Кирико Кири – Небесный всадник. Том 2 (страница 49)

Теперь надо сваливать от Аэль, потому что я не выдержу этого.

— Слушай, Аэль, я сейчас отлучусь, хорошо? Кое-с-кем хочу перекинуться парой слов.

— С кем? — заинтересованно спросила она.

— С знакомым. А ты… — я бросил взгляд на девушек, которые группкой ошивались рядом, и мои губы растянулись в коварной улыбке, которую не получалось скрыть, — займи девушек, а то они скучают. Я могу положиться на тебя?

— Да! Конечно!

Хана вам, девочки…

Было приятно видеть, как те с ужасом смотрят на Аэль, которая рвётся к ним, а они не успевают разбежаться. Ты попробуй отказать небесной всаднице, она может и обидеться. К тому же это некрасиво, поэтому у них просто не оставалось выбора. Ну а я…

Я свободен.

Надо просто где-то спрятаться и дождаться бала, потому что я пока к этому всему не готов морально. Я думал, это легко общаться, но теперь понимаю и врачей, и консультантов, и всех-всех-всех, кто связан с людьми, насколько это всё же тяжко. Только…

О, музыка сменилась!

Что это значило? А это значило, что подошло время для танцев! Люди как раз начали расходиться, освобождая центр огромного зала, становясь вдоль стен. Если я правильно помню, одни сейчас будут танцевать, другие стоять и ждать очереди, а незаинтересованные разойдутся по углам, сбиваясь в стайки по интересам. Мужчины где-нибудь покурить пойдут, девушки у кресел, чтобы обсудить последние новости (так мне объясняли). Если свезёт, я тоже где-нибудь спрячусь.

— Самсон?

Каталина подкралась незаметно. В своём чёрном платье она выглядела реально, как прекрасная зловещая графиня. Мне даже нравится.

— Каталина?

Тут я заметил, что она была не одна. За ней стояла какая-то девушка, опустив голову, как-то подозрительно похожая на саму небесную всадницу. Дочь? Не, блин, какая дочь, о чём я, и точно не сестра или кто-то. Скорее всего, пра-пра-пра-правнучка или что-то типа.

— Я могу попросить тебя об одолжении? — спросила она негромко.

— Конечно. Какое?

— Ты бы не мог вот эту… — бросила она злой взгляд на девушку. Я прямо почувствовал ледяную ярость, — особу пригласить на танец. Очень нужно.

— Конечно, без проблем. Первой?

— Второй, третьей — не важно. Просто пригласи, если не сложно. Я была бы очень тебе благодарна.

— Не сложно. А как зовут миледи? — взглянул я на неё.

— Графиня Нойхельйская, — тихо ответила она.

Значит, родня. Потомки.

Но тут Каталину внезапно аж перекосило, и она потемнела. И когда я говорю, что она потемнела, то имею в виду, что всадница и пространство вокруг реально будто попало под тень. Даже мне страшно стало, чего говорить о девушке.

— Ты не со своими отбросами общаешься, девочка, — прошипела она, едва сдерживаясь. — Проявила почтение небесному всаднику или тебя в грязном хлеву твои родители не выучили манерам?

— Я… — она быстро сделала реверанс. — Позвольте представиться, м-милорд, графиня Фрацедас Нойхельйская. Огромная честь для меня познакомиться с-с вами…

— Сгинь с глаз моих, — шикнула Каталина, и та быстро исчезла.

Я проводил её взглядом.

Обычно подобное стараются не выносить на всеобщее обозрение и решать тет-а-тет. Поэтому мне даже стало интересно, а чего та натворила, что Каталина была вне себя и ей аж пришлось меня просить с той потанцевать? Спросить или нет? А, ладно, спрошу…

— А что произошло?

Каталина устало вздохнула, взглянув на меня. Вся её ярость исчезла вместе с девушкой.

— Глупость, непочтительность и невежество, Самсон. К сожалению, теперь дети не те и забыли, что такое уважение, позоря свой род и позорясь сами. Спасибо, что согласился.

