Кира Страйк – Попутчики (страница 10)
Помимо этого дома я, оказывается, владела большим куском земли, который моим родителем сдавался в аренду, что давало неплохой прибыток. Однако, Тасмин была барышней совершенно не приспособленной к самостоятельному ведению хозяйства. Из того, что я сейчас слышала, сам собой напрашивался вывод, что единственное, в чём моя предшественница действительно хорошо разбиралась – так это в молитвах, вышивках, нытье и страданиях.
Поэтому, арендаторы быстро смекнули, как можно надувать бестолковую молодую девчонку, и не преминули этим знанием воспользоваться. В итоге, того, что выручала она, едва хватало на то, чтобы пережить зиму. Родительское добро тоже потихоньку распродавалось. В общем, весело всё.
– Так может и мы с сайроном от мародёров пострадали? – снова задала наводящий вопрос я.
– Может, госпожа. Как война закончилась – много лихих людей развелось. Солдат с довольствия сняли, а многие из них ничего не имеют, да и не умеют. Вот и подаются из бывших защитников в злодеи. Э-эх… – снова вздохнула она.
Здесь я решила, что на сей момент пока достаточно разговоров. Тем более, что голова моя, которая уже просто кругом шла от полученного объёма информации, уже была отмыта. Оставалось прояснить ещё один важный вопрос.
– Спасибо тебе, Томасина за то, что не бросила нас с сайроном Алексом в трудную минуту. – с заходом из-за печки начала я, – Хочу тебя отблагодарить. Да и жалованье, наверное, пора платить?
– Что вы, госпожа. – засмущалась тётка, – Я же всё понимаю. Такое несчастье… Я же с вами с самого детства…
Но на лице служанки при этих словах отчётливо проступило облегчение – зарплату наёмной батрачке и в самом деле, по всей вероятности, задержали – это я угадала.
– Достань, пожалуйста, деньги. – попросила я, наблюдая за тёткой.
– Откуда, госпожа? – с наигранной неосведомлённостью спросила она. Это было видно по напряжённо засуетившемуся взгляду. Всё-таки, скрывать эмоции моя служанка не умела абсолютно. А где деньги хранятся – знает совершенно однозначно.
– Томасина, доставай, ты же видишь – я толком пошевелиться не могу – не то, чтобы встать. – миролюбиво сказала я.
– Не подумайте чего худого, госпожа, я просто как-то раз заметила… – замямлила тётка, отступила назад, опустилась на карачки и поползла, не поверите – под кровать.
–
Вынырнула из-под койки Томасина с деревянной шкатулкой и красным от натуги и смущения лицом. Из чего следовало, что признаваться в обладании хозяйскими секретами было неловко, но деньги были сейчас нужнее и важнее, чем немного помятая репутация.
– Возьми, сколько я должна. – предложила я, – Возьми, возьми.
Я понимала, что, вероятно, для хозяйки не самый лучший выбор обнародовать перед служанкой свои "банковские счета", тем не менее, вариантов не было. Как можно было выдавать человеку зарплату, совершенно не ведая сколько и что за денежная система здесь вообще существует?
Томасина поставила шкатулку на табурет, открыла и двумя пальцами, подглядывая внутрь буквально одним глазом, достала плоскую, грубо обрезанную квадратную железку.
– Вот, сайрин, за месяц – один тал. Тут всё на месте. Как перед венчанием продали матушкину брошь, так всё в сохранности и лежит. Жалко-то как – последнее, что ценного оставалось от родительницы…
Я вытянула шею и тоже заглянула в шкатулку, на дне которой ещё лежали две таких же железяки, как та, что теперь перекочевала в руки Томасины и в уголке примостилась поменьше размером, но потолще.
– Возьми ещё вон ту, – тыкнула я пальцем, – за заботу. В качестве моей личной благодарности.
– Что вы, госпожа! – едва не задохнулась она в ответ, – Ни за что на свете Томасина не ограбит свою сайрин. Мы, конечно, люди не богатые, но совесть имеем. Это же пять моих жалований. Где же видано, чтобы целый талиший в благодарность забрать. Вы, госпожа, ещё от болезни, видать, не отошли, – спешно закрывая коробочку, она снова полезла под кровать – водворять мой смешной "сейф" на законное место.
–
В этот момент в комнату вернулся Саша. Судя по выражению лица, ему уже до смерти надоело слоняться по дому из угла в угол. Мы с Томасиной и в самом деле довольно долго провозились. Главное – всё не без пользы.
– Ну что? – одними глазами спросил "муж".
– Порядок. – так же молча кивнула я.
– Томасина, разогрей нам, пожалуйста, обед и можешь отправляться домой. – скомандовал он, чему служанка была только рада – той полученная монетка явно "жгла кошелёк".
Дождавшись, когда просьба была выполнена и за Томасиной захлопнулась дверь, спокойно взялись анализировать полученную информацию. Саша в своё отсутствие тоже времени даром не терял.
