Кирилл Блинов – Эклипсион (страница 7)

Он снова замолчал, но теперь его слова тревожили Алдерика больше, чем молчание. Ему не нравилось это чувство неизвестности, но, похоже, ему придётся узнать правду уже очень скоро. Лауренс шагнул вперёд, став между Алдериком и Ардриком. Его взгляд метнулся к товарищу, и он чуть склонил голову набок.

– Расскажи уже парню, что мы заметили.

Ардрик вздохнул, словно всё ещё раздумывал, стоит ли делиться информацией. Но затем, недолго помедлив, снял с плеча дорожную сумку, расстегнул пряжку и вытащил несколько свёртков, аккуратно перевязанных бечёвкой. Бумага была смята и потрёпана – явно много раз разворачивалась и сворачивалась обратно.

– Ладно, – наконец произнёс он. – Посвети сюда.

Лауренс поднял светоч, и мягкое голубое сияние окутало пространство. Тени деревьев заиграли на земле, а лучи света отразились в глазах Ардрика.  Он развернул первый свёрток. Это была карта, аккуратно прорисованная рукой одного из разведчиков. На ней были обозначены рельеф местности и позиции вражеских войск. Затем он развернул вторую карту. Потом третью. Потом четвёртую. Все они были похожи, словно списаны с одной основы, но с едва заметными отличиями. Алдерик склонился ближе, вглядываясь в линии, значки и пометки.

– Ничего странного не замечаешь? – спросил Ардрик, оторвав взгляд от бумаг.

Алдерик провёл пальцем по картам, нахмурился. Несколько секунд он просто смотрел, перебегая взглядом с одной схемы на другую. Затем медленно поднял глаза.

– Они одинаковые, – сказал он. – Единственное, что меняется, – это позиции войск.

Ардрик молча кивнул.

– Особенно вот здесь… – Алдерик ткнул пальцем в первую линию обороны врага. – Их передовые траншеи.

Он взглянул на четвёртую карту и прищурился.

– Они отступают, – сказал он, и в его голосе прозвучала нотка удивления.

– Вот именно, – вмешался Лауренс. – И теперь самое интересное…

Он медленно провёл пальцем по краю карт, затем указал на даты в углу каждой из них.

– Эти карты были составлены за последние четыре дня.

Алдерик резко поднял голову.

– То есть… четыре дня они просто отступали? Каждый день меняя позиции?

Лауренс кивнул.

– Да. И с одинаковой частотой. Их оборона движется назад.

Ардрик сложил карты в стопку и спрятал обратно в сумку.

– Понимаешь, что это значит? – спросил он, пристально глядя на Алдерика.

Алдерик почувствовал, как по спине пробежал холод. Он не был уверен, что знает ответ, но нутром чувствовал: что-то здесь не так. Алдерик почувствовал, как у него внутри всё сжалось. Он перевёл взгляд с карт на Лауренса, затем на Ардрика. Они оба выглядели спокойными, но это было обманчивое спокойствие – взгляд Лауренса выдавал напряжённую сосредоточенность, а у Ардрика чуть дёргалась скула, будто он из последних сил сдерживал раздражение.

– Так что же это значит? – наконец спросил Алдерик, решив, что лучше услышать ответ прямо, чем строить догадки.

Лауренс не сразу ответил. Он аккуратно свернул одну из карт и только потом поднял на Алдерика внимательный взгляд.

– Подумай сам, – сказал он медленно. – Зачем кому-то каждый день копать траншеи, а затем закапывать их и рыть новые?

Алдерик нахмурился. Это действительно звучало странно.

– Причём, – продолжил Лауренс, – все разведчики докладывали, что днём они занимали свои позиции и просто ждали.

Алдерик посмотрел на карты ещё раз, пытаясь уловить смысл этих передвижений. И тут его осенило.

– Ловушка! – выдохнул он.

– В точку, – одобрительно кивнул Ардрик.

Где-то вдалеке ухнула ночная птица, но Алдерик был так сосредоточен, что даже не вздрогнул.

– Но знаешь, что самое интересное? – продолжил Ардрик. – Мы не знаем, сколько таких ловушек подготовлено и где именно они расположены. Разведчики не видели их днём, значит, они маскируют их по ночам. Если мы двинемся в лобовую атаку по приказу генерала Варстага, то просто поведём наших людей на убой.

