Кира Полынь – Ты - мое проклятие, Винтер! (страница 41)

— Кажется, мы скоро породнимся с Кроули, — проговорила я, звуча неестественно тихо. — Ты такое пропустил!..

Но не оставив мне времени на рассказ, в дом вошли четверо незнакомых нам людей, выдав в себе приезжих их столицы. Одетые в черные одежды, они сразу же обвели приглашенных цепким, профессиональным взглядом, изучая обстановку.

— Добро пожаловать, — сказал Даррен, инстинктивно спрятав меня за спиной, будто бы заранее пытаясь защитить. — Рады видеть вас, господа.

Глава 38

— Птичка! Птичка! — вдохновленно взмахивая руками и подпрыгивая на месте, кричала Миранда. — Это летящая ласточка!

— Правильно! Угадала!

Улыбнувшись сестре, которая победно хлопнула в ладоши и смешливо поморщилась, я вернулась на свое место рядом с Мирандой, передавая ей ход.

Сестрица подскочила с места, и нетерпеливо перебирая ногами, добралась до камина, где мы устроили импровизированную сцену. 

— Два слова, — сказала она, и мы дружно рассмеялись, заставляя Мири смущенно замолчать, из-за нарушения правил в первую же секунду. — Все, все! Я больше не буду!

Жестом показав два пальца, она тут же показала один, намекая на первое слово. Показав на свой живот, девушка как бы погладила его, обводя куда большее пространство, чем предполагала ее хрупкая фигура.

— Беременность! — воскликнула одна из гостей, и Мири отрицательно покачала головой, продолжив игру.

В следующий момент, она как бы перенесла свой живот на руки и покачала словно младенца, указав на себя пальцем.

— Мама!

Согласившись с догадкой, она тут же указала на пустое место рядом с собой, намекая на то, что кого-то в этой связке недостаточно, и догадавшись первой, я произнесла:

— Отец!

Миранда тут же закивала головой, да так сильно, что ее кудряшки весело   запрыгали, заставляя Велдона вновь на нее восторженно таращится.

Второе слово она показала слишком просто, пробежавшись двумя пальцами, как маленькими ножками, по своей раскрытой ладони.

— Ушел!

— Идет?

— Отец пришел, — фыркнул Даррен, даже не пытаясь играть, но Миранда хлопнула в ладоши, указывая на него как на победителя, и тут же ткнула пальцем в сторону стоявшего в пороге мужчину, который отчего-то не решался войти.

Он оценивающим взглядом обвел присутствующих гостей, меня, Даррена и в особенности Миранду, которая сумела сохранить лицо и даже продемонстрировала толику ехидства в сверкнувших зеленью глазах.

— Лорд Гринвелл, — Даррен поднялся с софы, приветствуя новоприбывшего и занимая место уступившей Миранды, на правах победителя. — Рады вас видеть. Присаживайтесь и присоединяйтесь к нам.

— С радостью, — ответил отец, и, направился прямиком ко мне, желая устроиться поблизости.

Он вновь играл на публику, демонстрируя всем и каждому наше примирение, как жест того, что его авторитет лишь возрос, ведь и семья Винтер теперь приняла его, сделав полноценной ее частью. Здесь был он, были обе его дочери – о большем жесте стабильности и величия и мечтать было нельзя.

Не обратив внимания на эту выходку, супруг закатал рукава своей белоснежной сорочки, в которой выглядел восхитительно, как и всегда, и, обведя гостей взглядом, громко спросил:

— Готовы?

Согласный гул любителей шарад не заставил себя ждать, и, кивнув, Винтер показал три пальца, подсказывая количество слов. Таинственным взглядом обведя публику, он драматично взмахнул руками и начал игру.

Первым движением он похлопал себя по карману, в котором зазвенели монетки, и, запустив пальцы внутрь, собрал пригоршню, не спеша просыпал их на пол. Повисла мертвая тишина, все усердно думали, стараясь разгадать загадку Даррена, и один из судей все же неуверенно  предположил:

— Плата?

Винтер покрутил указательными пальцами, подсказывая слегка изменить слово, и тут же посыпались догадки:

— Оплата?

— Долг?

— Возврат!

— Расплата, — не выдержал Кроули, и Даррен кивнул, показав пальцами начало второго слова.

Прижав к лицу ребро ладони, супруг принялся вглядываться вдаль, словно искал кого-то взглядом, сделав отгадку слишком простой.

— Найдет!

Угадавшим слово был другой судья, и, переглянувшись с коллегой, они уважительно кивнули друг другу, поздравляя с преимуществом в этом раунде.

Последнее слово оказалось слишком простым, и оттого когда Даррен начал поочередно указывать на каждого, кто был в списках Римуса, гости слишком быстро догадались, проговорив фразу целиком:

— Расплата найдет каждого! — подытожил третий судья, воодушевленный азартом, и, негромко захлопав в ладоши, муж заговорил:

— Я знал, что во всем, что касается возмездия и наказания – вам нет равных! Простите мне мою предусмотрительность, но для этого тура я подготовил призы, прошу.

