Кира Вайнир – Пробудившая пламя (страница 36)

– В том то и дело, что не похож. – Мрачно ответил ему Марс, заставляя меня насторожиться.

– Да? А на кого тогда? – поинтересовался с удивлением пират.

– На нашего отца. – Буркнул Барлик.

Вся веселость мгновенно слетела с пирата, кулаки сжались.

– Возможно. Родным братьям сложно быть не похожим друг на друга.– Почти выплюнул он непонятные для меня слова.

– В смысле родным братьям? – спросила я.

– А как бывают родными братьями? Мать одна, отец один. Только родился я на два года раньше вашего омана, без рогов и крыльев. – Говорил он с таким выражением презрения на лице, что мне стало не по себе. – Аргес Марид Нави. Точнее мог бы им быть, если бы меня как того щенка гронха, не вышвырнули подыхать. Точнее, приказали избавиться от неоправдавшего надежд на получение статуса лари младенца. Только вот повитуха жалостливая попалась, она меня отдала своему дальнему родственнику, старому мореходу. Ну, так что, лари, всё ещё хотите что-то обсуждать со мной, главарём пиратов Геликарнакского залива?

– Конечно. Я думала, как тебя уговорить, а ты, оказывается, обязан помочь. – Сообщила я обалдевшему пирату.

– Это с какой стати? – возмутился заведенный воспоминаниями мужчина.

– Вообще-то, по-родственному. И сейчас вы старший член рода из тех, кто находится поблизости. Так что сохранение нашей жизни и здоровья ваш долг по закону крови, дядя! – обрадовал "дядю" Марс.

– Ничего себе наглость! – ответил тот.

– А что поделать? – нарочито тяжело вздохнула Малис. – Дурная наследственность. У нас дядя, говорят, главный пират на побережье.

– Лари, а вы уверены, что вы их правильно воспитываете? – с подозрительным прищуром посмотрел на меня новоявленный родственник.

Глава 15.

Проводив детей на предрассветную рыбалку, я надеялась ещё поспать. Если честно, я была уверена, что юных правителей вместе с их охраной и спутниками -гронхами очень быстро попросят отправиться в лагерь и не мешать рыбакам. Но против воли в голову лезли мысли из разряда вечных: как быть и что делать.

Кто виноват, меня мало волновало, потому что на мою сегодняшнюю жизнь это никак не влияло. Более того, я поймала себя на том, что бухгалтер с кучей дополнительных обязанностей, Ирина Владимировна, все больше уходит в тень и растворяется в ней, а я всё больше срастаюсь с этим миром и этой действительностью, где меня не удивляют чуждые порядки, не возмущают гаремы и отсутствие кучи привычных вещей. Да, Ираидала, ты не борец, ты приспособленец.

Главное, чтобы только про магию никто и ничего не узнал. А то меня саму, пожалуй, приспособят.

В голове обрывки планов теснились, смешивались, перемещались по важности. Я лежала, уставившись в складки ткани над головой, и перебирала пальцами шерсть Шторма. Гронх ничего против не имел, иногда только порыкивал от удовольствия или переворачивался, подставляя под руку другой бок или голову. В голове занозой засели слова старшего Зарда о том, что морëнное дерево не гниёт, а после земляной смолы, приобретает небывалую прочность. Вот только как её использовать, эту смолу, если она настолько опасна?

А если её черпать глиняными глубокими чашками, скорее даже ковшиками, заранее подготовленными в той же самой смоле? Если получится сделать так, что работа с земляной смолой станет безопасна, то тогда действительно станет возможно делать посуду на продажу. В принципе, если гончарную мастерскую и сушильню для готовой посуды сделать рядом с разломами, то можно будет зачëрпывать смолу, и на натянутых тросах перевозить чаши со смолой в мастерскую. А под тросами, всё выстелить камнем, камень замазать глиной, смочить и облить смолой. Получим ровную площадь, прочную и огнеупорную.

Камень, глина, смочить, смола... Эта последовательность крутилась в голове, раз за разом. Словно какая-то мысль всё манила меня хвостом и не давалась в руки. Камень, глина, смочить, смола... Морëнное дерево не гниёт и облитое смолой приобретает небывалую прочность.

Точно! Точно же! Я же просто увидела способ строительства, только без привычных материалов! Камень и глина отлично заменят привычные кирпич и раствор, а смола обеспечит прочность и долговечность.

А дерево, распиленное на кругляши ровной толщины, можно ошкурить, проморить в морской воде и обработать в смоле, мы получим основу для строительства так называемых глиночурок. А ведь там целое поселение можно будет воздвигнуть за считанные недели, и ума особого не надо! А если эти стены ещё и просмолить...

Да это отличное решение проблемы с жильём! Да и бессмертным нужны казармы. И если нам будет необходимо большое количество хозяйственных помещений, которые нужно будет очень быстро возводить, то такие глиночурки станут для нас просто незаменимыми! Прочные, лëгкие в возведении, тёплые дома, которые могут быть ещё и красивыми.