Алдерик провёл рукой по лицу, осознавая всю серьёзность ситуации.

– Вы уже докладывали об этом генералу?

Лауренс кивнул, но в его взгляде сквозило разочарование.

– Да. И вот здесь самое интересное. Он даже не стал слушать. Сказал, что это, скорее всего, ошибки и просчёты разведчиков.

Алдерик покачал головой. Ему показалось это крайне странным.

– Он не поверил?

– Не то чтобы не поверил, – задумчиво произнёс Лауренс, глядя в темноту. – Скорее, не захотел поверить.

– Или ему что-то мешает, – тихо добавил Ардрик, пряча карты обратно в сумку.

Лауренс медленно свернул последнюю карту и убрал её в сумку, затем пристально посмотрел на Алдерика.

– И ещё одно странное совпадение, – сказал он тихо, словно не хотел, чтобы их кто-то услышал, даже в глухой ночи. – Твой перевод накануне битвы.

Алдерик нахмурился.

– Вы думаете, это как-то связано?

Лауренс кивнул.

– Чем больше я об этом думаю, тем сильнее убеждаюсь, что в этой истории замешаны самые высшие чины государства.

Слова капитана повисли в воздухе, словно грозовые тучи, нависшие над их головами. Алдерик сглотнул. Он чувствовал, как холодный ветер проникает под доспех, но дрожь, пробежавшая по его спине, была вызвана не ночной стужей, а ужасным подозрением, которое, кажется, уже стало для его спутников очевидной истиной.

– Вы думаете, что генерал Варстаг… предатель? – спросил он наконец, с трудом выговаривая эти слова.

Ардрик даже не задумался над ответом.

– Да.

Это короткое, уверенное «да» прозвучало, как смертный приговор. Алдерик почувствовал, как внутри него что-то сжалось. Он давно знал генерала Варстага, знал его как человека сурового, но справедливого, настоящего воина, который не прятался за спинами подчинённых и всегда первым шёл в атаку. Варстаг служил Драгхейму всю свою жизнь.

– Если он предатель, то почему сейчас? – произнёс Алдерик, нахмурившись. – У него было столько возможностей за все эти годы, но почему именно сейчас?

Он сам не осознавал, что говорит это скорее себе, чем своим спутникам. Лауренс тяжело вздохнул.

– Мы и сами не понимаем, – признался он. – Возможно, он чего-то ждал.

– Ждал чего?

Ардрик сжал губы в тонкую линию.

– Может быть, момента, когда армия окажется в наихудшем положении. Когда снабжение начнёт давать сбои, припасы истощатся, когда люди устанут от бесконечных маршей и боёв. Может, он всё это время готовил почву для чего-то куда более серьёзного.

Алдерик провёл рукой по лицу, пытаясь хоть как-то упорядочить мысли.

– И что же нам делать?

Повисла тишина. Лауренс посмотрел на Ардрика, затем на Алдерика. В его глазах не было страха, только тяжёлая, гнетущая неуверенность.

– Мы не знаем, – сказал он наконец.

Ардрик сказал, что им нужно продолжить разведку и подойти как можно ближе к позициям вражеской армии, чтобы выяснить, какие именно ловушки подготовил противник. Они уже были недалеко. Шли молча, сосредоточенно, каждое движение было выверено, каждый шаг – осторожен. Темнота сгущалась, лес вокруг казался бесконечным, а тишина, казавшаяся прежде союзником, теперь напрягала сильнее, чем любой тревожный звук. Прошло около пятнадцати минут, когда внезапно Ардрик, двигавшийся впереди, резко остановился, словно наткнулся на невидимую преграду. Его тело напряглось, рука инстинктивно легла на рукоять кинжала, а взгляд уставился в землю перед ним.

– Это здесь, – прошептал он.

Алдерик и Лауренс переглянулись, затем медленно приблизились. Ардрик осторожно опустился на колено и протянул руку к земле. Его пальцы начали разрыхлять её, перебирая ещё влажные комья, словно он искал нечто важное.

– Посвети, – негромко попросил он.