Кира Легран – Шанс для злодейки (страница 15)

Вспомнив о треклятом этикете, я согнулась в низком поклоне, спрятав письмо в отведённой назад руке.

Тёмные глаза королевы равнодушно скользнули по мне. С тем же выражением она могла бы смотреть на запачканную в грязи туфлю или попавшую в бокал мушку — ни малейшего интереса и лёгкая брезгливость.

А ведь я только вчера предотвратила покушение на её пасынка.

— Не тревожьте советника, он занят государственными делами, — только и сказала она, удаляясь.

Тяжёлый бархатный шлейф с шорохом потянулся за ней. Я проводила её взглядом до самого угла и заметила, что как бы королева ни старалась выглядеть стойкой, шаг был нетвёрд.

Не тревожьте советника, значит? Что ж, это не было похоже на приказ, а просьбами можно и пренебречь.

Глава 24

Даже пушечное ядро, что врезается в стену, бьёт слабее взгляда, которым встретил меня отец.

— Почему ты ещё здесь? — спросил он, сводя брови к переносице. — Я велел заложить карету полчаса назад.

Он ожесточённо отпихнул с пути кресло, будто оно виновно в повальной безалаберности служащих.

— Возникли новые обстоятельства, из-за которых отъезд пришлось отложить, — вкрадчиво сказала я, на всякий случай не отходя от двери. Мало ли, что может в меня прилететь. — Один человек пожелал, чтобы моё посещение дворца не закончилось столь скоро.

— Что за глупости? Кто…

— Мессир Вальде, — перебила я.

Скрыть торжество в голосе не удалось.

Отец уставился на меня так, словно у его дочурки вдруг отросла вторая голова и попросила нажарить яиц к завтраку.

Вместо того, чтобы сразу перейти к стадии принятия, он застрял в отрицании, всё больше раздражаясь с каждым словом:

— Мне надоели твои выходки, Айрис. Твой куриный ум даже не осознаёт, насколько смехотворны…

Вместо ответа я подошла и сунула ему под нос письмо.

— Может, слова кронпринца убедят вас больше, папенька? — с невинным видом спросила я. — Или с его умом тоже какие-то проблемы? Думаю, вы узнаёте его подпись.

Бегло просмотрев содержимое листка, он зачем-то поскрёб чернила ногтем.

— Объяснись, — скомандовал он.

Тихий голос прозвучал обманчиво-мирно. Затишье перед бурей, которая может разломать меня в щепки. Судя по стремительно багровевшей шее и бешено бившейся на виске жилке, стоило быть осторожнее.

Потупившись, я сложила ручки и с видом самой простодушной гимназистки в мире промямлила:

— Мессир Вальде сказал, что мой дар стоит развивать. Это всё, что я знаю.

— Да когда ты успела спутаться с этими двумя?! — рявкнул он так, что брякнули стёкла. — И суток не прошло, как ты здесь!..

Смятое в ком письмо ударило меня в лоб. Я дёрнулась, но осталась стоять, пока отец сотрясался от злости.

Он метался по комнате, как впавший в ярость зверь, пока вдруг не застыл у письменного стола. Упираясь в него обеими руками, словно хотел вдавить в пол, он то и дело метал в меня взгляды. С таким подозрением, будто ждал, что сейчас я с хохотом сброшу кожу и окажусь мессиром Вальде собственной персоной.

— А что случилось? — не удержалась я. Игра с огнём раззадоривала. — Неужели это проблема?

— Проблема? — страшно прошипел он, отрываясь от стола. Через миг он уже был рядом, железные пальцы больно стиснули мои щёки. — Змей пытается добраться до меня через дочь, разумеется, это проблема!

Он с силой пихнул меня в дверь и я едва не вывалилась в коридор.

— Заприте её в покоях, — скомандовал он появившимся гвардейцам. — И не выпускайте до особого распоряжения.

— Стойте, где стоите! — рявкнула я.

Здравый смысл говорил, что сейчас нужно изобразить послушание, усыпить бдительность отца видимым подчинением. Но гнев на этого человека соединился со страхом — и взорвался.

Гвардейцы остановились, в нерешительности поглядывая на герцога.

