Кира Сорока – Зажигая пламя (страница 20)
Распахиваю глаза. Судорожно глотаю воздух, ощущая приступ удушья. Не сразу понимаю, где нахожусь. Не сразу вспоминаю события этой ночи.
Яркий солнечный свет бьет в глаза, заставляя зажмуриться. Переворачиваюсь на бок, стираю испарину со лба.
Сон. Это просто сон, вызванный вчерашним инцидентом. Я чуть не утонула. Но Егор меня спас. И возможно, теперь попросит что-то взамен. Ведь добрые дела он просто так не делает.
Под подушкой вибрирует телефон. Нехотя достаю его, держа глаза закрытыми и продолжая плавать в отголосках своего сна. В воспоминаниях о том, каким заботливым может быть Грозный… И каким козлом может стать буквально через секунду.
Вчера он тоже был одновременно и плохим, и хорошим. Я видела, как он нервничал и беспокоился обо мне. Мне ведь не показалось это?
Если все происходящее было правдой, то не такой уж он плохой парень. Мне очень хочется верить, что Егор совсем не плохой, а его отвратительное поведение – это просто маска.
Телефон снова вибрирует, и я все-таки открываю глаза. В «Телеграме» сообщения от Егора. Какие-то фотографии… Я вглядываюсь в них, и в тот же миг ядовитая желчь подкатывает к горлу. Отрезвляющая реальность бьет наповал.
Фото были сделаны в этой самой комнате.
Я резко сажусь. С ужасом вглядываюсь в снимки.
Не может быть… Этого просто не может быть!
Отбросив телефон, обнимаю себя за плечи. Слезы льются рекой.
Я даже не помню, как сюда попала! Господи… За что?
Даже не поднимая тонкую простыню, я знаю, что сейчас на мне лишь белье. Потому что на фото я тоже в одном белье. И я там не одна. Судя по фотографиям, на этой кровати побывало как минимум еще двое…
Телефон снова вибрирует. Растирая слезы по щекам, хватаю мобильник. Вновь сообщение от Грозного.
Сжимаю смартфон так сильно, что костяшки пальцев белеют. Отшвырнув гаджет, выпутываюсь из простынки и спрыгиваю с кровати. Моя вчерашняя одежда, шорты и майка, валяется на полу.
Нет, я совершенно не помню, как раздевалась.
Желчь вновь подкатывает к горлу. В ярости пинаю шорты и бросаюсь к шкафу. Выдергиваю из него сарафан, быстро одеваюсь и вылетаю из комнаты.
Несусь по лестнице на третий этаж. Распахиваю дверь одной комнаты, второй, третьей… Грозного нигде нет. Возвращаюсь на лестницу и спускаюсь, перепрыгивая через ступеньки. В гостиной пусто. Ни персонала, ни его. У бассейна тоже никого.
Черт возьми! Где ты?!
Выхожу в сад, оглядываюсь по сторонам. Под навесом стоят мотоцикл и «БМВ». Ни машины, на которой уехала Юлиана, ни каких-то других… Я обхожу дом, проверяю беседку и все известные мне уголки сада. Гнев внутри растет с каждой секундой.
Так никого и не обнаружив, возвращаюсь в дом. Захожу в столовую и вижу Веру. Наконец-то!
– Доброе утро, – говорит горничная, вежливо улыбнувшись. Она выглядит уставшей.
Неудивительно. Скорее всего, Вера совсем не спала и все утро убирала после стада этих мажоров.
– Доброе утро, – мне с трудом удается говорить спокойно. – Вы не видели Егора?
– Он только что поднялся.
– Спасибо, – роняю я и вновь бегу к лестнице.
Слышу шаги на втором этаже и успеваю заметить, как Грозный заходит в мою комнату и закрывает дверь.
Козел! Сволочь! Ненавижу!
Врываюсь следом. Егор развалился на моей кровати. На его лице играет самодовольная ухмылка. Я замираю в центре комнаты, не сводя с него глаз. Меня трясет, словно в лихорадке.
– Встань! – отчеканиваю я.
– Кто-то явно разозлился… – нараспев произносит парень. – А вчера ты была такая покладистая, мягкая…
Пол начинает ускользать из-под ног.
Перед внутренним взором вспыхивают кадры вчерашней ночи. Вот я танцую с Дашей, затем общаюсь с Никитой… Драка, кровь… Потом я тону… Егор вытаскивает меня из воды, его взволнованное лицо…
А что было потом? Почему я отключилась и больше ничего не помню?!
Слезы вновь брызгают из глаз. На смену злости приходит опустошение и бессилие.
На фотках рядом со мной в моей постели не Егор. И не кто-то из его близких друзей. На них запечатлено, как я развлекалась с какими-то двумя незнакомыми парнями. И кто-то третий нас фотографировал.
– Не реви! – брезгливо морщится Грозный и все-таки встает с моей кровати. – За ошибки приходится платить. И ты заплатишь.
Он подходит ко мне и с вызовом смотрит в глаза. Вновь накатывает ярость.
– Ошибки? – Со всей силы я бью его по плечу. – Ошибки, да? Какие ошибки?! Это твои друзья отмороженные что-то со мной сделали! Чем-то опоили, и я…
С силой бью парня в грудь. Но, видимо, я так слаба, что он даже не двигается с места и не меняется в лице. Вновь замахиваюсь, но Егор перехватывает мою руку и дергает на себя. Обхватив за талию, прижимает меня к своему телу и рычит в лицо:
– А может, ты просто устала быть скучной, а? И наконец-то расслабилась?
Меня сейчас стошнит. От самой себя.
Боже… Тим! Что он обо мне подумает?
– Отпусти… Отпусти меня, урод! Я прямо сейчас обращусь в полицию! Пусть проверят каждого, кто был на вечеринке! – пытаюсь оттолкнуть Егора обеими руками.
– Вечеринке? Какой вечеринке? – ухмыляется парень. – Кто сможет подтвердить, что здесь была вечеринка?
– Да хотя бы Вера!
– Что? Горничная? Ну давай, попробуй, спроси у нее, – говорит он издевательским тоном.
Все продумал, да? Загнал меня в угол?!
Я замираю, больше не пытаясь освободиться, и отворачиваюсь к окну. Всхлипываю и снова заливаюсь слезами.
Ему же это не нравится, да? Ему же неприятно видеть мои слезы. Тогда зачем он это делает?
– Слушай… – Голос Егора хрипнет. – Я же просил тебя по-хорошему. И сестру твою просил уйти из нашей жизни. Но вы меня не услышали.
– Отпусти… – У меня получается лишь прошептать, и это явно не помогает.
Грозный продолжает меня удерживать, обвив рукой талию. Вторую он подносит к моему лицу и большим пальцем стирает соленую влагу со щеки.
Дернув головой, я затравленно смотрю на него.
– Просто помоги мне, и все, – говорит он, уткнувшись лбом в мой лоб и крепко держа за затылок, не позволяя отвернуться. – Скоро в доме отца будет важный прием. Ты пойдешь со мной, проникнешь в его кабинет и кое-что для меня добудешь. Потом я удалю фотографии. Твой парень ничего не узнает.