Кира Си – Галактика в её объятиях (страница 2)

Олень опустился на передние ноги, позволяя ей взобраться. Едва Селена села, он сорвался с места. Сад расступался перед ними, листья касались её ног, будто пытаясь удержать. Она чувствовала тревогу Эймары каждой клеткой тела.

Корабль уже скрылся за скалами, но его падение озарило горизонт. Потом раздался удар.

Земля содрогнулась.

Селена вскрикнула, вцепившись пальцами в мягкую гриву Лиора. На мгновение из песков поднялся столб голубого пламени. За ним — тёмный дым. Птицы взмыли из деревьев, а из глубины пустыни раздалось низкое шипение кристаллов, потревоженных огнём.

— Я знаю, — выдохнула Селена, чувствуя, как планета собирает внутри себя гнев. — Я знаю, тебе больно.

На её щеке появилась первая капля дождя.

Селена замерла.

Дождь был тёплым, почти нежным. Но через миг капля упала на лист рядом с ней, и на зелёной поверхности вспухла тёмная дырочка.

Кислота.

— Нет, Эймара, не надо.

Но небо уже темнело. Облака закручивались над долиной, тяжёлые и низкие. Если дождь усилится, чужак, даже выживший после падения, не доберётся до укрытия.

Селена сжала зубы. Она не обязана была спасать его. Он вторгся в их мир, пусть и не по её зову. Чужаки всегда приносили боль. Всегда хотели брать — образцы, знания, власть, красоту. Никто не спрашивал, хочет ли Эймара быть изученной. Никто не понимал, что планета — не ресурс, не загадка для отчётов, а живая душа.

И всё же

Она снова уловила тот пульс.

Сердце чужака билось слабее, но всё ещё упрямо.

Лиор вынес её к краю Стеклянной равнины. Под лунами она сияла, как разбитое зеркало. Вдалеке, среди кристаллов, лежал корабль. Его корпус был вытянутым, тёмным, с серебряными прожилками. Он напоминал хищную птицу, сломанную в полёте. Из бокового отсека валил дым.

Селена спрыгнула на землю. Стеклянные иглы хрустнули под босыми ногами, но не ранили её — планета смягчила путь. Лиор тревожно фыркнул и отступил.

— Оставайся здесь.

Дождь начал усиливаться. Капли падали на кристаллы с тихим ядовитым шипением. Селена подняла руку, и над ней раскрылись широкие листья ближайших ползучих растений, создавая живой навес. Но вокруг корабля зелени не было. Только дым, жар и металл.

Чужой металл.

Она приблизилась осторожно.

Часть обшивки была разорвана. Внутри мигали красные огни. Раздавались короткие сигналы приборов, затем чей-то низкий голос произнёс фразу на незнакомом языке. Автоматический помощник? Бортовая система?

Селена коснулась корпуса.

И тут же отдёрнула руку.

Металл был горячим, но не это заставило её вздрогнуть. Внутри корабля была боль. Не такая, как у растений или животных. Холодная, собранная, сжатая в кулак. Боль того, кто привык терпеть молча.

— Ты жив? — спросила она, хотя не знала, поймёт ли её чужак.

Ответа не было.

Селена обошла корабль и нашла аварийный люк. Он был деформирован ударом. На панели рядом мерцали символы. Она не знала их значения, но Эймара помогла: тонкие корни, пробившиеся сквозь трещины в кристаллах, потянулись к механизму, ощупали края, нашли слабое место.

— Осторожно, — прошептала Селена.

Корни сжались.

Металл застонал.

Люк сорвало наружу.

Изнутри вырвался горячий воздух, пахнущий озоном, кровью и горелой пылью.

Селена прикрыла лицо рукавом плаща и заглянула внутрь. В полумраке кабины она увидела его.

Мужчина сидел в кресле пилота, удерживаемый ремнями. Голова была опущена, тёмные волосы упали на лоб. На виске — кровь. Его кожа имела необычный оттенок: тёпло-бронзовый, с едва заметным серебристым свечением под ключицами и на шее, словно в его венах прятались звёзды. Он был широкоплечим, высоким, сильным даже в беспамятстве. Одна рука сжимала рычаг управления так крепко, будто он и после падения не собирался сдаваться.

Селена застыла.

Она ожидала увидеть врага.

Исследователя.

Нарушителя.

Но перед ней был живой человек, раненый и беззащитный, и почему-то от этого её грудь сжалась слишком сильно.

В этот миг мужчина резко вдохнул.

Его глаза открылись.

Селена отшатнулась.

Глаза у него были цвета далёкого космоса — тёмные, почти чёрные, но в глубине их мерцали золотистые искры. Он смотрел на неё несколько секунд, не понимая, где находится. Потом его взгляд стал осознанным, острым, опасным.

— Кто ты? — спросил он хрипло.

Селена не сразу ответила. Она удивилась, что понимает его. Видимо, его костюм или встроенный переводчик ещё работал.

— Та, на чью планету ты упал.

Мужчина попытался двинуться, но поморщился от боли. Его взгляд скользнул по её лицу, по светящемуся знаку на запястье, по живым листьям над её головой, защищавшим её от кислотного дождя.

— Планета — Он тяжело выдохнул. — Эймара?

Селена напряглась.

— Ты знаешь её имя.

— Я прибыл для исследования. Моё судно попало в гравитационный разлом. Я не планировал посадку.

— Это была не посадка. Это было падение.

Уголок его губ дрогнул — не улыбка, скорее след упрямства.

— Заметил.

Селена должна была разозлиться. Чужак лежал в разбитом корабле посреди её мира и ещё находил силы отвечать с этой сухой дерзостью. Но вместо злости она почувствовала странное тепло. Непрошеное. Опасное.

Снаружи громыхнуло.

Кислотный дождь усилился, забарабанил по корпусу корабля. Металл начал дымиться.

Мужчина повернул голову к проёму люка.

— Атмосферные осадки агрессивны?

— Это не атмосфера, — сказала Селена. — Это она злится.

Он снова посмотрел на неё.

— Она?

— Эймара.

На мгновение между ними повисла тишина. В его взгляде мелькнуло то, что Селена видела у всех чужаков: сомнение, попытка объяснить невозможное привычными словами. Биореактивная экосистема. Психотропная связь. Планетарный организм. Симбиоз.