Кира Лихт – Золото и тень (страница 32)

– Все ясно, – сказала она и плюхнула в приготовленные тарелки спагетти.

– Я не голодна, – пробубнила Джиджи.

При виде манипуляций поварихи у меня тоже пропал аппетит.

– Лучше заткнись, – покачала головой Джемма, но ее ласковая улыбка не сочеталась с резкими словами. Она протянула деньги сварливой Мелисанде. Джиджи тем временем гипнотизировала взглядом воздух, а я выслеживала Маэля в «Вотсапе».

Джемма усадила нас за маленький столик в дальнем углу столовой. Мы припозднились с обедом, поэтому в помещении было тихо и безлюдно. Большинство учеников торчали у трибун на спортивной площадке, наслаждаясь последними теплыми деньками. Недовольно рухнув на стул, Джиджи схватилась за телефон – видимо, хотела в сотый раз взглянуть на последний пост Джеймса.

– Покажи, – сказала я и мягко улыбнулась. До чего странно видеть Джиджи такой подавленной! Мне хотелось поддержать ее. Джемма говорила, что Джиджи рассталась со своим бойфрендом еще полгода назад, прямо перед переездом сюда. Но она все еще страдала по нему. Я с любопытством посмотрела на экран телефона.

Снимок из отпуска в Греции, сделанный в пляжном кафе. Джеймса я узнала сразу – однажды Джиджи показала мне его фотографию, которую бережно хранила в кошельке. Джеймс – настоящий красавчик, ничего не скажешь. Светлые волосы, симпатичное лицо, спортивное тело… Но, присмотревшись к его друзьям, я с подозрением прищурилась. Двое на заднем плане держались за руки и посылали в камеру воздушные поцелуи. Третий стоял за Джеймсом, показывая знак победы и прижимая указательный палец к пухлым губам.

Вдобавок ко всему некий Томас оставил под снимком комментарий: «Вы такие милые!» и добавил к нему сердечки.

Интересные дела…

– Это он? – на всякий случай спросила я, чтобы убедиться наверняка.

Джиджи кивнула.

– А где вы познакомились?

– В кружке по плетению макраме.

– Вы познакомились в кружке по плетению макраме? – переспросила я. Интересно, а Джеймс вообще интересуется девочками? Взгляд Джеммы все мне сказал.

Джиджи тихо фыркнула:

– Какая теперь разница? – Она схватила телефон, склонилась над сумкой и вытащила небольшую косметичку. – Я в уборную.

Стоило Джиджи отойти за пределы слышимости, как я вопросительно посмотрела на Джемму.

– Знаю, о чем ты думаешь, – отозвалась та. – Все так думают.

– Но… Как сочетается рассказ Джиджи с этим фото?

– Джеймс расстался с ней более полугода назад. Видимо, понял, что девушки его не интересуют. Думаю, он боялся, что причинит Джиджи боль, если расскажет про свой каминг-аут. Он был ее первым парнем, она очень его любила.

– Бедняжка… Мне так ее жаль… – Я тяжело вздохнула. Прекрасно понимаю, что чувствует Джиджи! В конце концов, я тоже обманываю себя, не желая взглянуть правде в глаза и признать: Маэль познакомился со мной не потому, что я ему понравилась, а потому, что хотел втянуть меня в свои махинации.

– А как у тебя дела? – спросила Джемма, словно прочитав мои мысли. – Как держишься?

Хороший вопрос. После встречи с Маэлем я почти всю ночь просидела в интернете, пытаясь подтвердить его рассказ. В понедельник я спала на ходу, и весь день прошел как в тумане. Потом мы с девочками сходили в школьную библиотеку, надеясь найти какую-нибудь информацию. Родители удивились, увидев у меня на столе кипы распечатанных статей о богах и титанах, на что я ответила, что пишу реферат по греческой мифологии.

Факты говорили следующее: научный мир считает греческую мифологию исчезнувшей религией, а ее богов и мифологических существ – придуманными персонажами легенд и преданий. Нигде не сказано, как выглядит кровь гекатонхейров и могут ли темные боги превращать цветы в прах, а значит, придется поверить Маэлю на слово.

Царь Мидас и его жена Гермодика действительно существовали. Мидас якобы обладал даром превращать в золото все предметы, к которым прикасался. О людях ничего не говорилось. Его дочь Агада в юном возрасте удалилась служить в храм, и с тех пор никто ее больше не видел. Если я всего за несколько кликов нашла эту информацию в «Википедии», то что говорить о Маэле? Я не смогла отыскать доказательства его истории. Скорее наоборот.

– Придется поверить Маэлю на слово. Не то чтобы у меня был выбор…

– Вообще-то, выбор есть. Ты можешь ему не верить. Возможно, то, что он сделал с цветком, было каким-то фокусом, а в фиале находилась протухшая кока-кола. – Джемма задумчиво забарабанила пальцами по столу. – Что ж, по крайней мере, он больше тебя не преследует.

