Кирилл Блинов – Эклипсион. Книга 1. Часть 2 (страница 7)
– Поздний визит, господин Рейнальд, – пробормотал он, пропуская гостя внутрь.
– Дело срочное, – Рейнальд снял капюшон, оглянулся, проверяя, есть ли за ним слежка, и зашел в теплое, пахнущее плавленым металлом помещение.
Гельмут закрыл дверь, после чего устало посмотрел на него.
– Что вам угодно?
Рейнальд молча развернул сумку и достал слепок. Свет свечи поймал контуры выгравированного герба, и ремесленник, прищурившись, нахмурился.
– Понимаю… – Он провел пальцем по воску, изучая детали. – Тонкая работа.
– Ты справишься?
– Конечно, но это непросто. Настоящая печать делается из серебра, с добавлением укрепляющих сплавов. Если кто-то сравнит ее с подлинником, может заметить разницу.
– Сделай так, чтобы не заметили.
Гельмут фыркнул.
– Это потребует времени и… немалых денег.
– Ты получишь золото, очень много золота, если печать будет готова к рассвету.
Мастер хмыкнул, взял слепок и, не произнеся ни слова, исчез в глубине мастерской. Рейнальд опустился на низкий стул и наблюдал, как огни кузни бросают красный отблеск на ряды инструментов. Эта ночь могла стать решающей, и в воздухе висела та тихая сосредоточенность, которая бывает только у людей, делом которых являются чужие судьбы.
Гельмут разжёг горн, бросил в раскалённую чашу куски металла и, словно дирижёр тонкого оркестра, начал свою работу. Он плавил сплав, вливал его в форму, выводил базовые очертания печати. На первый взгляд задача казалась механической, но Гельмут хмурился: самая трудная часть подделки, говорил он себе и Рейнальду без слов, не в том, чтобы отлить круг и выгравировать знак. Главное – добиться не просто сходства внешних линий, а идеального соответствия рельефа, степени отпечатка и самого «поведения» металла под нажимом.
Проблема заключалась в нюансах. Нужно было выверить смесь сплава так, чтобы металл вёл себя при штамповке точно так же, как королевская матрица; нужно было передать мельчайшие бороздки и засечки, те едва различимые трещинки и притуплённые краевые вырубки, которые выдавали подлинник и по которым даже опытный глаз мог бы счесть подделку за оригинал. Ещё сложнее было получить нужный звук при постукивании печати, ту тяжёлую, узнаваемую тональность удара, и ту тяжесть в руке, которую ощущают те, кто держал королевский знак на протяжении поколений.
Гельмут окунал заготовку в охлаждающий раствор, достал пилку и начал медленно шлифовать края. Его пальцы двигались осторожно и уверенно, как у часовщика. Он не гнался за гладкостью, он вычитывал форму, отнимая лишнее, добиваясь той самой плотности линии, того самого «весового» ощущения, от которого зависело доверие получателя. Для него работа над заготовкой только начиналась. Отливка дала лишь костяк. Теперь предстояло придать печати душу: ввести искусственную изношенность в углы, сделать едва заметные следы от многократных ударов, придать краям ту степень мягкости, что появляется с годами.
Пока Рейнальд смотрел, на заготовке проступали не только линии герба, но и замысел мастера. Гельмут нанес тончайшие гравировки, выверял тени в рельефе, сглаживал и подрубал, добиваясь, чтобы отпечаток подделки ложился так же, как ложится настоящий королевский знак.
Наконец Гельмут откинулся назад, утер пот и посмотрел на Рейнальда. На заготовке была достигнута внешняя точность, но он сказал вслух то, что уже думал: это только начало. Осталось состарить металл, подогнать вес, проверить отпечаток в тех условиях, где его будут вдавливать в сургуч, и убедиться, что каждый штрих ведёт себя ровно так, как ведёт себя подлинник. Только после этого печать станет инструментом, способным говорить от имени короны.
– Хорошая работа, – пробормотал Рейнальд, разглядывая готовую заготовку.
– Сколько у меня ещё времени? – спросил он, не отрываясь от работы.
– Пара часов я думаю будет.
Гельмут коротко выдохнул и продолжил. К тому моменту, когда в окна мастерской начали пробиваться первые бледные лучи солнца, работа была завершена. Перед Рейнальдом лежала новая печать – точная копия той, что он видел на столе отца. Гельмут стер с лица капли пота, оглядел свой труд и протянул ее:
– Готово. Сможете отличить?
Рейнальд взял печать в руки. Вес был таким же, гравировка идеальной, даже отпечаток оставался четко таким, как у настоящей. Он кивнул.
– А у тебя и впрямь золотые руки.
Он достал из плаща мешочек с золотыми монетами и бросил его на стол. Гельмут, не торопясь, проверил оплату, усмехнулся и махнул рукой:
– Удачи вам, господин Рейнальд. Буду ждать Вас снова.