— Конечно, Каталина. Обращайся.

— Надеюсь, что не придётся, — а потом видимо поняла, как это прозвучало, и добавила. — Не придётся обращаться, чтобы помочь этой бестолочи. Видимо, мне придётся наведаться в родное поместье, чтобы немного навести порядок. Ещё раз спасибо тебе.

Да не за что, если честно. Хотя я и не понял, что происходит, но не хотелось бы мне быть на месте девчонки. А ещё я увидел, что такое Каталина в реальном гневе и понял, что при мне она ни разу не сердилась.

И как-то медленно до меня стало доходить, что, возможно, гнев у всадницы проявлялся именно так: в какой-то недоброй, зловещей ауре, от которой хотелось вешаться. Я что-то подобное наблюдал тогда у Таньки-убиваньки, когда она вышла из себя. У неё глаза будто начали светиться в тот раз. А сейчас у Каталины. Господин, да меня же просто щадили всё это время!

Сочувствую всем, кому приходится иметь с ними дело.

Тем временем музыка сменилась. Это было что-то новенькое, и даже не зная, что сейчас будет, уже по мелодии стало понятно, что так объявляют открытие чего-то. В нашем случае, начала танцев. Можно сказать, что часть этого дня я уже прожил, осталась другая часть дня, а потом хавать и по домам.

Я встал в строй людей, которые образовали ровную площадку для танцев, пристроившись ровно между своими девчонками. Напротив нас, будто в противовес, встали серокожие. Кстати, я тут обратил внимание, что ни императора, ни его жены, ни детей уже не было.

— Лорейн, — тихо спросил я. — А где император? Он же танцевать должен первым, чтобы открыть бал.

— Он сейчас выйдет, — тихо ответила та.

Музыка притихла, и действительно, со стороны трона медленно и торжественно вышел император со своей женой.

Они остановились в центре зала, после чего встали друг напротив друга. Музыка заиграла, и они начали двигаться. Нет, это был не тот танец, что мы представляли. Ну то есть не современный, а те, что были ещё в семнадцатых веках и раньше, когда люди расходились, сходились, танцевали вместе, а потом будто порознь. Не хватало ещё людей, с которыми они бы перемешивались до полноты картины, но и так сойдёт.

Длилось это минут пять. Пять, если не больше! Да ты же заколебёшься так танцевать! В чём кайф подобного? Но оставим этот вопрос знатокам, потому что их танец завершился, а значит, настал наш черёд. И теперь мне надо было выбрать, с кем танцевать.

Вот тут я почувствовал, что такое тяжесть взглядов. Не пойму только, а чего мужики-то на меня палятся вдобавок?

Глава 64

Честно скажу, я не боюсь ответственности. Перекладывания ответственности на чужие плечи.

— Лорейн, а кого мне пригласить? — тихо спросил я.

— Кого хочешь, — ответила она, не моргнув глазом.

— Это я понял, но кого предпочтительнее?

— Любую, это ведь не сложно.

Не сложно?

— А ты сама хоть раз звала кого-нибудь на танец? — поинтересовался я. — Вот когда в конце будет белый танец?

— Нет, но…

Но-о-о-о?

— Я…

Вот тут Лорейн и растерялась. И всё потому, что в конце бала будет белый танец, где девушки приглашают парней эдакий способ показать кому-то свою благосклонность или интерес. А они, как я и подозревал, ни разу никого не приглашали. Поэтому легко советовать, когда ты сам не сталкивался с подобной проблемой.

— Сейчас, — пробормотала она и повернулась к Ирис. — Кого пригласить Самсону?

— Самсону? М-м-м… сейчас… — повернулась к Каталине. — Каталина, кого Самсону пригласить?

— Пусть пригласит… пригласит… секунду…

Да вы издеваетесь?

— Серафина, кого Самсону пригласить?

Та повернулась, взглянув на меня.

— Пусть пригласит дочь императора.

— Ясно, — Каталина обернулась к Ирис. — Дочь императора.