Кира Владова – Мне запретили тебя любить (страница 10)
Ах, вот в чем дело! На меня пожаловались.
– А, это… – Что ж, тогда и я молчать не буду. – Дядь Лёнь, ты знаешь, что она бьет дочь?
– Что?!
Судя по тому, как округляются его глаза, не знал. И Мия ему не безразлична. Все же интересно, почему…
– В тот день, когда Мия вернулась, она белье развешивала и случайно уронила простыню. Мне пришлось соврать, что это сделал я, потому что мать собиралась отлупить ее веником. – Кайф! Никогда не думал, что жаловаться на взрослого так приятно. – И сегодня… Ладно, сегодня я действительно виноват. Мия упала из-за меня. Я ее напугал. Случайно. Она коленки разбила, чулки порвала. Я ее домой подвез на такси. А мать накричала на нее и ударила по лицу.
– При тебе? – перебивает дядя. – Это все произошло в твоем присутствии?
– Нет. Я подслушивал, – признаюсь я. – И что, я должен был молча уйти? Я не прав? Скажи! Не прав?!
– Ты не прав, – твердо отвечает дядя. – Это не твое дело. Вмешиваться в чужую жизнь нельзя.
Офигеть! Он на ее стороне?!
– Я не вмешивался, – чеканю я. – Я позвал Мию готовить задание. И всё.
– Больше так не делай. Скажи мне, если что-то кажется неправильным. Пообещай…
– Нет, – перебиваю я дядю. – Не даю обещаний, которых не могу выполнить.
– Кирилл! Нельзя вмешиваться…
– А тебе можно? – срываюсь я. – Ты вмешиваешься в их жизнь, помогаешь Мие. А я должен молча смотреть, как ее бьют?!
– Так. Давай-ка, успокойся, – просит дядя вполне миролюбиво. – Нет смысла продолжать разговор на повышенных тонах. Водички принести?
А вот это уже залет. Я практически признался дяде, что у меня крышу рвет от Мии. Надо сбавить обороты.
– Не надо, – говорю я тише. – Прости. Я просто не привык к такому.
– Понимаю, – кивает дядя. – Я объясню, почему помогаю Мие и ее матери. Надеюсь, и ты меня поймешь.
У дяди все просто. Был у него друг, у друга – охранник, а у охранника – беременная жена. Друг с охранником разбились на частном самолете. Жена, то есть, Татьяна Петровна, осталась одна. Детдомовская она, что ли? Так и не понял, а переспросить постеснялся. Охранник, по словам дяди, когда-то ему жизнь спас, на рыбалке. Дядя с лодки упал, чуть не утонул, а тот его вытащил и откачал.
В благодарность дядя и взял Татьяну Петровну в дом домработницей, так как она ничего толком не умела, и жить нахлебницей не желала. Вот и получилось, что Мия родилась и выросла на глазах у дяди.
– Татьяна Петровна – добрая женщина. Но вспыльчивая, это да. Я в воспитание Мии вмешиваться не могу, и тебе запрещаю.
– Уж думал, может, она твоя дочь, – брякаю я.
Дядя, вопреки ожиданиям, не агрится. Наоборот, как-то тепло улыбается.
– Да если б моя… Жаль, но нет.
– Почему жаль? – тут же наглею я.
– Мозги у нее светлые. Грех такой девочке не помочь. Знал бы ты, какие сложные задачи она щелкает, как орешки…
– Ну да, она же Белка? – фыркаю я.
– Что?
– Прозвище у нее в школе такое. Белка.
– А-а… Вы поладили?
– Более-менее, – отвечаю я уклончиво. – Она не в восторге от того, мы в одном классе.
– Кирилл, скажи честно. Пожалуйста. Между вами что-то есть?
– Уже и помочь никому нельзя, – ворчу я, нахмурившись. – Зачем сразу подозревать?
– Мия – красивая девочка, а парни твоего возраста… бывают грубы и настойчивы. Соблазн – страшная сила.
– Как ты мог подумать?! – искренне возмущаюсь я.
– И все же, держись от нее подальше.
– Ты говоришь так, будто я зверь какой-то…
– Не обижайся, племяш. Но ты действительно для нее опасен.
– Чем это?
– Надо объяснять? – удивляется дядя. – Или тебе не сказали, как можно быстро восстановиться? Мия – соблазн для тебя. Великий соблазн.
Я не то чтобы забыл… Просто не думал, что могу сотворить с Мией такое. Только не с ней. Никогда. Ни за что.
– Кирилл, ты точно справишься? – с тревогой спрашивает дядя. – Если не уверен, я отошлю Мию в интернат.
Похоже, это из-за моего затянувшегося молчания.
– Уверен, – отвечаю я. – Ничего к ней не испытываю. Это стечение обстоятельств.
Надеюсь, дядя не почувствует ложь. Хотел спросить его, отчего меня так тянет к Мие, но как только понял, чем это закончится – передумал. Нельзя. Если дядя поймет, что Мия мне нравится, он отошлет ее из дома, и меня упекут в дурку. Потому что крыша плавится и едет, когда Мии нет рядом. Даже сейчас я чувствую острую потребность ее увидеть, убедиться, что с ней все в порядке.
Я могу не набрасываться на нее, как голодный зверь. Могу терпеть ее ненависть. Могу делать вид, что мне все равно. Но я должен видеть ее. Должен понимать, что она в безопасности. Иначе…
Да трындец иначе!
Может, это пройдет… со временем?
– Пойдем ужинать, – говорит дядя. – Я переоденусь и спущусь. Да, а в школе-то все в порядке?
– В полном, – заверяю его я. – Не переживай, с учебой проблем нет.
– А с ребятами?
– Я популярен.
– И нескромен, – замечает дядя. – Кирилл, мы договорились?
– Да, – отвечаю я, скрестив два пальца за спиной.
Когда скрещиваешь пальцы, ложь – это практически правда.
Глава 11
– Закончили? – интересуется мама, едва я возвращаюсь из гостиной.
– Нет, – отвечаю честно. – Леониду Сергеевичу не понравилось, что мы занимаемся дома.
Иными словами, я недостойна его гостиной. Но этого я маме не скажу. Хватит на сегодня упреков и обвинений.
– А как же задание?
– Закончим завтра в школе.
Не буду я маме говорить, что проще списаться по инету. С нее станется и это запретить.
– А-а… Ладно, есть иди, я тебе собрала.
– Леонид Сергеевич просил передать, что ужинать будут через полчаса.