Кира Сакураги – Самурайский меч (страница 5)
«Мико-сан?» – Кендзи был потрясен. – «Что вы… что вы здесь делаете?»
«Я иду с тобой», – просто ответила она.
Кендзи растерялся. «С… со мной? Но… почему?»
«Потому что я почувствовала, как ты уходишь», – сказала Сакура. Ее взгляд был прямым и уверенным. – «И потому что ты несешь то, что может погубить этот мир, если останется без присмотра. Или… спасти его. Это ноша слишком тяжела для одного человека».
«Но вы же… вы жрица», – пробормотал Кендзи. – «Ваше место в храме. У вас есть обязанности».
«Мой самый главный долг – защищать мир от тьмы», – спокойно возразила Сакура. – «И сейчас эта тьма связана с тобой и этим мечом. Мое место там, где я могу быть полезной».
Она сделала шаг ближе. Кендзи снова почувствовал исходящий от нее чистый, успокаивающий аромат.
«Я чувствую силу этого меча», – продолжила она. – «Она огромна и опасна. Ты не воин, сын кузнеца. Ты не знаешь, как с ней обращаться, или как защититься от ее влияния. Но я… я вижу духовную энергию. Я могу чувствовать йокай. Я могу использовать ритуалы, чтобы отгонять их или очищать. Вместе…»
Она не закончила мысль, но смысл был ясен. Вместе у них был шанс.
Кендзи смотрел на нее. Эта молодая женщина, жрица из храма, которую он едва знал, готова была бросить свою жизнь, свой долг, чтобы отправиться с ним в это опасное путешествие. Не из романтических побуждений – по крайней мере, пока Кендзи так думал – а из чувства ответственности перед миром.
«Но это слишком опасно для вас», – сказал он. – «Я несу проклятие. Йокай будут охотиться за нами».
«Я знаю», – кивнула Сакура. – «Я видела это прошлой ночью. Но остаться одной в храме, зная, что такая сила бродит по миру, я не могу. Мое место рядом с тем, кто несет эту силу. Чтобы направлять ее, чтобы защищать тебя… и других».
Ее решимость была непоколебима. Кендзи понял, что отговорить ее не получится. Возможно, она была права. Его знание о мире духов было нулевым. Его способности к бою были ничтожны без меча. А меч… он не мог доверять мечу полностью.
«Хорошо», – тяжело выдохнул Кендзи. – «Если ты уверена…»
«Я уверена», – твердо ответила Сакура.
Их путь, который только что казался одиноким бегством, внезапно стал общим путешествием. Кузнец, несущий древнее, проклятое оружие, и храмовая жрица, обладающая духовной силой. Невероятная пара, объединенная судьбой и опасностью, привлеченной Куроганэ но Тамашии.
Начиналась вторая часть их истории – путешествие, полное опасностей, открытий и медленного, нежного расцвета чувств среди теней.
Кендзи чувствовал, как тяжесть меча на его спине немного уменьшилась. Теперь он нес это бремя не в одиночку. Рядом с ним шла Сакура, ее присутствие было подобно глотку чистого воздуха в мире, который внезапно стал очень темным.
Они двинулись дальше в горы, в сторону заката. Бегство от судьбы превратилось в путь навстречу ей, вдвоем.
Часть 2: Дорога Йокай
Глава 7: Тропа через Туманные Горы
Каждый шаг уводил их все дальше от Ямады, от запаха угольной пыли и привычного звона молота. Утро в горах было прохладным и влажным. Густой туман цеплялся за ветви вековых деревьев, скрывая вершины и создавая ощущение изолированности от остального мира. Тропа была узкой, поросшей мхом и палыми листьями, едва заметной среди высокой травы и кустарников.
Кендзи шел впереди, его плечи несли не только небольшой мешок с припасами, но и тяжесть *Куроганэ но Тамашии*, завернутого в плотную ткань. Меч висел у него на спине, его присутствие было постоянным, ощущалось как низкая вибрация где-то в груди. Он чувствовал его силу, спящую, но готовую пробудиться, и знал, что эта сила – причина того, что они сейчас здесь, в туманных горах, а не в безопасности деревни.
За ним шла Сакура. Ее шаги были легкими и уверенными, несмотря на неровную местность. Белые и красные одеяния *мико* казались неуместными в диком лесу, но она двигалась с грацией, которая говорила о привычке к природе. Кендзи чувствовал ее присутствие за спиной – спокойное, сосредоточенное, словно тихий свет в сером тумане.
Они почти не разговаривали. Напряжение последних дней, неопределенность пути и неловкость от внезапного совместного путешествия повисли между ними. Кендзи, привыкший к одиночеству кузницы или простому общению с Учителем, чувствовал себя неуклюжим и неловким рядом с этой загадочной жрицей. Он был простым человеком, чьи руки знали только работу с металлом, а она… она видела мир, скрытый от обычных глаз.
Сакура, казалось, прислушивалась к лесу. Ее взгляд блуждал не просто по тропе, а словно проникал сквозь туман, читая невидимые знаки. Время от времени она останавливалась, прикладывая руку к стволу дерева или прислушиваясь к ветру.
