Кира Легран – Шанс для злодейки (страница 24)

Дворец гудел, как потревоженный улей. Штат дознавателей экстренно расширяли, в допросных уже не хватало места, чтобы держать там подозреваемых. Партия принца нервничала, осознав хрупкость своего положения — если королева вцепится в этот вкуснейший повод и начнёт разбирательство, кто его знает, чем всё закончится.

Меня беспокоил мессир. Он практически перестал улыбаться, всё время был занят, и неожиданно стало понятно, как же сильно мне не хватает его общества. Я успела привыкнуть к тому, что его фигура — неотъемлемая часть моего мира, и теперь чувствовала себя неуютно, как оставшийся без рулевого корабль в бушующем море. Роскошь побыть собой трудно переоценить, но ещё мне просто нравилось говорить с ним без опасения сделать что-то не так.

Смешно думать такое о человеке, который держит тебя на прицеле.

— Она медлит, — сказал лорд Вальде одним особо напряжённым вечером. Сегодня листовки впервые появились во дворце, небрежно обронённые на лестницах и засунутые за рамы портретов. — Ждёт реакции короля, вероятно.

— Он ещё способен на что-то реагировать? — вполне искренне удивилась я. — А выглядит так, как будто давно мёртв внутри.

— И мертвеца можно расшевелить, если знать, куда нажимать. Его отец, дофин, был известен своими любовными похождениями и превратил один из летних домиков недалеко от столицы в настоящий бордель. А наш король, в ту пору впечатлительный юнец, питал отвращение к такому образу жизни. Для монаршей особы он аскетичен как монах — всего одна фаворитка за долгие годы правления. И может статься, если бы королева Лавена не сошла в могилу, не появилось бы и этой. Намёк на то, что возлюбленная супруга не была верна может разозлить его как следует.

Я так и подскочила:

— Он может отказаться от Эдельгара?

Маг с сомнением поболтал пальцами в воздухе:

— Не-е-ет, не думаю, — протянул он. — Отдалить от себя принца будет равно признанию в том, что слухи правдивы. А король на это не пойдёт. Напротив, я ожидаю, что он приблизит его ещё больше. Смотрите все, кто сомневался! Плоть от плоти, кровь от крови, наследник и продолжение. Принц Эдельгар его щит от клеветы, как ни парадоксально.

Я свела кончики пальцев, разглядывая шов на перчатке. Шёлковая нить местами протёрлась, скоро придётся выбросить.

Одуревший от напряжения мозг расслабился, и меня вдруг озарило:

— Не королева стоит за листовками. Ей ведь совсем не выгоден такой расклад.

— Либо она играет вдолгую. Воля короля ничего не будет стоить после его смерти, а вот сверкающий ореол вокруг идеального принца несколько померкнет. Народ его обожает, вы знали? А королеву недолюбливает. Преимущественно за желчный вид и тёмные одежды. — Мессир откинулся в кресле и помассировал переносицу. — Как же легко попасть у них в опалу. Но мне нравится ход ваших мыслей, — добавил он с одобрением. Чёрные глаза загадочно блеснули: — В банке с пауками опасность может грозить с любой из сторон.

Вскоре мне представился шанс убедиться в правоте его слов лично.

***

Появление листовок во дворце ознаменовало новый этап расследования. Сперва перетряхнули вещи слуг и гвардейцев, а не найдя ничего интересного, перешли к знати.

Мессир был уверен, что источник во дворце. Сэр Броуз — что это кто-то со стороны, возможно, из опальной знати. Я не отрицала ни одну из версий, а принц только разводил руками. Единственный человек, которого он мог заподозрить в подобного рода грязных приёмчиках, это мачеха.

— Немыслимо, — шептались по углам престарелые матроны, которых выставили за двери покоев, не дав даже напудрить дряблые щёчки, — это просто оскорбительно!

С обыском являлись внезапно, как снег на голову. Никто не знал, кто будет следующим. Те, кого уже обыскали, ждали с живейшим интересом, когда нагрянут к соседям.

Накануне я почти до рассвета танцевала на очередной пирушке, устроенной леди Кемброк, чтобы хоть как-то развеять мрачную атмосферу, поселившуюся во дворце. А едва коснулась головой подушки, как в дверь забарабанили, требуя немедленно открыть.

— Именем короля! — гаркнули в коридоре, а такое чувство, будто прямо у меня в голове.

От головной боли и недосыпа я почти не соображала, что происходит. Позволила Эдне натянуть на меня халат и щурясь от слишком яркого света наблюдала, как подопечные сэра Броуза переворачивают мою комнату вверх дном.

Не лучшее начало дня, но я особенно не переживала. Уж кому-кому, а мне бояться нечего. Разве что обнаружат чашку с персиковыми косточками, которую я сунула под кровать, да так и забыла. Скандал-скандал-огорчение. Я зевнула, прикрываясь широким рукавом. Скорее бы закончили, пойду досыпать… Как раз постель ещё не успеет остыть.

Тем временем в коридор набились зрители. Ко мне подлетела взъерошенная Ханна Эплбри и схватила за руку:

— Как ты?

К ней ещё не приходили. В круглых глазах плескался такой ужас, словно меня уже тащили на казнь, кудряшки с одного бока были примяты.

— Превосходно. — Я снова зевнула. — Но лучше бы им побыстрее закончить, а то засну прямо здесь. Эй, господа! Долго ещё?

Господа в этот момент сворачивали ковёр, по которому мне так нравилось ходить босиком. Не знаю, что они намеревались найти под ним, не иначе тайный ход в Главный Штаб Злодеяний.

— Вы отлично держитесь, — тихонько похвалила леди Кемброк.

Она тоже была здесь и, судя по виду, ещё не ложилась — то же платье, тот же цветник в волосах, уже малость пожухший. За спинами зевак я заметила леди Ригби. Вот же проныра… Стоило ей вчера увидеть, как Эдельгар приглашает меня на первый танец, сразу же лицо скукурузила и удалилась с видом оскорблённой гордости.

Становилось шумно, сонная толпа потихоньку оживлялась. В ожидании вердикта, кто-то послал за слугами, чтобы те доставили стратегический запас кофе и булочек. Одна Ханна вцепилась в меня, как утопающий в соломинку, и дрожала с ног до головы.

— Я их боюсь, — шепнула она, не в силах оторвать взгляд от гвардейцев.

— Ну что ты трясёшься, дурочка, — ответила я и легонько толкнула её плечом. — Они же не будут…

Остаток фразы потонул в шуме. Люди разом загомонили, когда под самым углом свёрнутого ковра обнаружилась твёрдая кожаная папка.

А в ней — несколько листков, изрисованных угольным карандашом.

— Леди Айрис Вилфорт, — без выражения сказал один из гвардейцев, — вы должны пройти с нами.

Глава 38

Меня посетило чувство дежавю. Не так уж много времени утекло с того момента, как дворцовая гвардия вела меня во владения сэра Броуза в первый раз. Тогда с нами был суетливый, но милый Лиммерик. Интересно, где он сейчас? Надеюсь, жабо не отправило его на тот свет.

Мыслями обо всякой чепухе я пыталась сбить тремор, который начался в тот момент, как на всеобщее обозрение была выставлена злосчастная папка. Мне её содержимое рассмотреть не дали, но я не сомневалась, что там — оригинал, с которого и печатали листовки. С черновиками или другими карикатурами, которым ещё предстояло увидеть свет.

Как и в прошлый раз, я не виновна ни в каких злодеяниях. Но тогда и доказательств не было, а сейчас — вот они, под мышкой у бородатого верзилы, что руководил обыском. Понятия не имею, что у него за должность. Главный Доводитель до Инфарктов?

Я обернулась пару раз — Эдна маячила за спинами гвардейцев, белая настолько, что цветом лица соперничала с мраморными статуэтками, в обилии украшающими наш путь. Могла бы встать среди них, никто бы не отличил.

Дыхание то и дело сбивалось, гвардейцы размашисто шагали, не собираясь под меня подстраиваться. Хотелось броситься главнюку в ноги с воплем: «Не моё! Подкинули! Не виноватая я, оно само!», — но я держала себя в руках и понадёжнее куталась в халат, чтобы моё конвоирование не превратилось в демонстрацию ночнушки.

Немного в отдалении, словно шли безо всякой цели, за нами следовали несколько особо любопытных придворных. Что они собираются делать, у двери подслушивать? Либо надеялись, что скандал выйдет таким громким, что ему даже двери не преграда.

В глубине души я была свято уверена, что ничего страшного мне не грозит. Да, сейчас нужно пережить несколько неприятных мгновений, но позже всё образуется.

Мессир не даст упрятать свою протеже за решётку.

Принц доверяет мне.

Всё будет хорошо.

Доводы рассудка ничего не могли сделать с тем животным ужасом, который нервной дрожью пронизывал все клетки тела. Он лез из подкорки, из тёмных глубин человеческой натуры, древний и слепой. Я успокаивала себя, как могла, но всё равно боялась — сказывался опыт смерти на плахе.

Ох, ну зачем я об этом вспомнила…

Строевой шаг гвардейцев звучал как удары молотка, которым заколачивают крышку гроба. Воображение разыгралось настолько, что я почувствовала сырой запах земли.

Стриженные затылки и затянутые в форму спины перекрывали обзор, но сквозь эту человеческую ограду я мельком могла видеть, что впереди. И в момент, когда заметила два самых желанных в эту минуту лица, едва не взвизгнула самым постыдным образом.

Оба они были здесь — и верховный маг, и кронпринц, — беседовали на ходу. Эдельгар с жаром размахивал руками, в то время как мессир сохранял бесстрастный вид.

Но стоило ему увидеть меня, как маска равнодушия треснула.

— Остановитесь, — велел он таким голосом, что должны были остановиться даже сердца присутствующих.