– Ну и прижимистая у нас экономка. – между ложками высказал своё мнение он, – я там в кладовке порылся – ещё кое-что нашёл. Продукты уже пропадать начинают, плесневеть, а она всё кроит чего-то, за каждую крошку трясётся.
– Зато совестливая какая – знала, где деньги лежат и не взяла. А могла бы обокрасть и смыться, бросив нас на произвол судьбы.
– Это не совесть, а простой здравый смысл. – прагматично заметил сосед, – Ну обокрала бы она, а если бы мы и без неё выжили, да обнаружили? Куда отсюда бежать с этими копейками? Зима, деревня, да и дети у неё – их за собой в бега не потащишь.
– Я с тобой вот тут не совсем согласна. Всё равно – совестливая. Большую монету не взяла, а ведь я по неведению и предлагала. Так что, может, и заполошная она, и хозяйка – так себе, но хоть порядочная.
– Ладно, допустим. Теперь давай соображать, куда мы всё-таки попали. Я что-то никак не пойму. Вроде бы всё похожее – люди, вещи, драконы вокруг не летают – а названия чудные… Как, говоришь, она деньги называла?
– Талы. А толстая монета, выходит пять талов – талиший. Если хочешь – посмотри, в шкатулке под кроватью.
– Успеется. Вот смотри – сайрон, сайрина – не припомню, чтобы встречал где-то подобное обращение. Хотя бы даже в случайных описаниях.
– Меня всё тянет себя сайрой обозвать. – хохотнула я.
– ? – Саша непонимающе уставился на меня, потом сообразил и тоже рассмеялся, – А-а-а! Ну да, забавная аналогия.
– Я думаю, мы с тобой в альтернативную историю угодили. – высказала своё предположение я.
– Историю чего? Какой страны?
– Никакой. Альтернативную историю земли.
11
Алекс.
Всю неделю прожили, как партизаны в глухом подполье. День сурка – по одному маршруту: койка – кухня – мойка. Вымотался, честно сказать, как собака. Таня всё ещё лежит, на эту Томасину, пока не нарычишь – ничего по нормальному не сделает. Да и нарычишь – не всегда помогает. Ходит потом ещё косится подозрительно, да губы дует. Как они тут с таким отношением к здоровью, да и просто, чёрт побери, к быту ещё совсем не повымирали? Понятно ведь – без банальной чистоты и хорошего питания – на ноги не встать. Похоже, здесь этот вопрос – риторический.
Самое смешное – в деревне есть травница! Но к нам её не позвали. Я, когда про это узнал – обалдел. А на резонный вопрос "почему?" – реакцией был такой возмущённо-негодующий взгляд, будто ответ совершенно очевиден, а я только что предложил ей заголить панталоны на виду у всей деревни, а не доктора пригласить. Еле заставил эту упрямую тётку привести в дом местную знахарку. А то ж до последнего брыкалась с непреклонным, каким-то одержимым упрямством.
Мотивация отказа убила наповал – исходя из её логики, по-нашему говоря, все эти шарлатаны – от лукавого. А сайрин Тасмин "ни в жисть не согласится против законов всевышнего идти" – нет, ну вы слыхали? Я чуть голову ей не открутил – не знаю, как сдержался. Мол, если судьба – значит и выживем, а если высшие силы против – так ничего не поможет! Только перед господом "замажемся" и в верхние пределы потом не попадём. Где же этим бедолагам – нашим предшественникам – сдюжить было?!
Ну, видимо, почуяла наша хреновая заботушка, что я её готов пришибить не сходя с места, потопала до докторицы местной. И то, зараза, дверь захлопнула и оттуда, всё-таки, пискнула ещё раз, что сайрин Тасмин будет против.
Пришлось вернуть строптивицу и, сурово глядя в глаза, импровизировать:
– Все в воле всевышнего, Томасина! И ежели он, всемилостивый, допускает, чтобы лекарки существовали, то и пользоваться их услугами – не грех! Или ты думаешь, что ты святее самого господа нашего?!
Этот религиозный выверт смутил зловредную тётку и заставил наконец-то заткнуться и отправиться за травницей.
Ведунья, как её… Хора, кстати, оказалась тёткой адекватной. По крайней мере на фоне нашей малохольной Томасины – так вообще эталон здравомыслия. И внешне приятная – спокойная. Без суеты поздоровалась, да в комнату пошла. Ну Татьяна молодец, всё как надо – сделала испуганное лицо, но к телу, типа, допустила. К ужасу нашей служанки. Я на всякий случай вышел и её вытолкал, пока она там истерику не закатила и в обморок для пущей наглядности своего ретивого набожного несогласия не грохнулась.
Знахарка в итоге сделала вывод, что там уже ничего серьёзного – хорошо отлежаться, да травки укрепляющие попить. В принципе, я на то и надеялся. Но на всякий случай хотел убедиться, что осложнений нет. Не уверен, что и Хора наверняка ставит верные диагнозы, тем не менее – видно, что "медик" она бывалый. Как-то немного спокойнее стало.