— Почему вы так со мной обращаетесь? — спросила я. Всё тело обратилось напряжённой струной, кулаки сжались. — Что я такого сделала, что пряжка сапог для вас важнее родной дочери? Меня допрашивали вчера, допрашивали! Где были вы в это время, м?

Под моим напором он сделал шаг назад. Дрогнул и отвёл глаза. Но не тот это был человек, чтобы проиграть, пропустив один выпад.

— Ты слишком эмоциональна, Айрис. Укроти свою истерику, — жёстко отрезал он. — И не забывай, с кем говоришь.

— О, я помню, будьте уверены! — с кривой улыбкой хмыкнула я, всё больше распаляясь от его тона. Как он смеет вести себя так, будто ни в чём не виноват и мои претензии смехотворны? — Я говорю с тем, кто и палец о палец не ударит ради моего счастья, но требует, чтобы я ему подчинялась.

— Замолчи немедленно.

— Может, хватит пытаться меня заткнуть и начать говорить самому? Ни один мой вопрос вы не удостоили ответом. Может потому, что ответить нечего? Так где вы были вчера? И что за дела у вас с королевой?

— Довольно. — Он рубанул воздух ладонью, словно окончательно обрывал все связи между нами. — Не думал, что от тебя будет столько проблем. А вы что застыли, болваны? Ведите её в покои и не выпускайте.

Мелкая дрожь сотрясала меня с головы до ног. Предел ярости был горным обрывом, на краю которого не хватает дыхания, чёрной пропастью, из которой уже не выбраться.

И когда рука гвардейца коснулась меня, грянул гром.

Глава 25

Треск оглушил меня на секунду. Запах озона такой резкий, словно сотня гроз прошла за одну секунду, сменился вонью палёной ткани.

Ткани и мяса…

— Никто не смеет касаться меня без разрешения. Ни один из вас, — отчеканила я и стиснула челюсти.

Чувство, что наполняло мою душу, было триумфом возмездия. Чрезмерным для ситуации, чрезмерным даже для Айрис, как будто вся моя жизнь вела к этому моменту — и здесь разворачивалась. Я не знала, откуда оно взялось. Стало ужасно не по себе.

Из-под закрытой двери в прошлое просачивалась тьма.

Гвардеец корчился на полу, баюкая обожжённую руку. Его тихие причитания были единственным звуком, что разбавлял повиснувшее молчание, от боли он забыл про всё, кроме покалеченной кисти.

Ноги отца торчали из-за перевёрнутого кресла. Немного погодя он с опаской высунулся — и уставился на поверженного гвардейца. Лицо, что ещё недавно искажал гнев, окаменело, теряя последние краски.

Я стряхнула оцепенение. Нужно закрепить результат, пока он не опомнился.

— Отныне я сама решаю, куда идти и где оставаться, папенька. Мессир Вальде займётся моим обучением и обо всём позаботится, не переживайте так. Полагаю, мы с вами друг друга поняли. — Я фамильярно потрепала его по щеке и развернулась. — Так, а вы… Боже. А вы поднимайтесь.

— З-з-зачем?.. — клацая зубами, несчастный гвардеец в ужасе пополз подальше от меня. Его напарник держал алебарду наперевес, в любой момент готовый отразить нападение.

Я устыдилась, видя искренний страх в их глазах.

— Куда-куда, к доктору, — пробормотала я, ковыряя ковёр носком туфли. — Или кто тут у вас… Вы же не собираетесь так ходить?

— Н-не пойду, — завыл тот и забился в угол.

Всё равно что упирающегося кота из переноски доставать…

Я прижала руки ко лбу и сделала глубокий вдох. А потом обратилась ко второму гвардейцу:

— Будьте любезны, помогите ему подняться. Вашему другу нужна срочная помощь, чем дольше он тянет, тем хуже могут быть последствия. Я пойду с вами и прослежу, чтобы его вылечили.

Стражник колебался. Все сомнения были написаны на его скуластом лице, но что ещё ему оставалось делать?

Втроём мы оставили распахнутые двери покоев Третьего советника позади. Надеюсь, что безмолвие, поразившее отца, не оставит его хотя бы ближайшие пару дней.

Вспышка магии не прошла бесследно — я еле волокла ставшие пудовыми ноги, руки меленько тряслись, стоило их напрячь и стремительно надвигалась головная боль. Лёгкая тошнота завершала картину.