Кира Сорока – Пепел после тебя (страница 22)

А через пару минут я забываю обо всём на свете, полностью отдавшись катанию на коньках. Давно этого не делала, а теперь вот вспомнила, как это классно.

Буквально паря по воздуху, словно не касаясь льда, делаю круг за кругом по ледовой коробке. Таня кружит в центре, стоя на одной ноге. Она очень хорошо катается. Я бы сказала — профессионально. Потом мы дурачимся, кружимся, взявшись за руки. Я спотыкаюсь, падаю и тащу её за собой. Лёжа на льду, мы весело хохочем. В тёплой одежде так жарко, что хочется прижаться щекой ко льду, чтобы остудиться.

— Эй, освобождайте каток! — орёт кто-то.

Таня поднимает голову.

— Похоже, это нам.

— Что?

Мы садимся. В коробку заходят ребята с клюшками, а все остальные её покидают.

— Ну вот!.. — расстроенно взмахивает руками Таня. — Сейчас в хоккей будут играть. Весь лёд исцарапают.

— Ладно, пойдём, — я вскакиваю и тяну Таню за руку. — Мне всё равно уже пора домой.

На самом деле мы здесь от силы час. И убегаю я потому, что на лёд выкатывается Гроз. А за ним Боярский и одноклассники-хоккеисты. И другие ребята, которых я не знаю. У каждого в руках по клюшке. На Егоре крутая спортивная куртка — видимо, тёплая, но облегчённая.

Мы встречаемся взглядами. Спешу отвернуться и покинуть лёд.

— Давай посмотрим игру, — предлагает Таня, когда мы переобуваемся на лавочке.

— Ты хочешь?

— Да, мне интересно.

Уверена, она делает это из-за Купидонова. Видела её взгляды на парне, пока тот катался с Миланой. И его взгляды на Таню я тоже видела. Что бы между ними ни было, это ещё не закончилось.

— Хорошо, давай посмотрим.

Мы пристраиваемся подальше от остальных зрителей. В основном те сгрудились возле входа. Кто-то уселся прямо на край самого короба, кто-то стоит за ним.

Мы с Таней — за пределами коробки, недалеко от ворот, в которые встаёт Эдик. С ним в команде Руслан и Гроз. И ещё один незнакомый парень. Они играют против Купидонова, Боярского и двух ребят, которых я не знаю.

Разыграв шайбу, Гроз бросается на половину соперника и тут же без проблем загоняет её в ворота.

Я закатываю глаза. Ну конечно... Он ведь во всём хорош!

Это до абсурда раздражает! Идеальный... Идеальный Егор связался с такой неидеальной Алиной.

Таня восхищённо смотрит на него и произносит:

— Он как супергерой, честное слово... И такой горячий!..

Она специально, да?

Бросаю на неё взгляд.

— Он тебе нравится?

— Может быть, — её ресницы трепещут. На губах играет озорная улыбка. — Но если ты скажешь, что он твой, я больше никогда на него не посмотрю.

Кусаю щёку изнутри, чтобы случайно не выпалить эти два ужасных слова «он мой».

— Не мой, конечно, — говорю как можно спокойнее. — И я не советую тебе связываться с ним.

Таня поворачивается ко мне и внимательно изучает моё лицо.

— Ясно, — говорит она в итоге и обращает взгляд на Купидонова.

Максим несётся к воротам команды Гроза. Тот встречает его, боднув плечом. Шайба улетает к Руслану, и тот рвётся к бедному Боярскому, стоящему в противоположных воротах. Костя аж зажмуривается, увидев приближающийся танк в виде профи Руслана Халидова. Тот пробивает в ворота так, что сетку чуть не выносит. Да и Боярского бы вынесло, имей он неосторожность попасть под шайбу.

2:0. Наши побеждают.

Вновь мысленно даю себе затрещину. Нет тут никаких «наших». Обе команды из вражеского лагеря. В одной — Купидонов, в другой — Гроз.

Потом я нахожу для себя компромисс. Буду болеть за Руслана и Эдика.

Таня по-прежнему восхищённо наблюдает за игрой. Похоже, ей нравится, что Купидонова сейчас разделают в сухую.

— Малыш, ты не стараешься! — кричит ему Милана, чем явно раздражает парня. — Давайте, ребята! Что с вами?

Максим подъезжает к ней и что-то шепчет на ухо. Потупив взгляд, Милана отходит от него. Явно обиделась. Высокие, блин, отношения...

Я изучаю лица собравшихся зрителей. Жанны тут нет — это не может не радовать. До понедельника я окончательно приду в себя и буду готова к следующему раунду с ней. Если он случится, конечно.

На льду начинается какой-то замес. Егор с Купидоновым, побросав клюшки, дерутся. Остальные пытаются их растащить. Кажется, я что-то пропустила, плавая в собственных мыслях.

— Тань, что у них произошло?

— А я не поняла... — она испуганно наблюдает за дракой. — Коршунов что-то сказал Купидонову. Тот ответил — и Егор ему врезал. И вот...

Ещё вчера в школе эти двое чуть ли не друзьями были, а теперь метелят друг друга.

Вот истинное лицо Гроза. Не получается объяснить словами — в ход тут же идут кулаки.

Я устала от драк. Устала от беспредела, в котором Егор постоянно участвует.

— Я иду домой, — говорю Тане.

Ребят тем временем растащили. Победа в матче досталась команде Гроза.

— Хорошо. Идём.

Прихватив свои коньки, мы покидаем территорию школы. Многие тоже начинают расходиться.

Слышу, как нас кто-то догоняет.

— Эй, новенькая! — раздаётся голос Боярского за спиной. — Ты в курсе, что играли на тебя? Коршун выиграл, не сваливай пока никуда. Он хочет с тобой поговорить.

Господи... Что?!

Я резко разворачиваюсь.

— Что значит — на меня? И с каких пор ты у него на побегушках? — цежу сквозь зубы.

Боярский морщится, отчего синяк под его глазом становится ещё заметнее. Проигнорировав мой вопрос, протягивает руку и пытается меня схватить.

— Коршун просил тебя не отпускать. Идём.

Таня соображает явно в два раза быстрее меня. Замахнувшись на Боярского коньками, заставляет его отскочить в сторону.

— Ты чё, больная?

— Ты же знаешь, что да! — выкрикивает она и вновь замахивается.

Боярский отскакивает ещё дальше. За его спиной я замечаю Гроза, он торопится к нам.

— Бежим, — шепчу Тане, и мы срываемся с места.

Добежав до аллеи, скомканно прощаемся, и я устремляюсь к своему дому. Долго не могу попасть ключом в домофон. Пульс зашкаливает, набатом стучит в ушах.

Чёрт! Почему я вообще бегу? Почему продолжаю бояться Гроза?

Наконец распахиваю дверь подъезда и почти в него вхожу. Почти. Сильные руки внезапно обхватывают мою талию и дёргают назад.

Мамочки...