Кира Оллис – Эффект домино. Падение (страница 9)

– А если наш Пифагор вернётся раньше? – О, даже наша скромняга Линда здесь.

– Спокуха! В случае чего меня предупредят. Ну что? За свободу?

– За свободу! – раздаётся хор громкого шёпота, сопровождаемый звоном бутылок, столкнувшихся в центре круга.

***

Кассандра

Не понимаю, как так вышло, но постепенно меня оттеснили от Брайана. Стоило ему отойти, чтобы притащить снеки или очередную бутылку пива, на его место обязательно кто-то садился. В итоге, я оказываюсь зажатой между двумя девчонками. Случайно или нет, но то, что именно они – лучшие подруги Моники, навевает мысли о какой-то подставе. Не будет же Брайан силой оттаскивать их от меня, чтобы сесть рядом? Это глупо. Поэтому продолжаю сидеть с непринуждённым видом, скрестив ноги.

Чтобы не выбиваться из стаи, смеюсь в тех местах, в которых смеются остальные, хотя мне и не смешно, отвечаю, если задают вопрос, хотя лучше бы промолчала, тостую, когда очередь доходит до меня, хотя терпеть не могу пафосные речи. Притворство – всего одно слово, которое характеризует меня сейчас в полной мере. Умом понимаю, что такая позиция ведёт в никуда, но поделать с собой ничего не могу: ради Брайана, ради его репутации я готова переступить через себя.

Спиртное ненавижу по понятным причинам, поэтому я только делаю вид, что пью, периодически прикладываясь губами к горлышку. Время от времени мой взгляд возвращается к Брайану, которому, похоже, и без меня очень весело. Он сидит между Круз и О’Доннеллом, ухохатываясь над их шутками, словно забыв о моём существовании. Стоит ли упоминать, что я уже пожалела о том, что пришла сюда? Мне не место среди них. Пусть мы с Кроу и не озвучивали то, что происходит между нами, но мне казалось, что я для него значу гораздо больше, чем любой предмет мебели в этой комнате. Но, судя по его поведению, мне всё это привиделось.

– Ну что, братья и сёстры, созрели для игр? – весельчак Том – негласный массовик-затейник в школе. Как видно, он и здесь решил не изменять себе.

Наша компания начинает радостно галдеть, на что он грозно шикает, приложив палец к губам. Да уж… Большинство достигло той стадии, когда сложно контролировать громкость голоса.

– Две правды, одна ложь, – со злорадной ухмылкой продолжает наш «ведущий». – Для тех, кто не в курсе: каждый говорит о себе два правдивых факта и один – выдуманный. Остальные пытаются угадать ложь. Каждый угадавший получает один балл. Я начну!

Потерев ладони, Том выдаёт:

– Я умею садиться на шпагат, мой любимый напиток… – он многозначительно поднимает свою бутылку вверх, – пиво, а ещё я люблю спать в чём мать родила.

Все начинают смеяться. Если честно, мне самой становится смешно, потому что все факты о Томе похожи на правду несмотря на то, что я его знаю не так хорошо, как остальные. Мне известно, что он сын какого-то звёздного адвоката, но, надо отдать должное, он никогда не кичился этим. Этакий рубаха-парень.

– Какого хрена, Том? Мы с тобой сегодня спим в одном номере! Клянусь, если третий факт – правда, ты спишь у Джобса! – гогочет Дэн. – Поэтому ставлю на то, что именно это ложь.

– А я бы посмотрел, как ты садишься на шпагат, – хмыкает Брайан, а потом добавляет: – Но это неправда.

Мнения толпы разделились. Том усердно отмечал варианты всех собравшихся, не забывая при этом посмеиваться. Когда наступает мой ход, выпаливаю:

– Пиво, конечно, ты пьёшь, но это однозначно не твой любимый напиток.

– Да ну? – он делает смачный глоток из бутылки в опровержение моей догадки.

– Да, как только я сюда пришла, ты как раз расставлял выпивку на столе, внимательно изучая этикетки, как будто ожидал увидеть что-то другое.

– Так я просто состав изучал!

– Ну да, и при этом морщился от разочарования. Факт о пиве – ложь, – ухмыляюсь, потому что уверена в своей правоте.

– А третий факт видеть не желаешь, значит?

– Думаю, его оценит мистер Джобс.

– А мне нравится твой дерзкий язычок, – прыскает Том.

В этот момент Брайан с грохотом ставит свою бутылку на пол, отчего часть пива из неё выплёскивается Монике на ноги. Её тихое возмущение я слышу довольно чётко.

– Миллиган, – с нажимом говорит Кроу, – играть в игру имени тебя, конечно, забавно, но давай уже раскрывайся.

– Ну что ж. Я люблю… Просто обожаю пи… – Том прерывается и, обведя нас всех загадочным взглядом, наконец, договаривает: – пить джин-тоник! Кассандра единственная угадала, чёрт возьми, и к ней переходит ход вне очереди. – Подмигнув мне, Миллиган под всеобщее ржание демонстративно садится на продольный шпагат.

Градус моего настроения немного повышается. И я пока не решила, что послужило этому причиной: реакция Брайана или то, что я оказалось правой. Будет интересно обвести их всех вокруг пальца. Уверена, многие удивятся.

