Кира Вайнир – Пробудившая пламя (страница 35)

Провёз он нас и по выработкам мариона. Но о добыче полезных ископаемых я ничего не знала. Так, смутные воспоминания с уроков географии и репортажи из программ про путешествия.

Посетили мы и несколько селений. Ощущение было, словно еду по полузаброшенным деревням. Вроде и жилые дома, но такие, на грани. Конечно, ветром их не шатает, но жить в таких можно только от большой нужды, когда деваться совсем некуда.

И последней точкой нашего путешествия на сегодня стали те самые разломы на пути к крепости, отошедшей Малис. Широкие овраги вытянутой формы, заполненные глянцевой жидкостью, цветом напоминающей наш йод.

– Осторожно, лари. Тут смертельно опасно и это не шутки, чтобы сопляков отпугнуть. – Остановил нас в стороне от такого разлома Зард. – Вот смотрите.

Он взял длинную палку, посмотрел, чтоб она была сухой, и окунул её конец в темную жижу, а потом стряхнул несколько капель на камни. Стоило этой темной жиже попасть на камни, как тут же вспыхнуло пламя, жадно облизавшее камни. Лежавшие между ними ветки и листья тут же загорелись. Благо старший стряхнул капли туда, где гореть особо было нечему.

Затушив огонь, который тушился, между прочим, с большим трудом, Зард продолжил демонстрацию опасных свойств жидкости из разломов. Полив на другую палку из фляги для воды, из которой пил всю дорогу, он окунул уже её. После того, как вытащил и подержал на воздухе буквально несколько секунд, он протянул ее мне. Конец палки был покрыт толстым и прозрачным слоем жёлто-коричневого вещества, напоминавшего древесную смолу или янтарь. И было очень твёрдым.

– Теперь не сломать, не разрубить. Даже гнить и то не будет. – Пояснил нам мастер Зард. – С человеком точно также.

А я вспомнила, где видела такое же вещество. Утром. Когда рассматривала корзинку из-под рыбы.

– Старший Зард, а вы корзины случайно, вот так не окунаете? – уточнила я.

– Окунаем. И прочую утварь. Сначала вымачиваем в морской воде, если дерево, ведь морëнное дерево не гниёт изнутри. А потом вот сюда. Если из глины чего, то после обжига остужаем, смачиваем и глянцуем. Не бьётся же.

– А ещё могут не гнить, не ломаться и не биться при перевозке бочки и корзины под рыбу, большие кувшины для вина, например, и маленькие для воды и молока. – В голове я просчитывала, сможем ли мы перевезти такую утварь в столицу, и возьмут ли её торговцы на продажу. – Как минимум, для перевозок и хранения очень хороший вариант.

– А ещё можно перед тем как окунать, глиняные блюда, тарелки и кувшины расписать. Тогда и красиво будет. – Предложила Малис, которая, не смотря на возраст, очень красиво рисовала.

По крайней мере цветы в её исполнении и птицы были очень яркими и объёмными. Лепестки, листики, перышки все было таким, что хотелось прикоснуться. Вышивальщицы с удовольствием брали её рисунки, как образец для своих вышивок на постельное бельё. А если найти здесь ещё таких рисовальщиков, то и на поток поставить можно. Будет у нас своя, Геликарнакская роспись.

– Наверное, можно будет по несколько экземпляров всего отправить в столицу, к старшим? Попросить показать торговцам. А там уже делать то, что больше заинтересует. – Спросил Марс.

– Я тоже об этом подумала. Но как минимум, мы сами точно будем обеспечены всем необходимым. – Ответила я.

– Лари, а ничего, что я вам тут распинался про опасность? – вкрадчиво спросил Зард. – Как это у вас мои слова так вывернулись, что вместо "это очень опасно", вы услышали " На этом можно заработать"?

– Не переживайте, старший Зард. Мы никому не скажем, что это вы нам показали и научили, что делать. – С самым серьёзным выражением лица успокоила старшего Малис.

Вернулись в лагерь мы только поздним вечером, уставшие и голодные. Нас сразу накормили, ребятам напомнили, что завтра их возьмут с собой на рыбалку, то есть спать им осталось часов шесть всего, а я, заметив, что старший Зард куда-то пропал, а значит, поговорить с ним не получится, решила пойти искупаться.

Только уйти, далеко не успела. Почти сразу за палатками, в лагере на полторы тысячи бессмертных, мужские руки утянули меня в темноту.

– Говорят прекрасная лари желала меня видеть? – прозвучал у меня над головой бархатный шёпот.

– Осторожно, и без лишних движений, поднял руки и уперся раскрытыми ладонями в дерево. – Раздался, как всегда мягкий и тихий голос Гульнизы, а в горло мужчины уткнулось острие кинжала. – Надеюсь, ты не напугал прекрасную лари, иначе тебе будет совсем не хорошо.

Я подняла глаза на неудавшегося похитителя, и сердце сжалось в каком-то узнавании. Смутном, не понятном, словно я видела этого мужчину.

