Кира Леви – По воле короля (страница 36)

Лиссандра опустила ресницы, пряча глаза. Острое чувство ревности кольнуло в груди. Теперь, когда Эрик за месяц пути из незнакомца превратился в супруга, Лиссандра уже не могла так легко пойти на то, чтобы делить его с кем-либо. Баронессу было жалко, но не Лисса виновата в том, что оказалась законной супругой герцога. За неё сделали этот выбор.

Эрик легко спрыгнул с коня и снял Лиссандру, удерживая за талию, которую мог запросто охватить своими двумя большими ладонями. Только во взгляде мужчины подобной лёгкости не было. Он отводил глаза от Клотильды, подрагивая желваками от напряжения.

Лиссандра сдавленно выдохнула и медленно вдохнула, успокаивая внутренние страхи и никому не нужную жалость.

«Это просто нужно пережить, — вела она сама с собой мысленный разговор. — Даже если всё пойдет не так — это не смертельно. Всё суета, и только нить жизни имеет первостепенную ценность!» — она повторяла заповеди служителей Ордена Прядильщиц одну за другой, лишь бы разогнать сгущающееся напряжение.

Расторопный мальчишка-конюший быстро увёл жеребца, оставляя герцогиню без прикрытия. Лиссандра гордо подняла подбородок и до хруста в позвоночнике выпрямилась.

«Пусть смотрят! Пусть видят! Пусть знают!» — стучало в висках.

— Приветствуем вас дома, милорд Гренстон!

Вперёд шагнул мужчина с ключами. Коренастый шатен имел тяжёлый волчий взгляд. На подбородке была овальная ямочка, делившая его словно на две части. Длинные волосы были заплетены в косу с вплетённым оберегом — кожаными ленточками с чёрными и красными бусинами. На широких плечах натягивалась ткань при движениях так, что, казалось, вот-вот треснет.

— Лорд Бейли! Я рад оказаться дома, — по возможности спокойно ответил герцог и перевёл тяжелый взгляд на Лиссандру. Месяц пути сблизил его в навязанной женой, но сейчас он бы желал, чтобы её и вовсе не было. Чтобы не испытывать это ломающее нутро чувство предательства той, кого называл своей любимой почти три года. Но выбора ему король Вульфрик не предоставил. — Я хочу представить вам свою супругу, — он взял её за руку, ведя к ступеням замка. — Герцогиня Лиссандра Гренстон, в девичестве принцесса Наурийская. Новая хозяйка Стоунберга. За сим объявляю: её воля в делах имеет такую же силу, как и моя! Вы все свидетели моего слова! — традиционными словами завершил он свою речь.

Сразу же Эрик подхватил свою супругу на руки и развернулся ко входу в замок, чтобы внести Лиссандру в дом. Но произошла заминка. Массивные двери остались закрыты перед хозяевами. Никто не поторопился открыть их во время речи герцога.

Глава 24. Дом… совсем не милый дом

— Капитан Фламбери, — зло рыкнул Эрик. Хотя сама злость была направлена не на друга, а на ситуацию в целом. Герцог был взбешён. Закрытые двери перед хозяином — это дурной знак. Эрик был готов вынести двери с пинка, но дело в том, что они также служили защитным барьером в случае, если бы неприятель подобрался так близко. Двери открывались наружу, и были так тяжелы и массивны, что ручным тараном их было не снести.

Артур пришёл на помощь милорду и миледи сразу же. Возник рядом словно из-под земли. Направленным воздушным потоком открыл дверь перед супружеской четой герцогов и сам шаг в шаг последовал за ними, прикрывая спину милорда.

Эрик переступил порог родного дома, сразу оказываясь в прохладном темноватом помещении. У дверей возле лебёдки, открывающей двери, слышалась возня, всхлипы и ругань.

— Разберись, — сквозь зубы процедил герцог, отдавая распоряжение капитану, и тот стремительно шагнул к подъёмному механизму, прихватывая двух мальчишек-подростков за уши так, что те заскулили, как щенки.

— Верёвка... верёвка перетёрлась. Противовес упал. Чуть Тому ногу не раздавил! — сквозь скулёж доносились плаксивые фразы мальчишек. 

— Паршивцы! — Артур отшвырнул служек к стене и приказал заткнуться. Сам он принялся осматривать оборванную верёвку на лебёдке. Края растрепались и нити верёвки раскрутились. Что это: преступная халатность или диверсия? С этим стоило разобраться. Оставлять без внимания и то, и другое было опасно. 

Лиссандра снизу вверх смотрела на супруга, притихнув в его объятиях. Таким Эрика она не видела никогда. Этот мужчина пугал. Блеск стальных глаз мог заморозить. Герцог крепко прижимал живую ношу к твёрдому телу, словно держался за девушку, чтобы не сорваться. Он прошёл в просторный зал, в котором оказалось светло и стояли отставленные к стенам сервированные к приезду герцога столы. Оставалось только подать горячие кушанья на то время, которое укажет хозяин. У дальней от входа стены стояло большое дубовое герцогское кресло с высокой спинкой и вырезанным на нём гербом. Большой стяг был пришпилен на стену. Красный дракон зловеще смотрел на людей в замке, отчего Лисси ещё крепче прижалась к супругу в поиске защиты и поддержки, в которой он ей пока не отказывал.  

