Только жест. И ощущение, что её ждут.

Она встала, подошла к иллюминатору. За стеклом был океан. Чёрный, бесконечный, сливающийся с небом в одну глухую массу. Только гребни волн поблёскивали в свете бортовых огней — и тут же гасли, словно вода проглатывала свет раньше, чем он успевал отразиться.

И вдруг — движение.

Не на поверхности. Глубже. Там, где волна уходит вниз, в толщу. Что-то прошло. Или показалось.

Она моргнула. Ничего.

— Показалось, — сказала она вслух.

Океан молчал. Но слушал.

Глава 2. Погружение

В пять утра Эллисон уже стояла в ангаре и смотрела на батискаф.

Он висел на тросах над люком в днище судна — тёмно-оранжевая капсула, похожая на желудь, сваренный из титана. Три иллюминатора из двенадцатисантиметрового оргстекла. Манипуляторы, сложенные по бокам, как лапки богомола. Корпус в потёках соли и царапинах от прошлых погружений.

Эллисон знала этот аппарат лучше, чем собственную квартиру. «Ныряльщик-7». Девять погружений. Двести сорок часов под водой. Одна авария, из которой она вытащила его и себя. Напарника — нет.

Она провела ладонью по холодному металлу. Металл молчал. Металл всегда молчал. За это она его и любила.

— Красавец, — сказал Дэниел, появляясь из-за кормы с ящиком инструментов. — Готов на все сто. Проверил прокладки, давление в балластных, связь. Если утонем, то не из-за меня.

— Обнадёжил.

— Работа такая.

Он поставил ящик, открыл люк батискафа и начал последнюю проверку внутренних систем. Эллисон наблюдала, как его руки двигаются среди проводов и тумблеров — быстро, уверенно, без лишних движений. Дэниел был пьяницей, циником и единственным человеком на борту, которому она доверила бы свою жизнь под водой.

В ангар вошли остальные.

Виктор — в том же свитере, что и вчера, с тем же лицом человека, который не спал, а просто ждал утра с открытыми глазами. Марта — с планшетом, на который она что-то лихорадочно набирала. Пол — с блокнотом. Кейлеб — с камерой.

— Снимаем? — спросил Кейлеб, наводя объектив на батискаф.

— Снимай, — разрешил Виктор. — Только без звука пока. Комментарии потом наложишь.

— Почему без звука?

— Потому что я так сказал.

Кейлеб пожал плечами и включил запись. В объективе батискаф выглядел ещё более одиноким — оранжевое пятно в сером ангаре, окружённое тросами, тенями и людьми, которые старались не смотреть друг на друга.

— Экипаж погружения, — сказал Виктор. — Я, Эллисон, Марта. Остальные остаются на судне. Связь через гидроакустический канал. Если что-то пойдёт не так — Дэниел старший на поверхности.

— Почему не я? — спросил Кейлеб, опуская камеру.

— Потому что ты оператор, а не подводник. В батискафе три места. Четвёртого нет.

— А если я хочу снять погружение изнутри?

— Поставишь камеру на кронштейн. Будет тебе изнутри.

Кейлеб хотел возразить, но наткнулся на взгляд Виктора и осёкся. Виктор умел смотреть так, что желание спорить исчезало быстрее, чем появлялось.

Пол подошёл к Эллисон.

— Как спали? — спросил он тихо.

Она посмотрела на него. Блокнот в руках, ручка наготове. Ждёт ответа, чтобы записать.

— Нормально.

— Уверены?

— А что, есть причины сомневаться?

Пол помолчал. Потом сказал, не глядя на неё: