Кира Рамис – Сердце генерала и вкус счастья (страница 4)

– Тринадцать, сестрёнка, скоро четырнадцать.

– Да? А на вид лет девять, ты такой худенький, маленький.

– Жаль, что во мне нет магии, – не обиделся мальчик. – Будь я магом, быстрее бы рос.

– Ну ничего, откормим тебя, и ты быстро догонишь сверстников, – попыталась подбодрить брата.

– Да мне и так не дует, – храбрился он. – Одно жалко, что учителей больше нет и в академию мне не поступить. Если бы я смог выучиться, то жить стало бы легче.

Я не понимала, как утешить подростка, которого знала лишь сутки, сейчас хотелось лишь одного: оказаться дома.

Эштон ушёл. Медленно опустив голову, закрыла глаза. Каким образом я оказалась в этом странном мире, в этом теле? Выспаться, а потом ещё раз подумать.

– Дзжжж… дзжжж… – что-то жужжало сбоку.

– Телефон, – дёрнувшись, сползла на пол. – Телефончик, мой милый телефон. Как я могла про тебя забыть. Неужели ты работаешь?

Дрожащей рукой развязала узел.

Глава 5

Телефон работал, но как-то странно, изображение на экране было чёрно-белым, как в старом телевизоре, что стоял у бабушки моей подруги в комнате, памятником о совместно прожитых годах с дедом.

– Миленький мой, ты работаешь. Но что с тобой? – забираясь обратно на кровать, уставилась на сообщение, что пришло ранее. На весь экран, с восклицательным знаком, висел текст:

«Добрый день, уважаемый покупатель, вы заказали доставку, оплатили, но адрес оказался неверным, укажите правильный адрес, и мы осуществим доставку»

Усмехнувшись, попыталась закрыть приложение, у меня получилось, но вот сделать что-то ещё, нет. Зарядка показывала сто процентов, что удивительно, кнопка звонка не реагировала на нажатие, судорожно пыталась дозвониться через приложения для друзей или знакомых, тщетно. Приложение открывалось, но на это всё. Чёрно-белые картинки оставались лишь картинками, словно всё разом сломалось. Зайти в переписку и попросить помощи было невозможно. Немного успокоившись, я поняла, что в телефоне всё замерло на том моменте, когда я была тут в последний раз.

Список контактов, звонков, переписки, всё, как в день продажи квартиры.

На свой страх и риск перезагрузила телефон. Ничего не изменилось, помаячило сообщение о неправильном адресе, закрыв его, опять прошлась по приложениям телефона. Нет, зайти в приложение могу, но сделать ничего не получается. Всхлипнув, выключила гаджет, запихнула под подушку и закрыла глаза.

Усталость и слабость утянули в сон.

Не знаю, сколько прошло времени, но разбудила меня тёплая ладонь брата. Он аккуратно подсовывал вторую подушку под спину.

– Виви, вставай, я поесть принёс, бульон да кашу, – разлепив глаза, вяло улыбнулась. – Присаживайся, пока всё горяченькое, покушай, а потом опять спать, – словно мама-наседка, заботливо произнёс Эш.

Я так и сделала, настроения не было совсем, вся надежда на то, что я всё же на Земле и это злой рок или розыгрыш рассеялась, как дым. Придётся принять действительность, что-то ужасное произошло со мной в тот день, и я оказалась в магическом мире в чужом теле.

– Виви, съешь ещё немного, – видя, что я отложила ложку, попросил брат.

Я бы с радостью, да только бульон оказался с каким-то странным привкусом, а каша пресная, да и аппетита не было совсем.

– Эштон, не могу больше, сыта. Ты сам-то поел?

Он отмахнулся.

– Сейчас перекушу.

– Обязательно поешь, я, как на ноги встану, что-нибудь сытное приготовлю, – зевая, пообещала брату.

– Хорошо, – кивнул мальчик, забрал посуду и вышел. Если он не удивился, значит, Вивианна умела готовить. Обычно в богатых семьях девочек не допускали на кухню. Хотя чего я удивляюсь, за последний год она работала, как прислуга по дому, возможно, и переняла у поварихи кулинарные навыки.

«На работе ещё долго не потеряют, удачно я в отпуск отправилась, – мысли медленно плыли в расслабленном теле. – А что, если это всё временно? Отпуск закончится и вновь окажусь в своём теле? – да, я верила и душой, и разумом, что попала, словно героиня любовного романа, но какая-то частичка меня надеялась на возвращение».

Проснулась я ночь и не потому, что захотела в туалет или выспалась, а потому что телефон под подушкой вновь громко тренькал, требуя внимания.

– Да что ж тебе неймётся? – ворчливо пошарила ладонью под подушкой. Ворчала ещё потому, что в первое мгновение подумала, что звонят. На экране мерцал всё тот же текст, требуя поправки адреса, с беспокойством посмотрела в правый верхний угол, зарядка всё ещё была на ста процентах. – Чудеса, – пробормотала себе под нос и уже вновь хотела убрать телефон под подушку, как этот чёрно-белый недопомощник вновь засигналил, разозлив меня. – Да что тебе ещё нужно? Чего я там такого накануне заказала? Вот же и посмотреть не даёт, пока адрес не введу. Да пожалуйста, только успокойся. В свободной поле набрала Шестой кривой переулок, дом пять. Если у вас получится сюда доставить продукты, то ещё раз сделаю заказ, – усмехнувшись, выключила экран и с улыбкой на губах провалилась в сон.

