Кира Сыч – Нити жизни (страница 2)

– Я вижу, вы все недовольны мной. Я не собираюсь оправдываться перед вами, ведь делал то, что должен был.

Вождь медленно, не отрывая взгляда, покачал головой.

– Нет, Мальчик-Койот. Ты не справился с постом, – сказал он мне. – Я должен был бы изгнать тебя из племени, но не могу. По нашему закону я не могу изгнать ребенка, а ты будешь ребенком до тех пор, пока не справишься с испытанием постом. Следующее испытание планируется только через год. Ровно через год ты сможешь повторить все и завоевать звание мужчины. Пока же ты можешь жить среди нас, не рассчитывая на наше признание.

Мне оставалось лишь улыбнуться и отвергнуть его глупое предложение.

– Великий Койот поведал мне мое будущее, – гордо сказал я. – Он приказал мне есть, он же и приносил лучшие куски бизонов. Я не буду больше терять время на то, что мне не нужно. Я ухожу сам. Меня ждет мой путь.

– Да будет так, – кивнул вождь. Он повернулся ко мне спиной, как и остальные члены племени.

Меня же это уже не беспокоило. Теперь я был свободен, знал свой путь и предназначение. Необозримый простор прерий манил своими тайнами, молодость кипела в груди, наполняя тело радостью новых открытий и впечатлений.

Взяв лук, стрелы и немного пеммикана, я последний раз взглянул на вигвам, в котором вырос. На своих родителей, стоящих ко мне спиной. Никакого осуждения к ним у меня не было и быть не могло, они сделали все правильно. Наши дороги просто разошлись.

Как только последняя верхушка вигвама скрылась от моего зоркого взгляда, я с наслаждением втянул такой непривычный воздух свободы и… одиночества. Только теперь я начал понимать, что означало мое имя. Я был койотом, оставаясь мужчиной. Двойственная натура свободного и дикого койота смешивалась с любознательностью и опасениями мужчины. И мне предстояло научиться находить баланс между ними. Ведь теперь, несмотря на отсутствие признания среди членов своего племени, я мог гордо назвать себя Мужчиной-Койотом. Я прошел главное испытание. Познал себя.

Койот: старик

Сырость мешается с запахом костра и щекочет ноздри. Это может значить лишь одно – сегодня не обойдется без дождя. Крылатые Вакиньян – духи грозы и молний – уже готовятся обрушить на лежащую внизу землю всю свою мощь.

В последний раз настоящая буря на моих глазах разыгралась в тот день, когда я нашел эту пещеру. Почему я тогда выбрал именно это укрытие? Этот вопрос до сих пор не дает мне покоя. Никогда меня не пугала непогода. До того дня.

В тот день в воздухе витал запах приближающегося дождя. Он заставлял меня непрерывно почесывать нос. Темные тучи нависли над прерией. Поднялся ветер, со злостью трепавший мою пыльную кожаную рубаху, покрытую тайными символами. За спиной у меня находился мешок, в котором лежали лишь самые необходимые шаману вещи.

До цели моего путешествия оставалось еще два дня пути. Меня вызвали в поселение, вылечить от загадочной болезни единственную дочку местного вождя. Все известные шаманы той области уже испробовали силы – все было напрасно. И они послали за мной. Моя слава лекаря уже достигла практически всех известных мне селений.

И я шел. Несмотря на ветер и собирающуюся вокруг бурю. Несмотря ни на что. Я готов был сражаться со стихиями. Готов был победить сотню врагов и приползти к больной, пусть даже истекая кровью. С последним вздохом произнести необходимое и попросить духов избавить больную от всех недугов. Я был готов ко всему, только не к случившемуся.

Меня сковал страх. Настоящий ужас. Шаги становились медленнее, ноги будто утопали в траве, как в коварном болоте. Я пытался справиться с собой, убедить себя в абсурдности свалившегося откуда ни возьмись страха. Каждый раз, закрывая глаза, я видел мелькающие картины пронзающей мое тело молнии. От этих картин тряслись коленки и потели ладони. Но ничего не могло остановить меня. Я упорно шел вперед.

Раздался первый раскат, Вакиньян пока лишь послал предупреждение. Издалека. Он уже шел за мной. Темное небо озарила яркая вспышка. Мне не повезло. Она ослепила меня. Как только я открыл глаза, вокруг меня стеной стоял густой туман. Я не видел ничего дальше вытянутой руки. Зато слышал, как Вакиньян неизбежно приближается, готовясь атаковать.

Доставать бубен и надеяться на ритуальные танцы не имело никакого смысла. Победить крылатых духов возможно было, только пока она не набрали силу. Стоять и ждать смерти – глупо. Оставалось одно – идти вперед. И я пошел. Ветер утих, звуки смолкли, даже раскаты грома звучали откуда-то издалека. Я сделал около десяти шагов и оказался у входа в пещеру. Она являлась лишь частью цепочки пещер, соединенных друг с другом.

