Кира Леви – По воле короля (страница 35)
Воины вокруг Лиссандры радовались возвращению домой, а она натянуто улыбалась в ответ, не в силах разделить с ними радость. Ничего, кроме настороженного опасения, Лиссандра не чувствовала. И самый тревожащий вопрос касался супруга — как он её введёт в свой дом.
Герцогиня придержала Карамельку, позволяя другим обогнать себя. Где-то впереди был её супруг, но она не хотела заранее показываться ему на глаза. Лиссандре под конец дороги после всей той близости с мужем, что случилась за месяц пути, вдруг стало важно, как себя поведёт герцог Гренстон. Важно не как для будущей хозяйки Стоунберга, а лично для себя, просто женщины, желающей получить от супружеской жизни больше, чем титул и достаток. Призрачное слово «счастье» всё время ускользало из её жизни. Неужели и на этом отрезке нити жизни она будет вынуждена постоянно бороться за себя? Одна?
Карамелька под ней тонко заржала, переминаясь на тонких грациозных ногах, и нетерпеливо дёрнула головой. Мол, идём уже…
Лиссандра всё же нашла взглядом герцога. Он ехал в первом ряду колонны. Чёрный затылок подпрыгивал в такт движения его лошади. Девушка тронула поводья, разрешая Карамельке побежать чуть быстрее вперёд, ближе к герцогу Гренстону, но так, чтобы не навязывать своё присутствие супругу.
В метрах пятистах от замка горнисты, сопровождавшие войско, проиграли сигнал, оповещая о возвращении хозяина. Было видно, как на замковой стене увеличивается количество стражников. Хотя лиц ещё не было видно, но было понятно, что люди спешат увидеть герцога Гренстона Беспощадного и его непобедимое войско.
Подвесной мост был опущен. И массивные деревянные двери, окованные для прочности железом с острыми ощетинившимися шипами, пришли в движение, открывая проход во внутренний просторный двор.
Герцог первым ворвался в свой замок. И один из горнистов повторно проиграл сигнал возвращения. Конные рыцари въехали вслед за своим предводителем, Лиссандра — с первыми рядами этого отряда, с жадностью осматриваясь по сторонам.
Они оказались в узкой части между наружной и внутренней каменными стенами. Всадники свернули налево, направляясь к конюшням. А прибывающие пешие воины сворачивали сразу направо, чтобы расположиться на постой в казармах. Те, кто имел свой дом на призамковой территории, въезжали через ворота внутренней крепостной стены, расположенные в метрах двадцати справа от основных ворот наружного периметра. Такое расположение входов позволяло в случае нападения и прорыва внешнего периметра задержать неприятеля во внутреннем кольце.
Пока Лиссандра придерживала свою кобылку у стены, ожидая какого-либо сигнала от супруга, к герцогу подбежал воин. Это оказался командир замкового гарнизона. Гренстон и капитан Фламбери спешились. Командир быстро доложил обстановку. Судя по выражению лица Эрика, он остался доволен докладом. Отдал распоряжения насчёт вернувшихся воинов и наказал найти его позже, когда весь обоз окажется в замке.
Повозка Лиссандры заехала первой. Возничий ловко управлялся с четвёркой лошадей, но, въехав внутрь периметра, притормозил, не зная, куда ему сворачивать. Из-за чего случился небольшой затор.
— Через центральные двери, — отдал распоряжение герцог, махнув рукой в сторону той ближайшей двери справа. Из окна повозки высунулась голова Стефы, обеспокоенно оглядывающей пространство в поиске своей госпожи. Женщина наткнулась на лихорадочно поблескивающий взгляд изумрудных глаз Лисси и закусила губу, понимая, насколько девушке сейчас непросто. Такой ответственный момент!
«Единый, помоги миледи Лиссандре!» — от всей души пожелала кормилица, прячась в повозке.
Стефа подхватилась со своего места и быстро забежала в грузовую часть повозки. Порывшись в одном из сундуков, она достала толстую красную свечу. Налила в плоскую плошку воды и зашептала один из быстрых наговоров, привлекающих удачу. Для закрепления результата взяла с расчёски рыжий волосок и спалила над огнём свечи, а растаявший воск, собравшийся лужицей вокруг фитиля, вылила в воду. Быстро остывший в холодной воде воск приобрёл форму перевёрнутого замка, башней упирающегося в дно плошки.
Разглядывая восковую фигуру, Стефа прищурила один глаз и наконец-то хмыкнула.
— Перевернёт дом вверх дном? На миледи Лиссандру это похоже! Ну ничего, а мы поможем госпоже, лишь бы она была счастлива. Наша принцесса заслуживает этого!
Восковую фигурку она спрятала в своих вещах. А воду позже выплеснула в открытое окно под ноги Карамельке, когда хозяйка вслед за повозкой отправилась во внутренний двор замка. Рядом с Лиссандрой ехал герцог Гренстон, опережая супругу на голову лошади.
