Кира Оллис – Эффект домино. Падение (страница 8)
– Это прямо-таки реквием по неудавшейся вечеринке, – бурчит Тодд, махнув в сторону бутылочного перезвона.
Я бы посмеялся над друзьями, если бы не подпорченное настроение. Молча укладываюсь на свою постель, подложив одну руку под голову, а второй начинаю крутить свой смартфон, как спиннер, пытаясь найти выход. Алкоголь – меньшее за что я переживаю, но торчать в номере с четырьмя оболтусами точно не входило в мои планы.
– У меня есть идея.
Четверо соседей по «палате» как по команде выпрямляются, становясь похожими на сурикатов, вставших на задние лапы при виде врага. Картина маслом, ей Богу.
– Только придётся раскошелиться. Тодд, напиши нашим в чате, что мистер Джобс сегодня получит комплимент от гостиничного комплекса: пятичасовой релакс в спа-зоне.
Парни поощрительно улыбаются и воодушевлённо хватают свои гаджеты, чтобы оповестить остальных о сборе и обрадовать тем, что посиделкам быть.
Для детишек, рождённых с серебряной ложкой во рту, вопрос денег никогда не стоял, поэтому уже через сорок минут мы покупаем подарочный сертификат, приплачиваем администратору за анонимность и отправляемся обратно в отель, чтобы заняться приготовлениями.
***
Включив музыкальный плеер, затыкаю уши наушниками, лишь бы не слушать щебетание моих соседок про депиляцию, месячные и у кого, когда и где был первый раз. Возможно, поэтому я так и не обзавелась подругами в «Монтгомери»: мне попросту не о чем с ними разговаривать. Их будущее расписано на десять лет вперёд. Они знают, где продолжат учиться, где будут работать, а некоторые даже в курсе, за кого выйдут замуж. В этом между нами целая пропасть: они – готовые конфетки в красивых фантиках, главная забота которых угодить в дорогую вазу, а я – набор ингредиентов, из которого мне ещё предстоит что-то сотворить. Одно радует, в моём номере хотя бы нет Моники. Её сплетнями я пресытилась и в школе.
Бархатный голос певца немного отвлекает меня от событий сегодняшнего дня. До сих пор в голове не укладывается, насколько чужие люди могут быть иногда ближе родных. У Брайана есть небольшая квартира, доставшаяся по наследству от деда. И теперь в ней будем жить мы с мамой. Конечно, она отпиралась, ведь мы обе оказались в унизительном положении, хотя куда уж ниже…
После того, как Брайан отозвал её в сторону на пару слов, она поменяла своё решение. Не знаю, о чём они говорили, но её виноватый взгляд, обращённый на меня, кричал громче слов. Семнадцатилетний парень сделал то, чего до сих пор не смогла сделать моя родная мать: взял за меня ответственность. Она вихрем пронеслась по дому, покидав наши вещи в две дорожные сумки, и смиренно села в машину.
Не передать словами, как я благодарна Брайану за то, что он не стал устраивать мне допрос несмотря на то, что ему явно не терпелось это сделать. Уверена, такой умный человек, как он, и без моих неловких оправданий смекнул что к чему, а я, в свою очередь, не хочу пачкать его даже каплей той грязи, в которой оказались мы с мамой.
Мои мрачные думы внезапно прерывает Келли, вытащившая наушник из моего уха:
– Сандра, через двадцать минут сбор в номере парней.
– Что ещё за сбор? – бросаю подозрительный взгляд в окно, за которым уже стемнело.
– Ты чего, как маленькая? – смешно поиграв бровями, она щелкает пальцами по горлу – красноречивый жест, приглашающий к попойке.
Оцениваю внешний вид девочек и удивляюсь ещё больше. Все в пижамах, головы замотаны в полотенца, на лицах ни грамма косметики. Удивили так удивили…
– У нас пижамная вечеринка? – нехотя спускаю ноги на пол и тянусь к расчёске, чтобы привести себя в порядок.
– Парни придумали, как отвлечь Цербера почти на пять часов, представляешь? Нам всем нужно сделать вид, что мы готовимся ко сну. Через… – Келли смотрит время в телефоне, – пять минут он к нам заглянет.
– Откуда ты знаешь точное время?
– Он дотошный математик, ты забыла? Давай переодевайся шустрее.
Как ни странно, у меня начинает подниматься настроение от всей этой суеты, напоминающей детский лагерь, в котором я всегда мечтала побывать. Быстро переодеваюсь в шорты и топик, предназначенные для сна, собираю свои длинные волосы в небрежный пучок и забираюсь под одеяло. Только мы выключаем свет, раздаётся стук в дверь. Так и есть, прошло ровно пять минут.
Нэнси приоткрывает дверь, впуская полоску тусклого света из освещаемого коридора, и, чересчур громко зевнув, спрашивает:
– Вы что-то хотели, мистер Джобс?
– Стэффилд, отойди в сторону. Ничего особенного, просто вечерняя перекличка.
Нэнси пропускает мужчину в комнату, включая свет, отчего мы все начинаем со стоном жмуриться. По нам плачет Голливуд.
– Ой, извините, что разбудил, девочки. Не думал, что дневная экскурсия в музей искусств вас настолько умотает. Юноши так вообще уже храпят.
Накрываюсь одеялом и отворачиваюсь к стене, чтобы скрыть своё хихиканье. Кажется, мой вечер обещает быть куда лучше утра.
ГЛАВА 6 Я У ТВОИХ НОГ
Не знаю, как это возможно, но в наш пятиместный номер утрамбовалось почти двадцать человек. Я перестал считать где-то на пятнадцатом крадущемся, как ниндзя, однокласснике. Мы не стали рисковать и включать верхний свет, поэтому из освещения в комнате – только включённые фонари на смартфонах. Пока вынимаем бутылки и закуски из наших закромов, я то и дело поглядываю на дверь, высматривая среди входящих Кассандру. Неужели не придёт?
– Кроу, у тебя шею, случаем, не заклинило? – Дэн пихает меня в плечо, усмехаясь.
– Отвали, – кидаю ему в лоб фисташку, на что он валит меня на пол, и между нами начинается шутливая возня.
О’Доннелл ходит на бокс вместе со мной, поэтому с его спортивной формой он мог бы вырубить меня своим фирменным, чётко поставленным кроссом3 с одного удара, если учесть, что всё моё внимание было сконцентрировано на входной двери, а не на нём. Хохоча, дубасим друг друга по рёбрам, пока я краем глаза не улавливаю движение возле своего лица. Перехватываю кулаки друга и, повернув голову, упираюсь в уже знакомые серые кеды. Как в замедленной съёмке, начинаю поднимать свой взгляд выше, обласкивая им сначала стройные лодыжки, затем спортивные бёдра, пока не достигаю симпатичных розовых шортиков с множеством надписей: «Хватит пялиться». В этот момент Дэн смеётся и слегка хлопает меня по щеке, возвращая из необъяснимого морока на бренную землю:
– Отомри, друг! Ты уже слюной пол намочил.
О’Доннелл слезает с меня, а я продолжаю лежать на полу, как идиот, только сейчас замечая, как вокруг шумно. Все суетятся, раскидывают на полу подушки, чтобы организовать себе комфортные места, и лишь мой собственный мир уменьшается до одного человека, отодвигая всех остальных на задний фон. Всё, что я сейчас вижу – это потрясающую улыбку, предназначенную мне одному. Улыбаюсь в ответ. Я лежу у её ног у всех на виду, а мне настолько плевать, что сам диву даюсь.
Кассандра, задорно улыбаясь, протягивает мне ладонь. Решила помочь страждущему? Обхватываю её ручонку и делаю вид, что не могу встать, перетягивая девушку на себя. Из-за перевеса она падает прямо на меня, да ещё так удачно, что в какой-то момент мы касаемся друг друга кончиками носов. Кэсси слегка отодвигает своё лицо, явно растерявшись от этого секундного контакта. Мы впервые так близко друг к другу, что даже в полумраке я вижу своё отражение в её зрачках. Смотрю в карие глаза, как в зеркало, и начинаю так ясно видеть самого себя, что если у меня и были сомнения по поводу своих чувств, то именно в это мгновение все они развеялись, как пепел по ветру. Это какая-то невообразимая магия. Я не знаю, существует ли такое слово, которое могло бы точно описать то, что занимает все мои мысли на протяжении нескольких недель.
– Я вижу себя в тебе, – едва слышно произносит Кассандра, обдавая мои губы сладким дыханием.
Почему мои собственные размышления, облечённые в звуки, теперь приобретают совсем другой смысл?
Её ладошки вжимаются в мои ключицы, но как мне этого мало… Хочу, чтобы она провела ими по моему лицу или по любому другому участку тела. Это не имеет значения. Хочу ощутить на себе всё то, что и сам мечтаю проделать с ней. Чёрт возьми, откуда взялась такая острая потребность в этой девушке?
– Я хотел сказать то же самое, – отвечаю охрипшим голосом, смещая акцент на её пухлые губы. Мои руки уже обнимают её спину, прижимая вплотную к себе.
– Эй! Мы ходим, как по минному полю, лишь бы ни на кого не наступить, а они разлеглись! – голос недовольной Моники – не то, что я хотел бы сейчас слышать, но она права.
Кассандра встаёт первой, я – следом, на ходу оценивая её прикид. В этой пижаме она выглядит непривычно уютной и домашней, а странная причёска делает её непохожей на рафинированных одноклассниц, не выпускающих зеркал из своих рук. Если с аккуратной косой Кэсси выглядит, как прилежная прихожанка церкви, то с этим хипповым пучком – как сексуальная спортсменка после небольшой разминки. Ловлю её смущённый взгляд из-под опущенных ресниц, и моё эго мигом раздувается до размера этого отеля, ведь его причиной стал я.
– Так, рассаживаемся в круг и слушаем правила! – ораторствует Том Миллиган, тоже мой сосед по комнате. – Свет не включать, петь нельзя, пить можно. Джобс уже отдыхает в джакузи. Будильник заведён, поэтому по моему сигналу все расходимся по своим номерам. Того, кто ослушается и подставит всю команду, ждёт очень жёсткий штраф.