По приглушённым шепоткам, шороху одежды и позвякиванию мечей Лиссандра слышала, что подданные заходят за ними.

Атмосфера в зале стояла напряжённая. 

Герцог Гренстон стремительно пересёк зал и бережно усадил Лиссандру на своё кресло. Сам он опустился на одно колено и, взяв узкую кисть с тонкими длинными пальчиками супруги, поцеловал её.

— Вот вы и дома, миледи! — громко объявил он, всё ещё задержавшись у ног герцогини.

Лиссандра совсем не ожидала от супруга такого её признания в Стоунберге. Показать одним жестом подданным, живущим в замке, и слугам, что она имеет значение для супруга — это было большим, чем герцогиня могла рассчитывать.

Герцог резко поднялся и обвёл тяжёлым взглядом притихшую толпу.

— Теперь в Стоунберге есть хозяйка. Самое время принести моей супруге вассальную клятву.

Лиссандра вздрогнула от этих слов. Вот так, прямо с дороги? Когда она вся пропахла лошадиным потом и пылью? В дорожном платье? Приказ супруга удивил и в то же время насторожил. Да, безусловно, здесь были не все вассалы, и ей ещё предстоит принимать клятву у лордов, которые живут во владениях Гренстонов, но такая поспешность удивляла.

— Лорд Рочер, приступайте, — герцог встал по левую руку от Лиссандры. Артур остановился справа в шаге от герцогского кресла.

Будущий вассал лорд Рочер, рыцарь ордена Трилистника, был уже знаком Лиссандре. Пожилой мужчина был торжественно серьёзен, когда снял со своего пояса оружие и отдал его капитану. Согласно правилам, клятва верности приносилась с непокрытой головой и безоружным. Лорд Рочер тяжело опустился перед герцогиней Гренстон на левое колено, чуть нахмурившись от прострелившей боли из-за застарелой травмы, и вложил свои руки в руки Лиссандры.

— С этого дня я становлюсь вашим человеком, миледи, наравне с герцогом Гренстоном Беспощадным, — объявил он так громко, что его голос отразился от высокого свода зала.

— Я принимаю вашу клятву, лорд Рочер.

Лиссандра пожала его руки, с трудом удержавшись, чтобы не использовать прилюдно целительскую магию. Она через прикосновение почувствовала боль рыцаря и сделала для себя мысленную пометку обязательно разыскать его позже, возможно, завтра.

Для завершения клятвы герцогиня подняла мужчину с колена и передала ему его меч в ножнах, который до этого держал капитан Фламбери.

— Возьмите этот меч, как символ веры в вашу верность нашему герцогству.

За ним потянулись другие рыцари и лорды, оказавшиеся на момент прибытия герцога Гренстона в Стоунберге. Вассальную клятву приносили только мужчины. А женщины приносили только в том случае, если супруг происходил из королевского рода, как герцог Гренстон.

К концу церемонии Лиссандра и расслабилась, выполняя однотипные действия, и устала.

В этот раз ей принесли клятву человек тридцать. Треть из них она знала, с остальными ещё предстояло познакомиться.

Клятву принесли и Артур Фламбери, и командир замкового гарнизона — капитан Норинг.

Последним в этой очереди оказался лорд Бейли — безземельный барон, унаследовавший свой титул от погибшего в пожаре старшего брата. Об этом шепнула Стефа, когда герцог Гренстон дал Лиссе короткую передышку, чтобы выпить воды (справить нужду).

Пока мужчины приносили клятву, женщины тоже присутствовали в зале и уходили по мере того, как освобождались их мужья, отцы или старшие братья.

Клотильда Бейли тоже присутствовала до последнего.

Лорд Бейли принёс клятву, как и другие. Ни словом, ни жестом не выказывая неприятия. Но Лиссандра чувствовала тяжёлую ауру мужчины, когда их руки соприкоснулись. Реакция барона была понятной и прогнозируемой. Родная кровь дороже пришлой герцогини.

Когда церемония была окончена, герцог Гренстон подхватил супругу за локоть и подозвал своего личного слугу.

— Миледи, прошу следовать за Роджером, он покажет ваши покои. Как только вы отдохнёте с дороги, жду вас в своём кабинете. Мой слуга пока останется при вас, чтобы показать вашим слугам расположение в замке.

— Мои люди…

— С ними будем разбираться позже. Жду вас.

Лиссандра покидала зал, стараясь не оглядываться, но на выходе не выдержала и посмотрела. Герцог стоял, заложив руки за спину. Рядом с ним остался лорд Бейли, и к ним плавно подходила леди Бейли, в движении опускаясь в глубокий реверанс и низко склоняя голову. 

— Миледи, нам сюда, — позвал Роджер, отвлекая герцогиню от сцены в зале. Стефа суетливо подхватила юбки и заговорила, привлекая внимание Лиссы и заставляя концентрироваться на чём-то другом, а не на мыслях о том, что за разговор сейчас происходит между супругом и его любовницей.