Кира Райт – Нежность Звёздного палача (страница 12)
Наверное, и правда хочет её сожрать…
– Можно взять её на руки? – спросила Ноа, и только тогда я отмер.
– Нет. Это опасный хищник. Она выпьет всю твою кровь, – сказал твёрдо, сажая детёныша снова в клетку под изумлёнными, округлёнными взглядами их обоих. У них даже глаза сейчас были похожи. И они обе смотрели на меня так, будто бы я сморозил несусветную чушь…
Но я правда боялся, что ташрия навредит Ноа. Мне было удивительно то, почему она не била меня током, хотя я по сути являюсь её конкурентом. Ташрии относятся к рай-ши примерно как к себе подобным. Ведь мы очень похожи во многом. Но конечно, если встретят раненого рай-ши, то с радостью им поужинают. Взрослые особи. А вот мелкие охотятся на таких, как Ноа. Слабых и хрупких.
– Не подходи к ней, – сказал я ещё, собираясь сходить за едой для них обоих.
Кормить ташрию мне было нечем. Поэтому решил взять ей тоже пасты. По идее, если подходит для рай-ши, то и ей подойти должно. Поэтому я вышел из каюты, не догадываясь, что будет меня ждать, когда вернусь обратно…
Глава 18
Он был злым. Так грубо говорил со мной, словно я в чём-то провинилась. Наверное, злился, что я взяла его за руку ночью. Будто бы он не мой хозяин, а какой-то друг… И я боялась, что он меня за это накажет. Но всё равно не смогла остаться в стороне, когда увидела, как он мучается с малышом.
Тот покорно позволил себя забинтовать, но вот завязать узелочек своими большущими пальцами рай-ши не мог. И я предложила. На удивление он всё же согласился. И мне так понравилось трогать эту малышку!
Несмотря на необычный вид – огромную голову и худосочное тельце, она всё равно напоминала мне котёнка. И жалась к моим рукам совсем так же. Поэтому когда палач всё же вышел, я решилась нарушить его приказ, надеясь, что он не узнает.
Я подумала, что раз он ушёл, то это по делам и надолго. Ничего ведь не сказал. И потому несмотря на его слова, что существо для меня опасно, открыла клетку, позволив детёнышу выползти оттуда и забраться мне на колени. Не знаю, возможно, малыш и правда был хищником. Но моя интуиция говорила, что он не опасен. Я не чувствовала ни грамма страха. Более того – мне казалось, что эта милая малышка (не знаю, почему, но решила, что это девочка) ищет во мне маму.
Она так жалась ко мне, так прикрывала свои огромные глазки, что я не могла остаться равнодушной. И потому села на кресло, удерживая её на руках (размером она была как крупная земная кошка типа мейн-куна, только уши огромные и голова), и начала осторожно гладить, жалея.
Она была совсем обессилена и явно напугана. Ещё бы. Она ранена, не ела минимум ночь, а ещё её увезли непонятно куда, да к тому же посадили в жуткую клетку с толстенными прутьями. Тут уж было чему испугаться. Поэтому мне хотелось её успокоить. Но чего я не ожидала так это того, что палач вернётся почти сразу с тремя контейнерами питательной пасты и застанет нас в таком виде.
Я вся сжалась на кресле, ожидая его злости, пока он остолбенел у входа. А потом медленно поставил контейнеры на пол и выставил вперёд руки.
– Не шевелись, Ноа, – прохрипел мне, не спуская пристального взгляда со спящей малышки.
– Она хорошая, – попыталась объяснить я, сообразив, что он не злится, а думает, что зверёк может мне что-то сделать. – Просто спит. Можно мы посидим так?
– Молчи! – рявкнул он, и я замолкла, наблюдая, как он приближается.
Но заметила его не только я, детёныш тоже проснулся и, кажется, сообразил, что с секунды на секунду снова окажется в клетке, что его явно не устраивало.
В какой-то момент палач молниеносно кинулся ко мне – как какой-то очень быстрый хищник. Но малышка с той же скоростью забралась мне за спину, вцепившись когтями в неё же. Я вскрикнула от боли. Палач поднял меня тотчас, намереваясь оторвать от меня детёныша, но он быстро перемещался по моему телу, цепляясь за него коготками через одежду и заставляя меня снова вскрикивать.
Когда он смог схватить её, я увидела молнию, которая обернулась вокруг руки палача, и тут же похожая окутала маленькую зверушку, что продолжала цепляться за меня. А уже в следующий миг они встретились…
Раздался громкий хлопок. Почувствовался запах гари. Моё платье оказалось подпалено. Кончики волос тоже. Но зато мне удалось самой схватить малышку и прижать к себе, всем видом показывая, что не отдам её палачу и не позволю обижать. А он… Он замер как громом поражённый. И ошарашенно смотрел на свою руку.