Джемма была права. Маэль больше не писал – похоже, он решил подождать, пока я дам о себе знать. А может, нашел себе новую, более интересную игрушку. Мне невольно вспомнилась идеальная Мэдди из катакомб, которая даже не скрывала, что Маэль ей нравится. К тому же Маэль часто выходит в сеть, это наводит на определенные подозрения… Я мысленно отвесила себе затрещину. Маэль сказал, что он – сын Аида, бога подземного царства, и что он более трех тысяч лет ищет проклятые кусочки золота, в которые заточили его приемную сестру. А я сижу и волнуюсь о том, нравлюсь ли я ему так же сильно, как он мне! В такие минуты я думаю: «Пожалуй, теория о том, что подростки зачастую не соображают, что творят, возникла не на пустом месте». Я вздохнула и выпрямилась. Во вторник я легла спать, как только вернулась из школы домой, и сегодня, в среду, чувствовала себя достаточно бодро, чтобы пойти на тренировку по волейболу, не боясь навернуться от усталости и получить травму. Отвечая на вопрос Джеммы… Как я держусь? У меня нет права расклеиваться.

– Мне легче принять мысль о том, кто я на самом деле, чем поверить во всю эту историю с Агадой. И как я вообще с ней связана? Бессмыслица какая-то. – В столовой почти никого не было, но я все равно понизила голос: – Маэль – полубог. Сын Аида. Он живет с античных времен. Думаю, тогда в кафе он продемонстрировал лишь малую толику своих сил. А поскольку боги, как мы выяснили, частенько заводят романы с людьми, у Маэля наверняка полно могущественных братьев, сестер и друзей. Я, в свою очередь, совсем недавно заметила, что со мной что-то не так, и только на прошлой неделе выяснила, что я – нимфа. У меня нет никаких сил, единственное, что я могу, – это слышать болтовню цветов. Зачем я ему понадобилась?!

– Не знаю, – отозвалась Джемма, задумчиво склонив голову. – Может, его интересует не твоя прекрасная чистая душа, а твое тело.

Я устало опустила плечи.

– Класс.

– Неужели ты больше ничего не смогла о нем разузнать? – Джемма внимательно посмотрела на меня, словно подозревала, что я что-то скрываю, защищая Маэля.

Я покачала головой:

– Ничего о тайной жизни в роли полубога. У него есть аккаунт в ««Фейсбук»е», и его ««Инстаграм»» завален фотками катафилов. Но это все. Информация об Аиде, его отце, не вызывает к Маэлю особого доверия. Аид славится тем, что создает проблемы, пускается в отчаянные авантюры и устраивает разборки со всеми подряд.

– Кого же мне это напоминает? – пробормотала Джемма. – Видимо, выражение «яблоко от яблони недалеко падает» применимо и к богам.

– Да, похоже, так оно и есть. Но мне от этого не легче. Что делать? Снова встретиться с Маэлем, написав себе шпаргалку? Попросить рассказать все, что он знает о нимфах, и наконец спросить, чего он от меня хочет? – Я ненадолго замолчала. – Он может неправильно интерпретировать этот вопрос… Чего доброго, решит, что я втрескалась в него по уши и что он может делать со мной все, что захочет.

Джемма отмахнулась.

– Ой, да он и так в курсе. Стоит ему включить свое очарование – и ты будешь хихикать и влюбленно улыбаться, как в воскресенье в кафе.

– С такой подругой, как ты, никакие враги не нужны, – пробормотала я, недовольно ковыряя вилкой остывшие спагетти.

Джемма восприняла мои слова спокойно.

– Думаю, тебе нужно сменить обстановку. Забудь ненадолго про всю эту неразбериху с богами и нимфами! Не представляю, каково тебе… У меня уже голова кругом! Возможно, самое время сделать перерыв и отдохнуть вечерок от расследования.

– Предлагаешь нам сходить в кино?

Джемма широко улыбнулась:

– Нет, кое-что получше!

– Что получше? – спросила Джиджи, вернувшись к нам. – Мне нравится это слово. «Получше» звучит как… лучше лучшего! – Она захихикала, как сумасшедшая, который смеется над собственной шуткой.

Мы с Джеммой переглянулись. Джиджи выглядела так, словно плакала: опухшие покрасневшие глаза, слипшиеся ресницы, подтеки туши…

– Ты в порядке? – торопливо спросила я. – Мы можем тебе как-то помочь? Может, ты хочешь поговорить?

Джиджи энергично замотала головой:

– Просто скажите, о каком «получше» шла речь.

Джемма взяла в руки телефон и сказала:

– Я тут решила поучаствовать в лотерее…

– ТЫ?!

Обычно Джемма такая рациональная… Участие в лотерее совсем не вписывается в ее характер.

– Да. Мне было скучно, – сказала Джемма, прилипая глазами к экрану телефона. – Вот, смотрите, что я выиграла. – Она сунула телефон нам с Джиджи под нос. – Приглашение на презентацию новой серии косметики от Адель П.! Презентация состоится сегодня в восемнадцать часов в магазине «Сефора» на Елисейских Полях. Я могу привести с собой двух человек. – Глаза Джеммы загорелись. – Будут закуски и подарочные наборы, а еще Адель и ее команда сделают нам макияж!

Джемма открылась для меня с совершенно новой стороны. Я и подумать не могла, что она увлекается косметикой! Никогда не замечала на ней тонны макияжа, и прежде мы ни разу не обсуждали всякие там консилеры и румяна. Каждый раз, когда я звоню Джемме, та либо занимается в спортзале, либо играет в волейбол, либо тренируется со школьной баскетбольной командой. Сидящая рядом Джиджи выглядела не менее удивленной. Конечно, мы обе знаем, кто такая Адель П. Ее считают легендой косметического мира. Мало того, что Адель создала один из крупнейших в мире интернет-магазинов косметики и успешно закрепилась на рынке. Она – желанный гость любого ток-шоу и оказывает поддержку девушкам и женщинам по всему миру.