Рейнальд молча кивнул и спрятал печать. Теперь у него был инструмент, который мог изменить ход событий. Осталось лишь дождаться подходящего момента, чтобы пустить его в ход. Через несколько часов, когда солнце уже стояло высоко, Рейнальд пересек внутренний двор замка. Город просыпался: с улиц доносились крики торговцев, вдалеке звенели молотки кузнецов, а в замковой крепости началось движение слуг и стражи. Его шаги были уверенными, но в душе все еще тлела напряженность. То, что он задумал, было рискованно, но теперь пути назад не было. Двери зала, где находился Роберт, были закрыты. Два стражника по бокам лишь коротко кивнули, пропуская его внутрь. Роберт сидел за массивным столом, заваленным картами и свитками. Он выглядел уставшим, но сосредоточенным. Когда Рейнальд вошел, он поднял взгляд и сразу понял, что юноша пришел с чем-то важным.
– Ты так рано, – заметил он, откладывая в сторону перо.
– Тебя что-то беспокоит? Вижу, что ты совсем не спал. Но дело не терпит отлагательств, – спокойно ответил Рейнальд и, подойдя ближе, вытащил из-за пазухи поддельную печать. Он положил её на стол.
Роберт взглянул на нее, затем снова на юношу. Взяв печать в руки, он провел по ней пальцами, оценивая работу мастера.
– Хорошая работа, – признал он. – Пожалуй, даже слишком.
Рейнальд усмехнулся.
– Теперь можешь готовить указ. Мы направим его немедленно с нашим гонцом.
Роберт чуть прищурился, раздумывая. В комнате воцарилась короткая пауза. Он положил печать на стол и чуть сдвинул ее пальцами, словно взвешивая не только предмет, но и само решение. Затем, вздохнув, он кивнул.
– Хорошо. Сегодня я подготовлю его.
Рейнальд коротко кивнул, повернулся и уже направился к выходу, но, остановившись на полпути, бросил через плечо:
– Тебя точно ничего не тревожит, Роберт?
Тот поднял взгляд, чуть устало улыбнулся и покачал головой.
– Нет, всё в порядке, – ответил он негромко. – Просто самочувствие сегодня неважное.
На королевской платформе для воздушных судов царило оживление. Стражники в парадных доспехах выстроились вдоль мраморных ступеней, слуги спешно загружали последние сундуки на борт, а военный оркестр готовился исполнить прощальный гимн. Хельмир стоял рядом с королём. Его фигура была напряжена, но взгляд оставался твёрдым. Он понимал, насколько важна эта поездка, и ещё сильнее – насколько важна его собственная роль на время отсутствия Эдгара.
– С сегодняшнего дня и пока я не вернусь, ты остаёшься править Драгхеймом, – произнёс король, пристально глядя на своего советника. – Я верю в тебя, Хельмир. Не подведи меня.
– Слушаюсь, мой король, – твёрдо ответил тот, прижав кулак к груди в знак верности. – Вы можете рассчитывать на меня.
Эдгар усмехнулся и, крепко сжав плечо Хельмира, чуть хлопнул по нему, словно подчёркивая важность своих слов. Затем, не теряя времени, повернулся и уверенным шагом направился к трапу. Воздушный лайнер короля «Золотое Сияние» был чудом инженерного искусства – огромное судно с резными деревянными панелями, позолоченными гербами на бортах и магическими парусами, переливающимися бледно-голубым светом. Его стройные формы напоминали парящий в небе храм. Как только король вошёл на борт, капитан корабля подал команду. Рулевые активировали кристаллы, и лайнер плавно оторвался от платформы, медленно набирая высоту. В этот же момент в небе появились четыре боевых фрегата эскорта. Они двигались чётким строем, их тёмные корпуса отбрасывали длинные тени на улицы города. Каждое судно было вооружено – на палубах виднелись баллисты, а из-под парусов свисали массивные якорные цепи. Хельмир молча наблюдал, как воздушная эскадра поднималась всё выше. «Золотое Сияние» устремилось на юг, к границам Тайдзана, а за ним, словно щиты, шли боевые фрегаты. Он стоял до тех пор, пока королевский флот не скрылся за облаками, оставив после себя лишь светлый след от магической тяги. Теперь Великий Драгхейм оставался в его руках.
Рейнальд стоял на одной из террас дворца, откуда открывался широкий вид на королевскую платформу для воздушных судов. Вдали, высоко в небе, эскадра королевских судов уже терялась среди облаков. «Золотое Сияние», увенчанный сияющими парусами, направлялся в Тайдзан. Рейнальд чуть сузил глаза, следя за удаляющимися кораблями. «Вот и всё. Отец покинул столицу. Теперь осталось только ждать.»
С этого момента время работало на него. Подделанный королевский указ уже был отправлен в армии, ведущие войну на валдорийских землях. Приказы были ясны и не подлежали сомнению: немедленное прекращение поставок оружия и продовольствия. Командиры получат приказ из столицы и не смогут его игнорировать. Армии окажутся в осаде без припасов, ослабнут, начнётся хаос среди солдат. Теперь оставалось только ждать подходящего момента для удара, когда столица окажется максимально уязвимой.