Дворец? Кому он нужен! В доме должно быть тепло и уютно, вкусно пахнуть домашней едой, приготовленной для своей семьи.

Осталось только переговорить со старшими и теми знающими людьми, про которых говорил старший Зард. Надеюсь, что они меня выслушают и не поднимут на смех.

Вопреки моим опасениям меня слушали очень внимательно. Я пересказывала и свои мысли о строительстве, и предложения детей. Единственный момент, который нам нужно было ещё разобрать, это перевозки. Но тут, я думаю, вопросы нужно задавать нашему новоявленному дяде, благодаря которому у моих детей вдруг обнаружилась дурная наследственность.

Идея работать со смолой никого не напугала. Здесь уже давно её использовали, знали об опасностях и умели от них защищаться. Просто в таких объёмах, как предлагала я, эту смолу никто не использовал.

– Знаете что, лари? – проговорил один из самых старых из пришедших. – Идеи у вас очень хорошие. Мне и в голову бы такого не пришло, до чего вы и ваша малая, наша ирлери, додумались. Вроде мусор под ногами, а вы так приспособили. Только вот что я вам скажу, вы уж не обижайтесь на старика, но понятно, почему оман вас отселил. Кто ж такую умную бабу при себе потерпит? А вы ещё и дочь тому же учите.

– Ничего, спишет на наследственность. – Засмеялся Зард.

Следующие несколько часов мы ожесточенно спорили и планировали. Начинать решили однозначно с постройки верфи. К счастью, здесь особых течений не было, а пловцами и ныряльщиками были почти все.

Шум на границе лагеря нас отвлёк, но так как Шторм не нервничал, я поняла, что это кто-то из своих. И не ошиблась.

– Лари, ваше задание выполнено. – Улыбался явно очень уставший Дираф. – Но сколько смог. Торговался за каждую монету. Здесь сто восемьдесят три монеты золотом и пятьдесят серебряных.

– Спасибо, мастер. – Разглядывала я два мешочка у себя на коленях. – Вы и ваши люди, кажется, даже не спали. Отдохните. Ополоснитесь с дороги, здесь рядом есть место, чтобы искупаться. Я попрошу, чтобы вас проводили и накормили.

– Спасибо, лари. Приятно, что нас встречают заботой. – Улыбнулся Дираф, прежде, чем уходить.

А я смотрела на два мешочка с деньгами. Дираф привёз сумму, на которую я и не рассчитывала. Даже если их использовать на уплату налогов в казну, то мы получим необходимую нам отсрочку. Хотя была у меня парочка идей.

Но вернуться к обсуждению строительства я не успела. Вернулись дети с уловом и дядей. Дираф видимо тоже увидел сходство пирата с оманом. По крайней мере, он тут же потребовал объяснений от Аргеса. Тот пояснять никому и ничего не хотел. Вот-вот могла вспыхнуть драка, что мне было совершенно ни к чему.

– Мастер Дираф, Аргес! Вы взрослые мужчины, воины! А готовы устроить скандал и драку на ровном месте! – поспешила я к месту конфликта.

– Лари! У вас по лагерю разгуливает пират! И даже не скрывает своей принадлежности к этой братии. Мало этого, он у вас ошивается рядом с наследниками! – возмутился Дираф.

– Он не пират. Он у нас главнокомандующий военно-морскими силами Геликарнака. – Отмахнулась я.

– Чего? Это кто же ему такое звание пожаловал? – возмутился мастер, пират окинул меня подозревающим не пойми в чём взглядом.

– Ну, наверное, мы. – Поддержал меня Марс.

– Лари, это не шутки! В этих водах пираты потопили ни один торговый и военный корабль империи. – Попытался мне объяснить Дираф.

– Вот скажите мне мастер, кто-нибудь нападал на Геликарнак с моря? – выкручивалась я, надеясь только на то, что подобной наглости никто не ожидает.

– Нет, все знают, что здесь пираты лютуют, но поймать никого не могут. – Дираф не сводил взгляда с Аргеса.

– Вот видите. То есть, те, кого вы зовëте пиратами, просто охраняют побережье. А найти вы никого не можете, потому что пиратов здесь нет. – Несла околесицу я.

– Лари, да что с вами? Они нападают на торговцев! Разбили имперский флот, который прислали разобраться с пиратами. – Перечислял Дираф.

– Торговцы? Это те, которые ограбили местных жителей так, что тем и есть стало нечего? Так я бы тоже не поверила, что это торговцы. – С подозрением на этот спектакль смотрели уже все. – Что же касается флота, то разве заранее извещали, что, мол, так и так, плывëм наводить порядок? А флаг и спутать можно.

– Какой флаг, лари? Не было ничего такого. – Подсказал мне пират, пришедший с Аргесом.

– Тем более. Как уважаемый Аргес должен был понять, что это за корабли? Да ещё и заступаются за разбойников. Капитан Аргес и подумал, что значит, сами разбойники и есть. – Продолжала выкручивать ситуацию я.