Я выбрал себе вторую. Не хотелось отдаляться от выхода, но и стоящая перед глазами пелена серого тумана отравляла мое существование.

И вот уже около сорока лун я не вижу солнечного света, как и тьмы ночной. Найти меня невозможно. Я уже и сам не хочу, чтобы меня находили. В пещере, разведя костер и втянув дым из калюмета1, я могу снова слиться с разумом Великого Койота. Это моя единственная ниточка в земной мир. Все, что мне осталось – вспоминать прошлое или концентрироваться на давно утерянном.

Таинство нитей жизни не дает мне покоя. Никак не могу смириться с тем, что этот дар потерян для меня. Вспоминая слова Великого Койота, я все думаю, что же это за вопрос, которым задаются все люди? Как мог вопрос, «которым задаются все», проскользнуть мимо моего сознания? Думаю я намного чаще и больше, чем остальные. Почему же тогда я все еще не пришел к нему?

Ход мыслей нарушил пронзительный и внезапный крик ворона. В этом крике чувствовалась боль. Он ранен, как и множество раз до этого. Но завтра он вернется. И будет снова полон сил. Так продолжалось уже около сорока лун. И ни разу мне не довелось увидеть этой битвы. Несколько раз я даже пытался выйти из своего уютного убежища, увидеть битву своими собственными глазами, раз не получается чужими. И каждый раз я видел лишь туман, застилающий выход из пещеры. Видимости не было никакой, я шел наугад, каждый раз возвращаясь к входу. Будто что-то удерживало меня там.

Теперь же битва окончена. Ворон потерпел поражение. Я втянул дым и задержал его внутри на несколько мгновений. Закрыл глаза и сосредоточился. Хотелось увидеть бурю глазами койота. Сколько запахов, оттенков и вкусов мы упускаем, будучи людьми…

Прозвучал первый раскат грома. Пока еще далеко. Великий Койот не пустил меня в свое сознание. Я пытался несколько раз. Я открыл глаза и вздрогнул. Передо мной снова сидела она. Незнакомая девушка.

Мягкие черты лица обрамляли густые черные волосы. Блики костра, танцуя, подсвечивали бронзовый цвет молодой кожи. Длинная рубаха из кожи лося, покрытая по краям бахромой и подпоясанная кожаным ремнем, скрывала ноги. Все в ней было так плавно и таинственно, что она казалась мне существом из другого мира.

Эта девушка появлялась раз в пять лун. Всегда неожиданно. Для меня оставалось загадкой, как она бесшумно пробиралась мимо меня к костру и как исчезала, стоило мне на несколько секунд сомкнуть уставшие от дыма глаза. Сколько бы я ни задавал ей вопросов, она всегда молчала. Изредка она поднимала свои карие, почти черные глаза, и пристально смотрела на меня. Этот взгляд сковывал, не оставляя возможности шевелиться, думать и даже просто отвести взгляд в сторону. Я чувствовал беспомощность. Но она была не моей. Она передавалась мне от девушки. Я видел в ее взгляде сильный дух, непреклонную волю и желание жить. И все же в самой глубине, где-то за ее силой ощущался отчаянный крик беспомощности. Она молча просила меня о чем-то, только я никак не мог понять, о чем.

Обычно моя таинственная гостья исчезала всегда так же неожиданно, как и появлялась. Стоило мне подержать глаза закрытыми чуть дольше, чем того требовалось для моргания – она исчезала. На ее месте оставался лишь маленький камешек. Всегда разных цветов.

Я тщательно изучал их при свете костра. Они все были разных цветов, переливались и блестели. Гладкая поверхность полностью исключала вероятность достижения такого эффекта краской. Я засыпал, держа их в руках, а утром обнаруживал исчезновение очередного камня. Они просто растворялись в моем зажатом кулаке.

Уже готовый ко всему, что произойдет дальше, я втянул дым и закрыл глаза. Сейчас она исчезнет, как и всегда. Загадочное видение, оставляющее после себя только неестественной красоты камни. С легкой болью в груди открыл я глаза. Моменты прощания с таинственной незнакомкой, укравшей своей красотой и непокорностью мое старое сердце, проходили мучительно.

Как же велико было мое удивление, когда, открыв глаза, я увидел ее. Она все также сидела напротив меня. Не поднимая головы. Сегодня она была задумчивее, чем обычно. Ее грусть заполняла меня, выливаясь слезами из глаз. Не в силах больше сдерживать себя, я поднялся и обошел костер. Она не делала попыток убежать или отдалиться, даже не пошевелилась.

– О дочь луны и солнца, прекрасная представительница небесных жителей, – вытерев со щек слезы и взяв ее руку в свою, сказал я. – Я чувствую все, что чувствуешь ты. Мы связаны незримой нитью. Но я не знаю, как помочь тебе. Что мне сделать? Укажи мне…

Девушка подняла лицо и посмотрела на меня своими завораживающими глазами. Она медленно тянулась ко мне, пока наши губы не слились в поцелуе.