Кира Райт – Айрон и Марион. Любовь по завещанию (страница 32)

Когда баронесса всё же не перенесла болезни, мне повезло впервые. Ведь теперь Марион точно приехала бы и приняла бы во владение своё новое «имущество». Чтобы ускорить процесс сближения, место раба занял уже я сам. Цель оправдывала средства. Я должен был быть рядом, стать привычным и добиться её доверия.

Поэтому в день, когда мерзкая герцогиня отправила моего слугу обратно в особняк, теперь уже принадлежащий Марион, с золотыми приехал именно я. Отчего-то был уверен, что «использовать» меня она не станет. А если стала бы, я не был против сам. Вот только изобразив на своём теле необходимое клеймо, объясняющее мой внешний вид и навыки, а также надев те артефакты, подавляющие сопротивление, которые были на слуге, чтобы не вызывать подозрений, совсем не ожидал, что они окажутся настолько сильны и смогут практически перекрыть мою собственную магию.

Паника захлестнула на краткое время, несколько дней я был немного не в себе, но старался продолжать играть свою роль, чтобы другие рабы и те, кто был знаком со мной прежде, ничего не заподозрили. Слуга, играющий меня всё это время, старался найти подход к каждому, чтобы втереться в доверие, но при этом оставался своенравным и не терял силу характера, чтобы потом мне было проще и не пришлось ломать себя, изображая послушание. По идее в любой момент я мог всё бросить, перекинуть её через плечо и миновать границу, но пока старался идти намеченным и наиболее безболезненным путём.

Только называть Марион госпожой язык не поворачивался ну никак. По нашим традициям, на моём родном языке таково было обращение между супругами. Играть роль раба особенной проблемой не стало, а вот обращаться к ней как к своей… Это вызывало у меня какой-то необычайный трепет, который мне совершенно не нравился, потому что я должен был не усилить свои чувства к ней, а напротив — разочароваться и остыть.

Следуя плану, я усиленно демонстрировал, что готов защитить младшего раба, так старательно давил на жалость и при этом мозолил ей глаза, чтобы пробудить симпатию (не слепая же она, в конце концов!). И когда она приготовила мне ужин, я было решил, что сработало, пожалела. Но продолжая показывать страдания от артефактов, не реагировал на её приглашение к столу. А она просто уехала, даже не подумав их снять! Хотя расчёт был именно на это. И не разглядывала меня толком, вообще не обращала внимания, словно я мебель. Это выводило из себя невозможно.

Я-то думал, что увидев меня, как когда-то я увидел её, она тут же проявит те самые черты характера, что я знал в ней — доброту, сочувствие, а ещё лучше — влюбится без памяти и исполнит всё, что мне нужно. Только какое там.

Мало того, что ей и в голову не пришло жалеть меня, так оказалось, что Марион может запросто сдать меня (члена королевской семьи!) в аренду! Я был в ярости. Но проявить её не мог из-за этих дурацких подчиняющих полосок на теле и необходимости добиться цели. Еле держался, чтобы не демонстрировать своё истинное отношение.

Слугу уже отправил на родину, поэтому заменить себя было некем. Портал открыть и скрыться не мог, потому что без неё уходить смысла вовсе не было. К счастью, без особого труда удалось не подчиниться приказу. Потому что ублажать эту престарелую… ни за что не снизошёл бы до этого. Зато до меня снизошли… Скрутили и отходили плетью.

Я был воином, поэтому не сложно было вытерпеть подобное. К тому же в голову пришла новая идея, как быстро расположить её к себе, сыграв на чувстве вины.

Заставил себя усилием воли отключить магическую регенерацию и ждать, пока Марион придёт меня спасать. Терпеть боль было не сложно. Так я уговаривал себя первые сутки. А потом оказалось, что плети были необычные, и мне занесли какую-то инфекцию, я едва не умер в том подвале, пока моя личная ведьма догадалась наконец приехать в свой замок! И в тот момент я уже почти ненавидел её, ведь эта девчонка категорически отказывалась действовать по моему плану.

Но уже мутным сознанием, перепутав её сначала со своей служанкой, я всё же осознал, что почти сработало, когда она кинулась мне помогать, а потом… оставила терпеть боль до приезда лекаря, так и не сняв подчиняющие артефакты, из-за которых я не мог уже в тот момент воспользоваться своим магическим резервом, ведь был слишком слаб!

Глава 31

К счастью, благодаря лекарю, от артефактов, перекрывающих мою магию, всё же избавился. Даже дышать стало легче. И захотелось отомстить ей за свои ощущения, за то, как она со мной обошлась. Но я сдерживался, уговаривая себя, что сейчас не время и не место.

К тому же произошло ещё одно немаловажное событие. Пока я был в почти в полном беспамятстве, а Марион касалась меня, так вышло, что моя магия откликнулась на неё. Сама. Без моего участия вовсе.

