Кира Вайнир – Пробудившая пламя (страница 33)

Я издали наблюдала как мужчина огрызается на какой-то вопрос того самого сотника Мориса, за семьёй которого в своё время умудрились съездить даже на территорию врага. Настроение всегда улыбающегося Дирафа и за следующие дни не улучшилось. А мы тем временем уже ехали по территории "самой богатой части оманлира".

Дороги уже были настолько разбиты, что, только сильно приглядевшись, можно было понять, что здесь когда-то было всё выложено каменными плитами, остатки которых иногда торчали. Да кое-где полусгнившие перила, торчащие из земли, вот и всё, что осталось от " Императорской дороги".

Со всех сторон дорогу обступили деревья, корни которых пробивались мощной сетью на поверхность. Довольны были только гронхи, у них было столько места для охоты и беготни, что они, кажется, решили обеспечить добычей весь наш большой отряд.

Проехали мы и первое поселение. Ну, что сказать? Не шатающийся квартал и уже хорошо. Но впечатление осталось гнетущее. Одни обваленные какие-то муравьиные ходы по холмам вдоль дороги, с торчащими наружу балками, чего стоили. Оказалось, что это именно так добывается тот самый марион. Копатели прорывают просто километровые ходы под землёй, местами укрепляя их досками и камнями. Ходы эти небольшие. Добытчики сгибаются в три погибели, передвигаясь по этим ходам на карачках или вовсе ползком. Вода за осень и зиму обваливает эти проходы, оставляя такие страшные траншеи. За сезон, добытчики добывают всего несколько камней, ползая всё это время под землёй.

На привале Дираф опять подошел к нам.

– Лари, я думаю, вы и сами прекрасно понимаете, что происходит что-то совсем не то. Я настаиваю, чтобы вы вернулись в столицу. Под опеку императора. – Дираф был очень серьёзен.

– Мастер Дираф, я подозревала, что всё совсем не так радужно, как вы нам тут расписывали. И я уверена, что и дворец придётся приводить в порядок, чтобы в нём можно было жить. – Улыбнулась я. – Я была в бедных кварталах столицы, видела, как приходят сборщики налогов, как вытрясают последнее. То, что с земель Геликарнак поступает огромная сумма налогов, означает только то, что сборщики здесь особо лютуют. Поэтому я к этому готова, и возвращаться обратно, где в любой момент нас могут отравить или сжечь заживо. Я хочу воспитать детей нормальными людьми и дать им возможность вырасти спокойно.

– Лари, то есть вы продолжаете настаивать, что вы остаётесь здесь? – спросил, сжав кулаки, Дираф.

– Да, я продолжаю на этом настаивать. – Сложила руки на груди я.

– Отлично, лари. Значит, я и мои личные воины остаются здесь. – Упëрся молодой мастер.

– Как это остаётесь? В каком смысле? А что скажет император, когда всё узнает? – удивилась я.

– В самом прямом смысле мы остаёмся. Будем жить рядом с вами. И вот действительно, я не знаю что именно скажет император, когда ВСЁ узнает, но уверен, что главное, чтобы в этот момент женщин и детей поблизости не было. – После этого он развернулся и ушёл.

Это был последний привал перед тем, как мы достигнем цели всего нашего путешествия, места нашей ссылки, дворца Карнак. Вокруг была весна, в тот свой период, когда всё пробуждалось и набиралось сил, время новых надежд и планов. Только вот у уставших и изможденных людей, которые выходили нас встречать, были абсолютно потухшие взгляды. Многие выглядели исхудавшими, словно давно живут впроголодь.

Впрочем, налоги собирают в самом конце зимы – начале весны, чтобы они поступили в казну до того, как оман пойдёт в очередной военный поход. Сейчас уже вторая половина весны, но до сбора урожая ещё очень далеко.

С каждой минутой пропасть между тем, что есть и нормальной жизнью в этих местах становилась всё шире. А количество сил и труда, которое придётся вложить, всё возрастало. Наконец, мы остановились на небольшой площадке, выстеленной булыжником, перед башней, в которой располагались врата, ведущие на каменную дорогу к дворцу Карнак.

– Значит, говорите, уборка нужна и возможно ремонт, чтобы привести дворец в нормальное состояние и чтобы в нем можно жить. Да, лари? – встал рядом со мной Дираф, разглядывая сорванные с петель ворота, частично обрушившийся свод над воротами и каменную дорогу. В никуда.

– Какой дворец? Лет пятнадцать назад остров, на котором он стоял окончательно ушёл под воду. На столбах же стоял. Вот там часть островной плиты торчит и часть бывших казарм. А дворец-то рухнул под чистую. – Удивленно заверил нас старший поселения Карнак.

– Красивый залив. И, правда, словно золотом залит. – Сказала я. – Мастер Дираф, вы собирались здесь остаться? То есть поступить на службу к моим детям?

– Да, лари. – Прозвучало в ответ.