Утро застало меня охающими звуками, потянувшись, я поняла, что не только выспалась, но чувствую себя почти здоровым человеком.

– Вивианна, что это? Вчера на столе было пусто, – до меня донёсся голос Эштона.

Резко сев на кровати, оглянулась.

– Ничего себе, – прошептала, не веря своим глазам.

Глава 6

Медленно подойдя к огромной сумке с крепкими тканевыми ручками, заглянула внутрь.

«Интересно, в каком это магазине и, главное, почему-зачем мне понадобилось закупаться онлайн?» – мыслей на эту тему было ноль. И справедливо. Мы с подругой праздновали продажу квартиры, неужели после этого я ринулась за покупками?

– Странный мешок, может, не будем трогать? – Эштон с опаской смотрел на большую яркую сумку с призывной надписью на боку: беречь природу.

– Это моё, – пришлось признаться, пока мальчик не выкинул продукты в помойку.

– Как твоё?

Что ответить, я не придумала и поэтому лишь попросила:

– Эштон, не спрашивай, объяснить не смогу, а врать не хочу.

– Хорошо, Виви, если ты просишь. Но всё же, что в этом мешке с ручками? – любопытство пересилило.

– Сейчас посмотрим, – чека не оказалось, обычно в пакет с доставкой его кладут. – Крем для рук, детское мыло куском, массажная расчёска, зубная щётка, ватные палочки, две пачки рожков, соль, сахар, три головки чеснока, увесистый пакет с репчатым луком, – всё перечисляемое под открывающийся рот Эша я выкладывала на стол. Большую пачку гигиенических средств положила молча, но, видя, что она заинтересовала брата, всё же произнесла: – Это только для девочек.

Он хмыкнул, но промолчал.

– Губки, упаковка, средство для мытья посуды, для пола, перчатки три пары. Что за шутки? Две пары женских носков, тапочки с розовой опушкой, ночная рубашка, фланелевый халат, кило гречки и риса, пачка геркулеса, сметана, несколько пакетиков приправы, бутылка молока, десяток яиц, три йогурта, два лимона, яблоки, большая упаковка сухарей и маленькая сушек, бутылка подсолнечного масла, замороженный морской окунь три штуки, двести грамм мёда, сто пакетиков чая в красивой коробке от одной известной фирмы, банка горошка и банка кукурузы, салатная смесь на развес, замороженная.

Эштон поочередно всё брал в руки, крутил с интересом, водил пальцами по картинкам и аккуратно ставил обратно на стол.

– Всё такое заморское, иностранное. В жестяных банках я видел консервы лишь раз, но это было давно, на столичной ярмарке, родители нас возили. Маги в одной далёкой стране придумали способ так хранить продукты, по рассказам мамы, секретом они не делились, цены на них высокие, – он пальцем постучал по банке горошка, – но купцы в дорогу берут. Только, Вивианна, они не были такими красивыми, посмотри, какая рыба, словно с картины.

Я как раз поставила на стол банку с сардинами.

Непонятно, кто собирал этот набор, но за гречку, сахар, чай спасибо.

–– Какие красивые упаковки, не иначе магия, – он трогал продукты с земной обёрткой. – Неужели Эдварда совесть замучила, и он приходил к нам с извинениями?

Услышав такое предположение, я чуть не перекрестилась.

– Тьфу! Эштон, ты так не шути, сестра у тебя ещё слабенькая, вдруг не выдержит и в обморок свалится, – нервничая, аккуратно расправила мешок.

– А кто тогда? – Эштон вновь принялся рассматривать покупки.

– Чудо какое-то, – пожала плечами. – Может, магия сжалилась, сколько мы  с тобой натерпелись.

– Что ты, разве можно над магией шутить, она этого не любит, может и отомстить, – братец прикрыл ладонью мой рот.

– Да куда уж более? – прошептала, отнимая его руку. – Рыбу нужно положить размораживаться, чуть позже я придумаю, что с ней делать, или суп, или запеку. А вот банки лучше в шкаф убрать, с глаз.

– Да, ты права, а то ещё украдут дорогие подарки, – не о том подумал Эштон. Я же беспокоилась, что во мне заподозрят попаданку и потащат на костёр, кто знает, что тут делают с иномирцами.

– Молоко и сладкий творог, – так я обозвала йогурты, – нужно убрать в холод. В таверне должен быть подвал.

– Подвал есть, но на кухне стоит холодный шкаф, на магии работает. Камню лет сто, наверное, а всё ещё работает. Одним словом, Чёрная слеза, они очень ценятся, поэтому Эдвард так бесился, когда раскрылся обман управляющего. Ванну отмыть – и можно искупаться. Я проверял, вода бежит ржавая и холодная, но она есть, чуть пропустить, на кухне в вёдрах горячей нагреть – и можно мыться. Ты не помнишь, но в нашем доме Чёрные слёзы везде были, даже в ванной воду грели.