– Ты… – выдавил из себя и замолчал. И я не поняла, к кому обратился. Ко мне или к зверюшке.
– Пожалуйста, не сажай её в клетку, – попросила, обнимая её.
Палач нахмурился.
– Тебе надо в медблок, – сказал твёрдо, но покачнулся сам.
– Нет! Всё в порядке, правда, – затараторила я от нервов и испуга, хотя царапины саднили и болели. – Это же просто царапины…
Но убедить его не успела.
– Я ударил тебя волной. И она ударила, – он сказал это так, будто бы только что меня убил.
И кажется, в этом он видел что-то куда опаснее царапин.
– Я ничего не чувствую, – призналась и поняла, что палач смотрит на меня неверяще. А потом снова на свою руку. А потом на малышку, которую я прижимаю к себе.
И надо же было, что именно в этот момент в дверь каюты постучали.
Я замерла. Палач тоже. А потом его глаза расширились, словно он понял, кто пришёл. И тут же он указал мне глазами на дверь душевой.
Не дожидаясь повторного приглашения, я юркнула туда, прижимая к себе детёныша, и уже оттуда услышала, как в каюту вошёл кто-то.
– Командор! – услышала голос палача. Какой-то по-особенному сдержанный и твёрдый.
– Решил убедиться лично, насколько ты вышел из стро… Это что? Ты держишь землянку в клетке?! – вдруг прогремел его голос.
И у меня мурашки ужаса побежали по коже. Если я думала, что палач – самое жуткое, что со мной могло случиться, то я явно ошибалась. Судя по голосу и тону, самое жуткое сейчас стоит за дверью рядом с ним.
– Никак нет. Это… Просто… – было понятно, что палач не может придумать, для чего тут такая большая клетка. И при желании туда действительно можно было бы меня запихнуть. А про нашего (не знаю почему я вообще думала так – нашего) зверя он не говорил. Очевидно, тому были причины…
– Тебе позволено забирать женщин с аукциона, а ты тут… – я услышала низкое рычание.
Кажется, командору не нравилась идея, что землянок держат в клетке.
– Я этого не делал, – попытался возразить палач. Но его явно не слушали.
– Что за это полагается, ты сам знаешь! – прогремел голос снова.
Я попыталась отодрать от себя малышку, чтобы выйти и сказать, что он говорит правду, потому что очень вдруг за него испугалась. Но она намертво ко мне приклеилась. И тут из каюты раздался хлопок. Похожий на тот, что был несколькими минутами ранее, когда встретились волны палача и моего котёнка.
На него напали?!
Кажется, эта мысль пришла не только мне, но и вполне соображающей крохе, потому что её круглые глаза опасно прищурились и она вдруг вылетела из моих рук, протаранив дверь. Удар был такой силы, что последняя, не запертая до конца, распахнулась, открывая нам картину, как тоже огромный синекожий мужчина нависает над палачом, который лежит на полу, даже не пытаясь прикрыться чем-то или защититься.
В тот же миг мелкий зверь подлетел на своих, казалось бы, хиленьких крылышках к палачу и в незнакомца полетели молнии. То ли палача, то ли зверя – не разобрать, потому что малышка сидела у него на груди, прикрывая от напавшего.
Я тоже подбежала ближе к ним, ещё не успев даже подумать, что это плохая идея – ведь они явно сражаются, а я ничего не могу противопоставить! Да что там. Я даже защититься не могу.
Вот только нападавший так удивился, что перестал бить палача залпом своих волн. Его глаза округлились, когда он взирал на нашу компанию. Лежащий на полу палач, на нём – зверёк и я рядом.
– Это что?! – рявкнул он, обращаясь явно не ко мне и не к котёнку…
– Я хотел доложить… – палач сам был удивлён не меньше, но кажется на меня не злился пока. Или злился не сильно. Потому что встал, осторожно придерживая малыша.
– Доложить о чём?! Ты понимаешь, кого ты притащил на борт?! – взревел снова незнакомец, но тут малышка опять выпустила в него очередь мелких молний. В этот раз точно они были её…
У мужчины глаза на лоб полезли от такой наглости. А палач растерянно посмотрел на неё, кажется, не зная, как угомонить. Тогда я протянула руки и забрала у него её, прижимая к себе и поглаживая, чтобы успокоить. И хотя волны и молнии прекратились, зверёк не сводил подозрительного взгляда с незваного гостя, готовый броситься на него в любой момент.
Палач выдохнул растерянно. А потом собрался.
– Землянка ни в чём не виновата, – начал почему-то с этого. – Это только моя вина.
– Клетка для кого? – процедил мужчина.
– Для неё, – ответила я быстрее палача, чтобы убедить того, кто явно выше его по положению, что меня там не держали. Кажется, такое было запрещено? И вроде бы он мне поверил.