реклама
Бургер менюБургер меню

Кира Сорока – Зажигая пламя (страница 19)

18px

– Расскажешь, почему здесь прячешься?

– Немного устала от музыки. А ты?

– А я жду, когда одна девушка обратит наконец-то на меня внимание. – Он стреляет взглядом на дом.

Мне становится немного спокойнее. У Никиты есть объект воздыхания, значит, он не представляет для меня явной угрозы.

– Она тебя не замечает?

– Нет. Не знаю… Иногда. – Вздохнув, он прикрывает веки, расслабленно разваливаясь на шезлонге. – Вы, девчонки, вообще странные создания. Сначала вертите перед нами хвостами, а потом говорите, что мы вас неправильно поняли.

– Не все ведут себя так, – решаю я поспорить.

– Ты уверена? – Открыв глаза, Никита вновь смотрит на меня. – У тебя есть парень?

– Есть.

– Кто? – с напором спрашивает он.

– Его здесь нет. Он не из этой компании.

– Он знает, что ты здесь? Знает, в каком обществе ты находишься? – продолжает допрос Никита.

Этими вопросами парень буквально в тупик меня загоняет. Мои ответы прозвучат неоднозначно.

Да, Тим знает, где я. Но он не знает про вечеринку и что я в ней участвую. Не знает всех этих людей. И лучше бы ему никогда их не узнать.

– Мы с Тимофеем друг другу доверяем, – говорю я в итоге.

Никита фыркает.

– Я тебя умоляю! Доверие переоценивают. Что твой парень сделает, если, например, узнает о вечеринке от кого-то другого? Ты не подумала о том, что твои фото могут попасть в сеть? Эти фифы, – парень указывает на двух девчонок возле бассейна, – постоянно делают селфи и фоткают остальных. Одна из них – блогер. Уверен, что к утру на ее страничке будет фото каждого участника этой вечеринки. И твое тоже.

Мне становится нехорошо. А вдруг меня сфотографировали, когда я танцевала, к примеру? И Тимофей каким-то образом это увидит? Я, конечно, смогу все ему объяснить, но… Но лучше бы мне вернуться в комнату.

– Вы, девчонки, все одинаковые, – продолжает Никита.

– Ладно, я пойду… – Я встаю с шезлонга.

Никита тоже вскакивает и зачем-то идет за мной.

– Куда ты?

– Мне здесь не место, – бормочу себе под нос.

– Ты ведь не из-за меня хочешь сбежать? Алина, подожди! – Парень хватает меня за локоть, и я останавливаюсь. – Забей, ладно? Мы же просто болтали. Я понял, что ты не такая, как большинство здесь. Не хотел тебя обидеть…

– Я не обижаюсь, – я выдергиваю руку из его хватки, – просто мне пора.

– Да ладно тебе! Нормально же общались. – Никита пытается приобнять меня.

Я отшатываюсь.

– Не надо!

Не надо меня трогать!

Я больше ничего не успеваю сказать, потому что Никиту кто-то сбивает с ног. Два тела валятся на пол. Мой новый знакомый оказывается снизу, а тот, кто свалил парня, начинает наносить несколько ударов по его лицу.

Грозный…

Егор рявкает каким-то неузнаваемым голосом:

– Я тебя линчую! – И снова вмазывает парню. Я вижу кровь на губах Никиты, на кулаке Егора. Меня мутит… Зажмуриваюсь и начинаю пятиться.

Вокруг начинается неразбериха. Дерущихся окружают плотным кольцом. Кажется, кто-то еще бросается в драку, а кто-то пытается оттащить Гроза от Никиты.

Это не моя вина! Не моя! Грозный бьет его не из-за меня! Ведь так?

Визги девчонок, звуки ударов, всплеск воды – кто-то рухнул в бассейн позади меня.

Мои ноги обдает брызгами. В суматохе кто-то задевает меня плечом, и мои босые стопы скользят по мокрому полу. Теряю равновесие, отклоняясь назад. Потянувшись, я пытаюсь ухватиться за какого-то парня, но он вдруг делает шаг вперед, и моя рука хватает лишь воздух.

Я лечу в бассейн. И, очутившись в воде, начинаю стремительно погружаться на дно.

«Я не умею плавать… Я не умею плавать!» – Это все, что заполняет мою голову в этот миг.

Ударившись о дно бассейна спиной, пытаюсь оттолкнуться, чувствуя, как стремительно заканчивается в легких воздух. Судорожно дергаюсь, пытаясь грести руками и шевелить ногами. Говорят, можно научиться плавать в любом возрасте. Если я этого не сделаю прямо сейчас, то непременно утону!

Утону!

Меня накрывает паника, потому что всплыть не получается. Я делаю короткий судорожный вдох, и вода подпадает мне в рот и нос.

Сквозь панику я вдруг ощущаю рядом движение воды и сразу же чувствую уверенную хватку на талии. Мое тело начинает подниматься наверх. И как только лицо оказывается над водой, делаю желанный вдох, отплевываясь и кашляя…

Меня поднимают на бортик и укладывают на спину. Властные пальцы требовательно сжимают подбородок.

– Алина, посмотри на меня!

Это голос Егора. Но я не могу открыть глаза… Меня накрывает приступ кашля. Задыхаясь, я выплевываю воду с ужасными булькающими звуками. Чьи-то руки поворачивают меня на бок, и кто-то аккуратно стучит по моей спине. Сплевываю воду. Тело сотрясается от озноба.

– Давай же, Алина, посмотри на меня… – мягко уговаривает Егор. – Открой глаза!

Мне хочется усмехнуться и напомнить ему, что он зовет меня мышью, а не Алиной. Да и вообще… Откуда вдруг эти нежные нотки в голосе?

Разлепив веки, я встречаюсь с обеспокоенным взглядом зеленых глаз… И еще десятки пар глаз уставились на меня.

Быть в центре внимания точно не входило в мои планы.

– Давай попробуем сесть, ладно? – говорит Егор, поднимая меня с пола.

Через мгновение я уже сижу на шезлонге, и на мои плечи опускается полотенце. Я кутаюсь в него, но согреться не получается.

– Попей.

В мои руки вкладывают бутылку с водой. Это Даша.

– Тебя трясет… Тебе нужно успокоиться, – говорит девушка, подталкивая горлышко к моим губам и помогая удерживать бутылку в дрожащих руках.

Делаю жадный глоток воды. И еще один.

– Всё! Свалите все отсюда! – рычит Егор на толпу.

Почему меня все еще трясет? Руки, ноги. Даже зубы стучат.

Зажмурившись, делаю глубокий вдох. Мысли путаются, расплываются…

– Тебя надо переодеть. Иди сюда.

В голосе Егора нежность и забота. И руки у него такие ласковые… Они обнимают меня, поднимают. Появляется странное ощущение полета.

Последнее, что я успеваю заметить, – становится чертовски тихо…

12

Алина

Мне снится странный сон. Я понимаю, что это сон, но он такой реалистичный…

Жаркий денек. Красивое озеро идеально круглой формы. Егор учит меня плавать. Придерживая за живот, говорит, что я должна работать руками и ногами, чтобы удержаться на плаву. Теорию я уже давно понимаю, но вот на практике прям беда. Не выходит.