– Значит, вот вам и первое дело. Фарли! – позвала я девушку. – Принеси шкатулки с тем украшениями, что остались. Мастер, вам нужно будет вернуться в город, любой ближайший, вы лучше меня знаете, какой подойдёт, и продать содержимое этих коробок. Тут немного и не особо ценное, но больше нам денег взять неоткуда. Того, что есть у меня с собой нам и на месяц не хватит.

Глава 14.

Разместились мы в лагере. Бессмертные натянули над лежаками специальную ткань, которая защищала от солнца и не промокала. Хотя ближайших дождей можно было ждать только с середины лета.

Местные жители отнеслись к нашему появлению настороженно, но, тем не менее, принесли столы, скамьи, помогали в обустройстве лагеря. Нам дали время прийти в себя, показали, где можно искупаться, и пообещали, что зайдут вечером.

– Мам, мы тут узнали, – подбежал мне на встречу Марс, стоило мне только вернуться в лагерь после купания. – Здесь есть рыба! Но ловить её можно только до определённого веса. Весь улов забирают торговцы, а деньги отдают сборщикам, как часть налога. А самим жителям есть и ловить рыбу для себя нельзя. Мы с Барликом подумали, а мы можем разрешить? Ведь правят этими землями теперь Барлик и Малис.

– То, что узнали, это вы большие молодцы. – Похвалила ребят. – Для пропитания ловлю рыбы нам в любом случае придётся разрешить. Люди должны есть. А вот все решения давайте отложим до вечера. Нам же нужно узнать, что за рыба и почему только определенным торговцам можно отдавать улов. Но это очень хорошее решение. От голода нам всё равно необходимо избавляться.

– А ты нас что, возьмёшь с собой? На вечерний совет? – удивился Марс.

– Конечно. Это же ваши земли, вам здесь править. Значит и за народ, что здесь живёт, отвечать вам. – Улыбнулась я. – А как вы будете за него отвечать, если его проблем не знаете?

Вечером к нам в лагерь действительно пришли несколько мужчин. Старшие из нескольких близлежащих поселений. Я надеялась, что от них смогу узнать реальное положение дел в землях, что числятся, как самая богатая провинция империи. И то, что дети так живо начали интересоваться делами в этой самой провинции, меня только радовало.

Кстати, для себя я ещë днëм решила, что нужно будет уделить особое внимание непонятному запрету на ловлю рыбы для жителей, и ещё более непонятному ограничению, сколько ловить и кому именно продавать. Место, для стихийного совещания подготовили заранее, разложив сëдла, и накрыв их одеялами. Вполне удобные сидения получились, жаль только спинок не хватало. Как только все собрались, бессмертные разожгли несколько костров, свет от которых сейчас разгонял темноту.

Первой слово взяла я.

– Доброго вам всем вечера, или уже вернее, ночи. Моё имя Ираидала, и я лари. Это мои дети, илсиры Марс и Барлик, и ирлери Малис. Их отец, оман Берс Марид Нави, отдал им эти земли. То есть теперь они правят Геликарнаком. – Представила я детей.

– Да мы уж поняли, как шеи согнулись. – Непонятно ответил мне один из мужчин.

– Ну, вот видите, какие у вас шеи догадливые. – Решила перевести в шутку странную фразу я. – Только в столице все уверены, что эти земли богаты...

– А то! Налоги мы все платим, как положено, без задержек. Требу отправляем в полном объёме, недоимок нет, лари. – Отчитался Парнас, старший поселения Карнак.

– А живёте вы потом на что? – тихо спросила я.– Тут как бы дворец должен стоять. И две сторожевые башни. Если честно, то я боюсь даже представить, что в таком случае с крепостью Гарлакан, и что там вообще происходит в том жемчужном заливе. Он вообще, ещё существует?

– Да, лари. Только часть гряды обвалилась лет десять назад. И теперь это не залив, а большое озеро. – Вот после этих слов я уже и не знала, плакать мне или смеяться. – Но крепость стоит. Я сам лет пять назад там был, она стояла.

Парнас довольно улыбался, а я уже не выдержала.

– Всё хорошо, прекрасная маркиза, всё хорошо, всё хорошо. – Промурчала я. – А почему так давно у крепости в последний раз были?

– Ну, когда гряда обвалилась, то по земле разломы пошли, а в них проступила земляная смола. Там же и полыхнуть может. А если в дождь попасть, или одежда мокрая, то ведь окаменеешь. Вот я прошёл, проверить, как имущество оманово стоит. Чуть со страху не опозорился. А потом мы туда и не ходим. Жить то хочется. – Из пояснений Парнаса, я поняла только то, что там не то, что жить, туда и пройти почти невозможно. – А маркиза это кто?

– Это титул, вот я лари, а она маркиза. – Рассмеялась я, а потом решила повеселить собрание и как могла, пропела весёлую песенку.

– А, понятно. – Донесся шепот с дальних рядов. – Видать подруга её, вон уехала из дома на две недели, а возвращаться некуда и мужик помер.