Кира Сорока – Зажигая пламя (страница 58)

– Когда мы увидимся? – Мой голос садится, так что выходит практически шепот.

– Не знаю. – Алина опускает взгляд. – Мне… Я… Я не могу быть с тобой. Ничего не получится.

Эйфорию будто смыло цунами. Мое самолюбие разорвано в клочья.

Медленно опускаю руки и больше не держу ее.

Наверняка завтра я пожалею, что не стал удерживать девушку, но сейчас меня снова кроет. Я никогда не бегаю за девчонками, а за этой ношусь так, что все ноги стер!

В молчании отдаю ей телефон и нажимаю кнопку, разблокировав двери. Алина так же молча выходит из машины и медленно идет к подъезду.

Мне так хочется пойти за ней! Но я сижу… Алина открывает дверь – я все еще сижу в машине. Заходит в подъезд, и я уезжаю.

И больше не ищу с ней встречи. Тусовки, друзья… Мне есть чем заняться.

Так продолжается три недели. До тех пор, пока меня вдруг не накрывает такой тоской по ней, что я решаюсь на то, от чего так старательно сдерживался. Я объявляю войну Тимофею.

Алина снова с ним. Их совместная фотка на его страничке «ВК» стала моим спусковым крючком.

Ну что ж… Пора дать возможность Алине увидеть своего «золотого» мальчика по-настоящему!

Я отправляю мышке ссылку на весьма интересную группу «ВК». Пусть хавает, черт возьми! А футболисту скидываю фотки, сделанные в загородном доме.

Те, на которых его девочка в постели с двумя парнями.

36

Три недели спустя Алина

– This year we will have an examination and testing. I’m preparing, and you? (В этом году у нас будет экзамен и тестирование. Я готовлюсь, а ты?) – четко проговаривая каждое слово, смотрю на Тима.

Он лезет в переводчик в своем телефоне. Закрываю экран рукой.

– Ну а смысл подсматривать?

– Подожди, я не понял всего одно слово, – усмехается Тимофей.

Схватив мою руку, он переплетает наши пальцы, кладет телефон на бедро и быстро что-то набирает второй рукой. Через минуту Тим отвечает:

– I’m also getting ready. I’m most afraid of tests. (Я тоже готовлюсь. Меня больше всего пугают тесты.)

– I also don’t like tests (Мне тоже не нравятся тесты), – говорю я в ответ.

– I like you. And I miss you (Ты мне нравишься. И я скучаю по тебе), – с чувством произносит Тим, подняв на меня взгляд.

Он все еще удерживает мою руку. Голубые глаза смотрят с нежностью. Почти гипнотизируют.

– Это не по теме. – Моргнув, я отвожу взгляд и мягко забираю руку.

Тимофей вздыхает.

Три недели назад я сказала ему, что между нами все кончено. А Егору заявила, что мы с ним не можем быть вместе. И все это время меня не покидает ощущение, что я обманываю обоих…

Тим… он хороший парень. Но я почему-то не могу вспомнить ни одного яркого момента в наших отношениях. Будто и не было этих отношений вовсе. Лишь послевкусие от них: что-то приятное, дружеское, доверительное, спокойное. Никакого взрыва эмоций. Скучно.

А Егора я должна вытравить из сердца. Он опасный парень. Его отношение к людям, жестокость и эгоизм – совсем не то, что мне нужно. Но именно о нем я думаю двадцать четыре на семь. Именно яркие моменты с ним я постоянно вспоминаю. Даже те украденные поцелуи.

И именно с Грозным я хотела бы быть, если бы можно было вынести за скобки все плохие вещи, которые он сделал. Закрыть глаза на то, что таким образом я унижу Тима и, сто процентов, разозлю своего отца.

Положа руку на сердце, пора себе признаться: я влюбилась в Егора. Совершенно неправильной, ненужной, абсурдной любовью. И я совсем не жалею, что прекратила это все. Потому что ничего за скобки не выносится, люди не меняются по щелчку пальцев, а Егор – это не моя история.

Как бы больно от этого ни было.

И если с Егором я действительно три недели не общалась, то с Тимофеем мы пытаемся поддерживать дружеские отношения. Поэтому, когда он сегодня попросил меня подтянуть его английский, я просто не смогла отказать. И вот мы сидим на кровати в моей спальне, и выглядит все так, словно мы и не расставались. Но я буквально физически ощущаю ту километровую пропасть между нами, которую сама и создала.

– Давай продолжим. – Я кладу на колени книгу для подготовки к английскому.

– Подожди. – Тим придвигается ближе и обнимает меня за плечи. – Сэвен требует селфи.

Сначала я вообще не понимаю, что он делает. А затем перед лицом появляется телефон Тима. Камера фокусируется на наших лицах. Щелк… и Тимофей отстраняется.

– Мне нужна грамотная отмазка, почему я не могу потусоваться с Сэвеном, – усмехается Тим.