– Конечно же нет. Лари сама же хотела увидеть главаря пиратов. Разве мог я отказать прекраснейшей в столь малом капризе? – в голосе над моей головой испуга не слышалось, зато я была готова поспорить, что этот пират улыбается, нагло и самоуверенно.

Впрочем, у него были для этого основания, одно движение, и он совершенно не пострадал, а кинжал уже у него.

– Если вы откликнулись на мою просьбу о встрече, то почему не пришли к костру? Поужинали бы с нами. Заодно и побеседовали бы. Познакомились. Что же вы сразу руки-то распускаете? – никак не могла отделаться от ощущения, что я уже видела этого пирата,

Хотя, если вспомнить, что Ираидала помнила какие-то фрагменты пребывания на корабле среди других невольников, то может там и видела?

– А я с вами уже знаком. Целый день ваше щебетание слушал. – Ухмыльнулся пират. – И что, прям с пиратом за один стол сядете? Может, ещё и тарелку с похлебкой сами подадите, как дорогому гостю.

– Так и сделаю. Раз уж пират так добр к местным жителям и разбоя в этих землях не чинит. – Заверила его я. – Но резких движений вам и вправду лучше не делать. Шторм не любит, когда ко мне прикасаются посторонние.

– Шторм? Ваш гронх. Как же я забыл. Он сейчас у меня за спиной, да? – чёрные глаза смотрели на меня с насмешкой.

– Так может лучше к костру? Как дорогой гость? Или вам удобнее в качестве напавшего на лари пообщаться со Штормом? – ответила такой же усмешкой я.

– Лари знает, как приглашать мужчин к столу. – Поклонился пират. – Аргес, госпожа, к вашим услугам.

Наше появление незамеченным пройти просто не могло. Взгляд, который мастер Азуф бросил в сторону бессмертных, без всяких слов объяснил мне, что бессмертных сегодня ждёт ну очень серьёзный разговор. И я бы может и хотела бы заступиться, но тут дело в безопасности, моей и детей. Сегодня у нас пират по лагерю гуляет, а завтра оман собственной персоной, какой-нибудь очередной Димарий или кого там нелегкая принесёт?

– Он утверждает, что весь день был поблизости от лари и детей. – Тут же подпортила мастеру картину Гульниза.

– Неужели? – прищурился мастер.

– Могу пересказать все разговоры, что вела лари и старший Зард. – Ответил ему улыбкой Аргес.

Мужчина обвëл взглядом лагерь, поприветствовал старших, поклонился детям. И уселся у костра, сложив по-турецки ноги. Выполняя своё обещание, я сама налила ему густого рыбного супа и подала ломоть хлеба.

Пока мужчина кушал, я его рассматривала. Ест аккуратно, не хлюпает, хотя сама грешна, позволяла себе порой потянуть из ложки наваристый бульончик. Крыльев и рогов нет, но рост при этом на зависть. Думаю, с мастером Дирафом будет наравне. Широкий костяк, плечи такие, что на одном я усядусь, на другом Гульниза и нам удобно будет. Впрочем, он же пират. Поди, на вëслах сызмальства сидел.

Черноволосый и черноглазый, с полными губами и чётко обрисованными скулами. Он не был сильно раскачен, про него так и хотелось сказать "поджарый". Поев, он отдал глубокую миску Фарли, а у Гульнизы взял чашку с горячим чаем. При этом сразу сделал глоток, показывая, что не ждёт, что мы его отравим. Чай я и сама пила, причём из того же котелка.

Я была не единственной, кто рассматривал пирата. Малис тоже следила, за каждым его жестом. Мальчишки сели рядом со мной, словно загораживая меня от гостя.

– Что такое, драгоценная ирлери? – улыбнулся Аргес.

– А вы, правда, пират? – прищурилась Малис.

– А что, ты тоже хотела встретиться с главарем пиратом? – Аргес вёл себя так, словно общается с несмышленым ребёнком, а мои дети далеко опережали своих сверстников по развитию.

По крайней мере тех шести – семилетних детей, кого я видела. О Марсе и речи вести не стоило. С его памятью и количеством прочитанных книг, он вообще был ходячей энциклопедией.

– Конечно. Я много читала про вас, пиратов. – Прищурилась Малис.

– Да? И что же ты читала? О том, как морской разбойник похитил прекрасную принцессу, и жили они долго и счастливо? – пребывал в прекрасном настроении пират.

– Описание боёв пиратской флотилии под командованием Орли Варенга, воспоминания о сражении при мысе Канаверал, когда при огромном перевесе сил и поддержке с берега, имперский флот был разбит в пух и прах. И про применение "крюка Вартанха". – Выдала Малис, совсем не этого ожидавшему пирату.

– Флот не был бы разбит, если не ошибка... – начал спорить Барлик с сестрой.

– Тогда пираты использовали бы дыру в построении! Мы с тобой уже год про это спорим! – не дала уйти в спор брату Малис.

– Так если вы так много знаете о пиратах, то, что у вас вызвало сомнения в том, что я пират, дорогие наши наследники? Или не похож? – веселился Аргес.