– Я занимаюсь сёрфингом, варю отличный кофе и умею метать ножи, – я и бровью не веду, пока перечисляю.

Дэн присвистывает, а остальные как-то странно на меня поглядывают, будто видят впервые. Влево не смотрю, но взгляд Кроу ощущается сейчас на моём лице, как красная точка снайперской винтовки.

– Тут точно две правды, а не одна? – ехидно интересуется Моника.

– Точно. Но первая голосует Сьюзан, – киваю на одноклассницу, сидящую перед ней.

– Сёрфинг – ложь.

– Поддерживаю, – говорит Круз. – Только одна доска для сёрфинга стоит, как сто пар её школьных туфель.

Её. Говорит так, словно меня тут и нет.

В номере становится тихо. Все угрожающе взирают на эту красивую брюнетку с гнилой душонкой. С чего бы им за меня заступаться?

– Моника, – цедит Брайан предупреждающим тоном.

– Что я такого сказала? Всего лишь правду.

– Правда в том, что она как раз занимается сёрфингом, – отвечает он ей.

Моя бровь приподнимается от удивления, но молчу. Интересно, с чего он это взял? Я никогда и никому не говорила о своём тайном хобби.

– Аргументы? – вставляет наш аниматор Том.

– Загар, – Брайан смотрит в мои глаза, слегка прищурившись. – На её бёдрах слабая полоска от гидрошорт. Типично для сёрферов.

Непроизвольно оттягиваю ткань своих пижамных шортиков вниз, чем, собственно, и выдаю себя. Как он смог что-то рассмотреть в полутёмной комнате?

– И что же тогда ложь? – парирую я, пока не подтверждая его домыслы.

– Кофе ты варить не умеешь.

– Обоснуй.

Бросив на меня повеселевший взгляд, парень встаёт со своей подушки и подходит к столу, с которого берёт нож. Мне становится трудно дышать, так как понимаю, к чему это всё ведёт: он решил пойти методом исключения. Брайан слегка проводит большим пальцем по лезвию, оценивая степень заточки, а затем поступью хищного зверя приближается ко мне и подаёт руку в молчаливом приглашении. Он хочет проверить, как далеко я готова зайти?

«Уже зашла, Брайан. А вот на что готов ты?» – мысленно задаю этот вопрос, когда вкладываю свою ладонь в его.

– Ты спятил, Кроу? Она же пьяна! – взвизгивает Моника.

Парни одёргивают её, призывая помалкивать, а девчонки в ужасе прикрывают рты ладонями. На моём лице наверняка написана растерянность, но не от того, что мне страшно, а от того, что не ожидала от Кроу такого абсолютного доверия мне. Он не боится, что я промахнусь?

– На какое расстояние мне отойти? – шепчет.

– Вставай к стене, я сама отойду, – шепчу в ответ, задевая губами мочку его уха. Подмечаю, что от него совсем не пахнет пивом. Тоже прикидывался, как и я?

Брайан отходит к стене и, расслабленно убрав руки в карманы штанов, замирает в ожидании моих действий.

– Давайте хотя бы свет включим! – не унимается запаниковавшая Моника.

Сердце неприятно ёкает. Она ведь и вправду к нему неравнодушна… Ребята шустро сдвигаются в кучку, освобождая пространство для метания. Отхожу в другой конец комнаты на расстояние около пяти метров от Брайана, рассчитывая количество оборотов, которое успеет совершить нож. В его взгляде плещется нескрываемая уверенность, которая ни с того ни с сего начинает подавлять мою. Что, если рука дрогнет? Что, если что-то пойдёт не так? Одно дело – метиться в мишень, и совсем другое – в живую цель. Нет, не так: в человека, которого боюсь даже ранить, не то, что убить. Он слегка кивает мне с одобрительной улыбкой на лице. Как только встаю в подготовительную стойку, вмешивается О’Доннелл:

– Так, всё. Сандра, мы все поверили. Правда, ребят?

Они дружно поддакивают, наверняка не желая становиться свидетелями убийства. Все они сомневаются в благополучном исходе, кроме одного человека.

– Нет. Пусть кидает, – выносит свой жёсткий приговор Кроу. – Кэсси, давай! – поторапливает меня.

Берусь за прохладное лезвие, располагая пальцы по обе стороны. Смотрю последний раз в его глаза, которые сейчас будто сверкают в отблеске света. Секунда. Глубокий вдох. И на выдохе совершаю резкий выпад, одновременно выбрасывая клинок вперёд. Тишина разрезается глухим ударом ножа, вошедшим в деревянную обшивку аккурат над кончиками волос Брайана.

– Чтоб. Я. Сдох. – Дэн оживает первым.

Все остальные затаили дыхание, готовясь к печальной развязке. Странные люди. Неужели я стала бы так рисковать, не будь у меня подготовки? Специальный метательный нож однажды забыл у нас очередной собутыльник отца, и я стала тренироваться. Сначала по меткам на стене, а потом и по нарисованной мной карикатуре на Шейна. Злость плюс обида – в сумме самый лучший мотиватор, чтобы поднатореть в таком навыке.