Мельком заглядываю в его телефон и вижу, что он действительно отправил нашу фотографию Кириллу в ответ на его сообщение, которое я тоже случайно вижу:

Отведя взгляд от телефона Тима, прислушиваюсь к себе: царапает ли меня ревность? Однозначно нет. Мы расстались, Тим теперь свободен и вправе встречаться с кем хочет.

– Мы можем закончить прямо сейчас. – Я захлопываю книгу и встаю с постели.

– Алина! – Тимофей ловит мою руку. – Я не хочу ни с кем тусоваться, понимаешь? Мне нужно заниматься английским. И мне приятно делать это с тобой. Сэвен и без меня прекрасно проведет время. Вернись, пожалуйста, а?

Он мягко тянет меня обратно. Я поддаюсь. Сев на кровать, вновь открываю книгу и долго гоняю Тимофея по диалогам. Иногда он отвлекается на телефон, что-то там пишет, улыбается… В эти минуты он становится весьма рассеянным, отчего я немного злюсь. Но не ревную, нет.

Вообще я испытываю гордость за то, что мы смогли расстаться так цивилизованно и продолжаем поддерживать дружеские отношения. Тим если и заикается иногда о нашем расставании, то делает это аккуратно и ненавязчиво. В нем нет того бешеного напора по отношению ко мне, какой есть у Егора. Хотя я не могу сказать, что Тим не напорист.

– У тебя там что-то важное? – говорю я, когда Тимофей в очередной раз улыбается своему смартфону.

– Я выставил нашу фотку в «ВК». Теперь вот комменты читаю.

– Какую фотку?

Я хватаю свой телефон и захожу на страничку Тима. Фотка, которую он сделал для Сэвена, теперь красуется на его стене с подписью: «Английский может стать для меня самым любимым предметом». Под ней уже куча комментариев от наших общих друзей.

«Даже не удивлен. Голубки снова вместе!»

«Вы как всегда классно смотритесь вместе».

«Наконец-то наш Первый снова будет доволен жизнью».

– Прости, я не подумал, что они поймут эту фотку именно так, – без всякого сожаления в голосе произносит Тим.

Я могла бы разозлиться, даже, наверное, стоило это сделать, но злиться на Тимофея у меня никогда не получалось. Особенно когда он смотрит на меня с таким обожанием…

– Пойду сделаю нам чай. – Встаю с кровати, чувствуя, что мне срочно нужна передышка. Не от английского, а от проникновенных взглядов бывшего парня.

– Угу, – роняет он, вновь зарывшись в смартфоне.

Пока жду, когда закипит чайник, решаю сделать бутерброды. Мой телефон, лежащий рядом на столе, тихо сигнализирует об уведомлении. Бросаю взгляд на экран. И бессильно плюхаюсь на стул, потому что мои колени подкашиваются. Сообщение от Грозного.

Целых три недели от него не было ни строчки. Сердце так быстро трепещет в груди, что становится даже страшно от такой реакции собственного организма. Затаив дыхание, кликаю по уведомлению. Открывается чат с Егором, а там… просто какая-то ссылка. И почему я вдруг чувствую это глупое разочарование? Почему я вообще чувствую так много всего, когда речь заходит о Егоре?

Перехожу по ссылке. Меня выкидывает в какую-то группу «ВКонтакте». Лишь через пару минут понимаю, что это фан-группа наших футболистов. Зачем Грозный прислал мне это? Странно, что я и не знала о существовании этой группы. Начинаю неторопливо листать стену. На первой фотке вся команда, участвовавшая в последних сборах. Тим с мячом стоит самый первый.

Листаю записи дальше: «Парни играют», «Парни тренируются», «Тим в воротах». Ого! Под фоткой Тима триста комментариев и пятьсот лайков. Машинально открываю комментарии.

Сердце тут же замирает. Девчонки. Множество женских ников и аватарок бурно обсуждают моего бывшего парня. И это нечто… Одна рассказывает о том, какой Тим в постели, а другая с ней спорит, настаивая, что он спал только с ней.

Мне становится плохо. Все внутри словно покрывается коркой льда.

Это неправда! Тим не поступил бы так со мной!

Но где-то в душе я уверена, что, копни сейчас глубже, исследуй эту группу вдоль и поперек – и наверняка можно будет найти что-то и похуже.

Какие мерзкие мысли… Я не буду этого делать!

– Алина, это что такое?! – залетает на кухню Тим.

Я вскакиваю. Руки трясутся, губы дрожат. А глаза парня мечут в меня молнии. Что бы там ни разозлило Тима – мне плевать! Пусть лучше скажет, с кем из этих девчонок он спал. Со всеми сразу? Или была какая-то особенная?!

– Ты посмотри сюда! Твою ж мать! И лучше скажи мне, что это фотомонтаж! Алина! Ты чего молчишь?