Кира Сорока – Безбашенный (страница 51)
Зависаю на этой мысли. В груди кипит от необходимости грести против течения вот прямо сейчас.
Мне бабки нужны! Свои собственные!
Тихо всхлипнув, Лиза отворачивается от меня и снова пытается открыть замок. И, к удивлению, сразу же справляется с хитрым механизмом. Щёлкнув, створка ворот открывается.
— Лиз, ну куда?..
Бросаюсь к ней, но она ловко выкручивается из моих рук, выскакивает наружу и срывается на бег.
Твою мать!
Мчусь за ней. Ловлю метров через сорок и прижимаю к груди. Она отбивается.
— Ну всё... всё... Я тебя услышал. Теперь ты меня услышь. Я докажу тебе, что ты для меня не просто приключение. Пожалуйста, Лиз, дай мне шанс! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Ты… Ты особенная девочка.
Сжимаю в объятьях. Её попытки сбежать потихоньку сходят на нет. Обмякнув, она просто стоит, позволяя себя обнимать, но не обнимая в ответ.
— Посмотри на меня, Лиз.
Поднимает голову. Мы сталкиваемся взглядами. В её глазах — отчаяние и упрямство, в моих — мольба.
— Отвези меня домой, — повторяет она. — Или я действительно пойду пешком.
— Хорошо, — с трудом выдавливаю из себя. — Подожди только немного. Потушу мангал и дом закрою. В машину иди.
Отпускаю.
Не глядя на меня, Лиза идёт обратно к дому, а я на ватных ногах следом за ней.
Внутри меня такой хаос, что просто звиздец. Отголоски прежнего Дана насмехаются над моим поведением.
Ползаю за девчонкой, как лох. За какой-то юбкой, мать вашу! Вон их сколько вокруг, этих юбок. Бери любую. Возможно, очередной вариант будет даже интереснее, без этой приторной нежнятины. Острее. Безбашеннее.
А новый Дан готов ползти за Лизой даже на брюхе. И он представить себе не может, что с ним будет, если она навсегда уйдёт из его жизни.
Тачка открыта, и Лиза без проблем в неё садится.
Тушу мангал, собираю осколки тарелки и раскиданное мясо в мусорный пакет. Туда же отправляю то, что не успел пожарить. Проверяю дом и закрываю его. Сажусь в тачку.
Едем в давящей тишине. Все мои попытки начать разговор Лиза пресекает категоричным «нет, я не хочу говорить с тобой».
Внутри меня скоро случится ядерный взрыв. Отсчёт уже начался...
Паркуюсь возле подъезда её хрущёвки, заблокировав предусмотрительно двери. Лиза недовольно дёргает за ручку, потом расслабляется и садится прямо.
— Ничего между нами не закончено, понятно? — практически рычу на неё.
Медленно поворачивает голову, смотрит на меня пустым взглядом... Но он кажется пустым, если только не всматриваться достаточно внимательно. На самом деле в её глазах боль и разочарование. А бесстрастная маска на лице — лишь броня.
— Лиз, не играл я с тобой, — двигаюсь ближе к ней, упираясь бедром в консоль. Утыкаюсь носом в её плечо. — Моя ситуация сложнее, чем кажется. Но я разгребу, обещаю.
— Дан, открой, пожалуйста, — дрожит её голос. — Я очень тебя прошу... Мне хочется побыть одной.
Выпрямляюсь. Медлю с минуту, а потом резко бью по кнопке блокировки. Лиза тут же вылетает из тачки. Вмазываюсь затылком в подголовник.
Едва она исчезает в подъезде, грудную клетку будто вспарывает ножом. Кажется, что нечто очень существенное для поддержания жизненных функций организма вырвали сейчас из моей груди.
— Бляя... — зажмуриваюсь. — Вот это бада бум, вашу мать!
Глава 29
Я всю ночь не спала... Хотя понимала, что сон наверняка смог бы остановить все эти безостановочные болезненные мысли о Дане. Проворочалась с боку на бок. Глаза опухли от слёз. Выключилась только под утро...
Меня будит телефонный звонок. Скидываю вызов Аверьянова и ставлю телефон на беззвучный режим.
Вновь засыпаю. Во сне не так тяжело и больно.
Окончательно проснувшись, долго лежу, уставившись в потолок. Сил нет... Меня словно выпотрошили.
Тянет позвонить Вере и пореветь в трубку. Она меня, конечно, пожалеет и не скажет, что я сама вляпалась во всё это, наивная дура.
Ведь предупреждала меня подруга об Аверьянове. А я самонадеянно посчитала, что со мной у него этот номер не прокатит.
Боже...
Не звоню Вере.
Иду в душ, чтобы взбодриться немного. Налив себе чай, проверяю телефон. От Дана двадцать пропущенных. И три сообщения. Голосовые.
Удаляю, не слушая. Буду ещё большей дурой, если поверю в его сладкие речи о том, что я какая-то особенная.
Уныло осматриваю холодильник. Теперь у меня есть продукты, но готовить совсем не хочется. И есть не хочется.
Ничего не хочется.
Грею руки о чашку, забравшись на табурет с ногами. Тоскливо смотрю в окно. Там просто серый пустырь, от вида которого настроение падает ещё ниже.
Вибрация телефона заставляет меня подпрыгнуть. Чуть не опрокидываю на себя чай.
На экране написано «Ильдар».
— Да, — принимаю вызов.
— Лиз, ну что там? Ты решила нарушить наше соглашение? — говорит он недовольным голосом.
Мне хочется наорать на парня за то, что у него голос Дана. А потом поплакать. Снова.
Пересилив себя, отвечаю ровным голосом:
— Говорила с твоим отцом вчера. Сегодня вечером он должен за мной заехать. Сказал, что покажет квартиру.
— Да ладно? — в голосе восторг. — А ты молодец! Хвалю! Быстро ты его обработала.
Морщусь. Никого я не обрабатывала... Хотя, наверное, так это и выглядит.
— Позвони мне потом, ладно? — просит Ильдар.
— Да, хорошо.
— А с голосом что? — напрягается он. — Что-то случилось?
И мне так хочется рассказать ему, какой говнюк его брат... Но я выдавливаю:
— Всё нормально.
И отключаюсь.
Проспала я почти полдня. Время быстро приближается к вечеру. К шести уже с трудом нахожу себе место.
Давид Русланович звонит в семь.
— Лизочка, я подъехал. Можно зайти к тебе?
Боже, нет!
— Аа... А я уже готова. Выхожу.