«Туман здесь… необычный», – тихо произнесла она, когда они остановились у небольшого ручья, чтобы попить.
Кендзи посмотрел на серую пелену, которая скрывала деревья всего в нескольких шагах от них. «Туман как туман, Мико-сан. В горах он всегда такой плотный по утрам».
Сакура покачала головой. «Нет. Этот туман… он несет в себе что-то чужое. Что-то, что не принадлежит горам. Он… вязкий. И холоднее, чем должен быть».
Кендзи прислушался. Действительно, несмотря на движение, он чувствовал пронизывающий холод. И туман казался не просто влажным, а тяжелым, словно давил на грудь.
«Йокай?» – спросил он, чувствуя, как напрягаются мышцы.
Сакура кивнула. «Возможно. Или… просто их присутствие. Это место неспокойно. И твой меч…» Она взглянула на ношу Кендзи, не говоря названия. «Он привлекает их внимание. Как светлячок в темноте».
Кендзи нахмурился. Эта мысль была неприятной. Он нес маяк, который приводил к ним тех, от кого они бежали.
Они продолжили путь. Слова Сакуры заставили Кендзи еще внимательнее вглядываться в туман. Каждый сломанный сучок, каждый странный звук казался потенциальной угрозой. Он сжимал рукоять меча под тканью, чувствуя его твердую, успокаивающую тяжесть.
К полудню туман начал рассеиваться, открывая суровые склоны гор, поросшие лесом. Они вышли на небольшую, каменистую поляну. Кендзи почувствовал слабость, его тело еще не оправилось от выброса силы прошлой ночью и стресса.
«Нам нужно отдохнуть», – сказал он, опуская мешок на землю.
Сакура кивнула. Она подошла к центру поляны, закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Ее руки двигались в воздухе, словно она плела невидимые нити. Кендзи наблюдал за ней, очарованный.
«Здесь… относительно спокойно», – сказала она, открывая глаза. – «Духовные потоки чище. Но нам нельзя расслабляться. Мы только начали путь, и *они* уже знают о мече».
«Кто ‘они’?» – спросил Кендзи.
«Разные», – ответила Сакура. – «Низшие существа, как тот, что пришел в деревню. Но есть и другие. Более древние. Более могущественные. Те, кто помнит историю таких артефактов, как этот меч». Она снова взглянула на его ношу. – «И те, кто может захотеть заполучить его силу».
Они развели небольшой костер, используя сухие ветки, которые не пропитались влагой тумана. Простая еда – сушеный рис и немного вяленой рыбы – казалась вкуснее, чем могла быть.
За едой разговор стал менее натянутым. Кендзи робко спросил Сакуру о ее жизни в храме, о ее способностях. Сакура отвечала спокойно, объясняя, что ее дар – видеть духовный мир, чувствовать энергию *ки*, изгонять злых духов – передавался в ее семье из поколения в поколение. Она рассказывала о тренировках, о ритуалах, о связи с *ками* – духами природы и предков. Ее мир был полон невидимых сил и древних знаний.
Кендзи, в свою очередь, рассказал о своей жизни в кузнице, о мастерстве Хироши-сана, о простоте и предсказуемости его прежних дней. Он говорил о металле, о том, как чувствовать его под молотом, как превращать грубое железо в полезный инструмент. Он говорил о том, как любил свою работу, свою деревню.
«Я никогда не думал, что моя жизнь изменится так резко», – тихо сказал Кендзи, глядя на огонь. – «Я был… доволен тем, что имел».
«Судьба часто приходит без предупреждения», – ответила Сакура. – «Иногда она возлагает на нас ношу, к которой мы совсем не готовы». Она помолчала, затем добавила: «Меч выбрал тебя. Не знаю почему. Ты не воин. Но в тебе есть что-то… что-то чистое. Возможно, именно это и позволило тебе выдержать его прикосновение».
Кендзи не знал, что ответить. Чистое? Он чувствовал лишь страх и замешательство.
Когда солнце начало клониться к западу, бросая длинные тени, они почувствовали изменение в воздухе. Холод вернулся, более резкий. Звуки леса стихли. Птицы замолкли.
Сакура резко встала, ее глаза расширились. «Они идут», – прошептала она.
Кендзи вскочил, хватая меч. Завернутый в ткань, он все еще чувствовал его пульсацию, но теперь эта пульсация была быстрее, сильнее, словно меч тоже *чувствовал* приближение опасности.
Из-за деревьев, из сгущающихся теней, послышались шорохи, странные звуки, низкое бормотание. Туман, почти рассеявшийся днем, начал снова собираться, клубясь и принимая уродливые очертания.
Первое существо вышло из тени. Это был не Гаки, а что-то более… расплывчатое, похожее на живую тень с горящими красными точками глаз. За ним показались другие. Несколько, казалось, сливались с самими тенями деревьев. Их было не так много, как прошлой ночью, но они выглядели более опасными, более сосредоточенными.