В зал вошли слуги, по договоренности вручив судьям пухлые конверты, которые они тут же вскрыли, вынимая на свет аккуратные стопки бумаг, в которых были перечислены все прегрешения глав этого города, собравшихся одной крышей именно сегодня.

Наполненные азартом глаза все внимательнее вчитывались в строки, становясь все более мрачными, собранными и скрупулезными. То и дело они отрывали взгляд от документов, бросая его то на одного из гостей, то на другого, затягивая повисшую паузу.

Первым понял что происходит, конечно же, лорд Гринвелл.

С невероятной скоростью бросившись в мою сторону, он обхватил тяжелой рукой мое горло и силой поднял с софы, заставляя подняться. Паника и удивление возгласами пронеслось по залу: леди прижимали пальцы к губам, подскочив со своих мест, а окружавшие их господа невольно отшагнули, отступая от разбушевавшегося лорда.

— Мерзавец, — прорычал отец, сильнее сжав руку, отчего я едва не закашлялась, вынужденно поднявшись на цыпочки. — Мелкий пакостник… Я так и знал, что ты не успокоишься!

— Лорд Гринвелл, — обратился судья, поднявшись. — Отпустите девушку немедленно, именем Ирманского суда, я приказываю вам…

— Заткнись, Дирден, — пренебрежительно прервал мой отец, отступая к выходу медленными шагами. — Белорукий чистоплюй! Ты и так кость в моем горле! Не вздумай, Винтер! Или шейка твоей женушки неожиданно сломается!

Дабы подтвердить свою угрозу, многоуважаемый лорд демонстративно встряхнул меня в своей хватке, продолжая продвигаться к выходу сквозь оцепеневших от такой наглости гостей. Взгляд Даррена полыхнул огнем, мужественная грудь приподнялась от злого вздоха, но он повиновался, оставшись стоять на месте, и медленно отпуская магию с кончиков пальцев.

— Все продумала, маленькая дрянь? — выдохнув в лицо свое неприятное дыхание, он продолжил тащить меня к выходу, не забывая поглядывать на остальных. — Не хорошо лгать папочке, милая. Я буду вынужден тебя наказать. Миранда! Живо ко мне!

Онемевшая от ужаса сестра вздрогнула, и нерешительно шагнула вперед. Но путь ей тут же преградил Кроули, стеной выросший прямо перед носом. Спрятав девушку за собой, он расправил свои военные плечи, и отрицательно покачал головой:

— Миранда никуда не пойдет.

— Живо ко мне! — продолжал кричать отец, игнорируя храброго  незнакомца, но упрямая дочь не спешила покидать свое укрытие, чем раздражала его еще больше. — Я остригу тебя на лысо, глупая корова! Демон с тобой… Мне хватит и одной дочери, чтобы уйти. Вы! Все! Не смейте за мной идти, или леди Винтер нежилец!

Его слова звучали все глуше и глуше.

Мне не хватало воздуха, и каждый вдох давался все с большим трудом, разливаясь в груди настоящим жжением. Хватаясь пальцами за мужскую руку, я болезненно ее царапала, инстинктивно пытаясь высвободиться, чем только раздражала отца, громко хлопнувшего дверью, и поволокшего меня на улицу. Прочь из дома.

Успев только нелепо переступить с ноги на ногу, я почувствовала резкую холодную тошноту, подступившую к горлу. Она звенящей темнотой поднялась по щекам к вискам и на глаза, заполняя их красными мушками и окончательно лишая любых ориентиров. Слабость накрыла слишком быстро. Так быстро, что я не ощутила момент, когда напряженные пальцы ослабли и руки плетьми рухнули вниз, а голова безвольно повисла. Лишь где-то на отдалении раздался треск, возмущенный крик, и тело став невыносимо тяжелым повисло в воздухе, опасно накренившись и потянув меня к земле.

Падение.

Я поняла это только по воздуху, лизнувшему покрытые колючими мурашками щеки, даже не успев смириться с тем, как быстро обрушиваюсь, не говоря уже о том, чтобы приготовится к столкновению.

Но вместо твердой каменной дорожки меня подхватили крепкие руки, уберегшие от неизбежной боли, и прижавшие близко к горячему телу.

— Эвер? Эвер? Давай, малышка, приходи в себя, — шептал Даррен, одним своим голосом возвращая мне желание жить. — Давай, милая…

В сознание я вернулась с кашлем, будучи тут же придержанной, и обнятой. Непонимающе оглянувшись, обнаружила лишь множество людей в военной форме, суетливо сдвинувшихся в кольцо. Только когда они начали отступать, я заметила поваленного на землю отца, который даже будучи в поверженном положении, продолжал разбрасываться проклятиями.

— Я вас всех поубиваю! Бродящие собаки! Глупые, не на что не способные увальни!..

Тряхнув тяжелой головой, я смогла оторвать взгляд от скованного и униженного родителя, отдавая все внимание тому, кто его действительно заслужил.

— Даррен… что происходит?

— Неужели ты, действительно, думала, что я правда могу поверить в то, что он просто сдастся?