Стоило им проехать замковые ворота, как Эрик обернулся к супруге, перехватывая повод лошади и останавливая животных.
— Миледи, идите ко мне, — позвал Лиссандру и, не дожидаясь согласия, перехватил её за талию и перетянул на своего жеребца, усаживая боком впереди себя. Сильной рукой супруг обвил герцогиню за талию, прижимая к своей груди. — Вот мы и дома, — шепнул Лиссандре на ухо, щекоча своим дыханием.
Обычно уверенная в себе девушка сейчас выглядела испуганным воробушком. Её ладонь накрыла руку Эрика, крепче прижимая её к себе, словно герцогиня боялась, что супруг упустит её. Такая Лисси была ему незнакома. Эрик ободряюще улыбнулся жене и тронул повод своего коня.
— Колин, забери лошадь миледи, — крикнул он мальчишке, крутившемуся на козлах повозки, а сам направился по центральной улице в сторону замка.
Стоунберг был не только замком. За периметром заборов находился небольшой город. А сам замок располагался в глубине на склоне горы. Он словно рос из горы, устремляясь вверх к небу самой высокой башней.
Горожане, населяющие город, вывалили на улицы, радостно встречая хозяина и его супругу. Весть о том, что герцог Гренстон везёт из похода супругу уже облетела каждый дом. Женщины, дети, старики — все вышли поглазеть на новую хозяйку Стоунберга.
Сплетни не смолкали с тех пор, как эта весть, словно лесной пожар в жаркую погоду, разнеслась по домам стоунбергцев. В каждом доме судачили о супруге герцога: будет ли она наводить свои порядки или закроется в замке и будет только там хозяйкой?
Народ боялся возможных перемен, хотел, чтобы уже привычный уклад не менялся. Ещё и управляющий, барон Бейли, подлил масла в огонь, когда на сходе старшин и городских мастеров рассказал, что герцогиню дома терпеть не могли, даже прозвище дали — Чудовище, а это о многом говорит! Герцог Гренстон вынужден терпеть её только из-за того, что король обязал на ней жениться. При этом управляющий потрясал помятым письмом перед лицами людей. Хотя единицы из них могли подтвердить, написано об этом в том послании или нет.
Барон мрачно обводил взглядом присутствующих на том сходе и рассказывал о том, что герцог Гренстон месяц терпел капризы молодой супруги. Намучился с ней. А под конец дороги так она вообще повелела оставить часть войска в лагере и не пускать домой честных воинов, истомившихся по родным и близким!
После этого половина города боялась новую хозяйку, а вторая уже ненавидела.
Лиссандра приветливо улыбалась, рассматривая людей вдоль дороги. Большинство женщин держали в руках яркие ленты и приветственно махали ими.
— Да здравствует герцог Гренстон! С возвращением!
Герцогиня не могла удержаться, чтобы не крутить головой. Ей всё было интересно. Город, по мнению Лиссандры, выглядел бедным и грязным. Учитывая, что герцога ждали и были предупреждены заранее, жители привели по максимуму всё в порядок, но это не слишком спасало. В отличие от её родового замка, выложенного из белого камня и мрамора, здесь использовали чёрный камень. Это было резонно. Ведь в холодном климате любой вариант удерживания тепла оправдан, а чёрный камень греется от солнца лучше белого. Но эстетически всё выглядело мрачным, как закопченный камин без огня.
Радостные выкрики сопровождали их до ворот самого замка. Герса между квадратными башнями была поднята вверх, а двери приветливо распахнуты. Пройдя под каменным стрельчатым сводом, супруги оказались во внутреннем дворе замка.
Каменный плац был заполнен слугами, выстроившимися в две шеренги по левую сторону. Справа стояли семьи рыцарей, которые постоянно или временно непосредственно жили в замке Стоунберг. Таких было с десяток. Всех их Лиссандра уже знала в лицо и по именам. И сейчас они вместе со своими родными приветствовали хозяина. Чьи-то семьи стояли без воинов, но если не было на женщине вдовьего наряда, то, вероятнее всего, рыцарь остался в полевом госпитале.
На широких ступенях перед массивными дверями входа в сам замок обособленно стояли несколько человек. Двое мужчин и молодая красивая женщина — блондинка, которая держалась пожилого мужчины в светском наряде. На поясе у того висела внушительная связка ключей. Второй мужчина явно был служителем храма Единого. Лиссандра впервые видела такого молодого храмовника.
Лисса не нуждалась в том, чтобы ей представляли стоящих перед ней. По многочисленным рассказам Колина она узнала управляющего — лорда Бейли и его племянницу, любовницу собственного супруга — Клотильду Бейли. Девушка действительно была того же типажа, что и её сестра Альгия. Привлекательная лицом, тонкая в кости, с наивным взглядом огромных синих глаз, который был направлен на герцога Гренстона. Пухленькие губы кривились так, что было понятно, что девушка вот-вот заплачет.