Тогда и получил подтверждение, что у нас с ней идеальная совместимость. В магическом плане, разумеется. Как, впрочем, было бы, наверное, с любой ведьмой. Это не значило ещё, что Марион какая-то особенная. Но сейчас я почувствовал сильный скачок внутри. Его же почувствовала и она. Только не поняла толком, что именно произошло, ведь была уверена, что лишена магии.

И всё же это событие уступало по важности тому, что между нами образовалась некоторая привязка.

Я почувствовал её чуть позже, когда стал приходить в себя окончательно, и мог подёргать за эту ниточку, убеждаясь, что «моя госпожа» тоже ощущает это на себе. И если наша совместимость — отличный знак (ведь именно так мои предки и забирали ведьминскую магию, она им не вредила), то привязку следовало бы оборвать. И желательно как можно скорее. Но отчего-то я тянул.

Хотя ощущал, что с каждым днём она становится сильнее. Такого рода связи чаще появлялись после сложнейших ритуалов, но бывали случаи, когда магия сама выбирала себе «вторую половинку» и не желала с ней расставаться. Это не всегда имело значение для личных отношений, порой происходило между сильными магами для совместной работы, например. Поэтому я забеспокоился гораздо позже, когда вдруг понял, что привязка воздействует и на меня. И как-то странно.

Сначала мне доставляло удовольствие дразнить Марион. Заставляло испытывать некое удовлетворение осознание, что она не понимает, что происходит. Что выходит из себя, смущается моих откровенных намёков и пугается неприличного поведения. Всё это вместе невероятно забавляло и позволяло мне натешить собственное эго.

Она так весело мне приказывала, не осознавая, что на меня её приказы не действуют. А когда злилась, то её глаза начинали блестеть ещё больше, краснели щёчки, а губы раскрывались от возмущения, заставляя меня иногда забываться… Но вот эти мысли я как раз гнал всеми силами, не заметив, что всё пошло не так изначально. Тем более, что главная цель пока только отдалялась.

То ли от моего поведения, то ли сама по себе Марион не желала сближаться с рабом никаким способом, несмотря на магическую связь между нами, которую тоже не узнавала. Уж я её и соблазнить пытался — она робела, но упрямо игнорировала. Я намеренно показывал обиду и печаль — но вместо чувства вины и сочувствия получал холодную вежливость и рассудительные извинения. Дерзил ей — злилась, но вместо того, чтобы распалиться и наделать ошибок, сбегала от меня и начинала бояться.

Только лишь когда она заявилась ко мне, застав без одежды, впервые увидел в её глазах настоящую заинтересованность, которая весьма скоро сменилась вновь на испуг, а затем — на равнодушие. Её отношение к рабам я знал, но прежде был уверен, что при виде меня все её принципы развеются. Только вот для неё я оказался обычным слугой, и относилась она ко мне как ко всем остальным, чем выводила меня из себя каждый раз.

Держался лишь потому, что провести инициацию силой нельзя, нужно чтобы она сама повторила необходимые для ритуала слова и была при этом не против. Однако выстроить с ней нормальные отношения не получалось вовсе.

Тогда я решился поговорить спокойно, на чистоту. Не совсем конечно, но наплести ей какую-то сказочку про нашу связь, продемонстрировать золотую нить между нами и преподнести всё в романтическом свете. Думал, что одинокой девушке вроде неё такое должно прийтись по душе. И что в итоге?

Она разозлилась и попыталась сбежать из дома. Но это ещё полбеды.

Моё тело вдруг поддалось магическому порыву, перехватив её руку и оставив на ней руны судьбы вопреки моей воле и желанию. Я даже не понял сначала, что именно произошло, пока не увидел ожог на её запястье.

И вот с тех пор моя жизнь в корне изменилась. А к прежним вопросам и проблемам добавилась ещё одна. Наиболее весомая.

Судя по реакции, «моя госпожа» вовсе не понимала, что произошло. Возможно, не видела подобного прежде или в этой стране такое не встречается. Но я-то прекрасно всё понял. Поэтому, когда она от меня сбежала, места себе не находил.

Ведь теперь эта совершенно чужая мне девушка, которую я планировал использовать, имела некоторый доступ к моему магическому резерву. Между нами образовалась не просто связь, а нечто вроде конструкции сообщающихся сосудов. Радовало, что и я имел доступ к её магии, хотя и не в необходимом объёме, но с серьёзными последствиями. В виде того, что моя теперь ревностно охраняла ведьму!

Несколько раз за время её отсутствия я чувствовал сильные выбросы, которые означали только одно — мой невидимый, но наложенный ещё с рождения «щит» ощущает угрозу для неё. И борется, пытаясь сберечь ей жизнь.