Кира Лафф – Мне ее нельзя (страница 32)
— У неё в соцсетях более пяти миллионов подписчиц, — с триумфом заявляю.
— И? Меня изобьют отчаянные домохозяйки?
— Нет, — ухмыляюсь, приберегая туз в рукаве. — Они сделают кое-что похуже. Опубликуют про тебя посты в своих соцсетях. Знаешь в чём соль? Подписчицы моей мамы — очень активные женщины. Модели, инфлюенсеры, даже звёзды. Знаешь сколько девушек охватывают их соцсети? Десятки миллионов! Как думаешь, что будет, если все эти кумиры молодого поколения опубликуют твою фотку с пометкой «ОСТОРОЖНО НАСИЛЬНИК»? Правильно, Гера, думай! А пока твой тупой мозг пытается понять масштабы катастрофы, я тебе помогу, — делаю драматическую паузу. — Ты больше никогда и ни с кем не сможешь трахаться!
Кажется, Гере, наконец, удаётся уловить грядущий на его пятую точку звездец.
Он весь краснеет, как спелый помидор. Его глаза дико горят.
— Да я тебя! — ревёт.
— Осторожно, Герыч, — достаю телефон. — Я уже набираю своей маме…
— Стой! — кричит перепугано. — Сейчас я тебе всё принесу. Жди тут!
С этими словами он шарахается от меня как от прокажённой в сторону раздевалок, а я заливаюсь искренним торжествующим смехом.
Вот так, мальчики! Знайте, что некоторых девушек лучше не злить!
Глава 42
Даниил
— Ладно, давай через час? Ты же поедешь на озеро?
— Ага, у нас с Маринкой есть дела. Короче, увидимся, Ольшанский!
Заезжать домой совсем не хочется, но мне нужно переодеться и принять душ после тренировки. Поэтому я нехотя высаживаю Арта возле его новой хаты, а сам направляюсь в ненавистный особняк отца. Мда… отца, которого уже дохрена и больше нет дома! Он, вроде, уехал куда-то, типа в командировку. Но почему-то мне кажется, что батя просто сбежал от доёбистой жены. Вика только с виду секси-кошечка. Прожив с ней под одной крышей полтора месяца я понимаю, что мачеха ещё та стерва. Да и гульнуть она любит. Отец же всегда был чёртовым трезвенником. И как они до сих пор вместе?
Видимо, всё ради Полины. Чтобы не дай боже не нарушить душевное равновесие своей любимой принцессы, отец так и не решился развестись.
Вздыхаю, заходя в дом.
С кухни доносятся чудесные запахи.
Мимо меня проходит одетая в ярко-красное и очень короткое платье Вика. Одаривает высокомерным взглядом и, повышая голос, сообщает дочери:
— Пончик, я к Оле. У нас мероприятие. Вернусь завтра!
— Ага, мам, — кричит из кухни Полина. — Хорошо повеселиться!
— Удачи, — кривлю губы в усмешке.
Бля, к гадалке не ходи, мачеха едет с кем-то ебаться. Она так вырядилась явно не ради какой-то там подруги. Скольжу взглядом по её точёной фигуре. Он неё пахнет чем-то тяжёлым и сладким. Парфюм для секса. Неужели, кроме меня в доме, никто больше не замечает очевидного? Вика — та ещё шлюшка!
— Спасибо, — она кривится, отворачиваясь.
После нашей прошлой стычки она больше ко мне не подкатывала. Внезапно в голову приходит пари, которое мы заключили с Артёмом и Аврориной, но… мне тут же становится как-то брезгливо, и я гоню от себя эти мысли.
Наконец, Вика уходит, громко хлопнув дверью, а я разуваюсь и прохожу на кухню.
Оттуда доносятся такие умопомрачительные запахи, что внезапно я чувствуюю, что, оказывается, очень голоден…
Застываю в дверном проёме и наблюдаю за тем, как упругая попка Поли в крошечных домашних шортиках прыгает возле плиты. Боюсь сделать слишком глубокий вдох, боюсь, что спугну её своим присутствием… Золотистые с красным лучи закатного солнца бьют через стеклянную стену кухни, превращая светлые волосы сестры в малиновое зарево.
— Голодный? — внезапно спрашивает она.
— Ага, — соглашаюсь.
Твою мать… я так долго избегал её, что просто пипец как соскучился. Просто смотреть, как она что-то стряпает у плиты, как помешивает мясо в сковородке… от этого вида реально начинают течь слюни.
— Поможешь? — взволнованно спрашивает Полина. Сегодня она какая-то тихая. Даже странно, особенно если вспомнить прошлый раз, когда она голой в мой душ заявилась. Ловлю себя на мысли, что последнее время совершенно перестал «читать» её реакции. Малышка стала непредсказуемой, и отчего-то мне кажется, будто я постоянно на шаг от неё отстаю.
— Лук порезать? — подхожу ближе, вставая прямо позади неё. Сейчас я так близко к ней, что чувствую сладко-ванильный аромат её волос. Нежный, как и она сама. Её задница в малюсеньких шортиках как раз напротив моего паха. Если Поля сделает шаг назад…
— Ай! — она будто нарочно делает этот грёбаный шаг, и её упругие полушария врезаются прямо в мой член.
На секунду прикрываю глаза от удовольствия, но Поля то ли просто делает вид, то ли реально не замечает.
— Блин, больно!
Зажимает обожжённые палец, оборачиваясь ко мне.
— Дай посмотрю, — ловлю её за запястье и слегка его приподнимаю. Указательные пальчик на её левой руке слегка покраснел.
— Нужно под холодную воду, — шепчет сестра.
— Ага, — прижимаю её палец к губам и ласково целую, водя по нему кончиком языка. — Ммм… ты готовишь томатную пасту?
Усмехаюсь, следя за её реакцией.
Глаза Полины затуманиваются, и на секунду мне кажется, будто она «плывёт». Но уже в следующий момент сестрица вырывает руку и подходит к крану с водой.
— Жаль ты не попробуешь, — она отворачивается, подставляя палец под воду. — Ты же собрался на тусовку? Не успеешь…
— Ага, — вздыхаю. Опять бухать, опять баб клеить… Пипец однообразно. Но других дел на сегодня у меня нет, так что…
— Точно хочешь поехать туда? — её голос странно звенит.
— Ну да, — складываю на груди руки. — А ты что, против?
— Я? Нет, с чего бы? — Полина резко оборачивается, на удивление мило мне улыбаясь. — Вообще, я думала предложить тебе мир. Хватит уже ругаться. Каждый может делать то, что захочет. Идёт? — она подходит к холодильнику и вынимает оттуда два коктейля. Один из них протягивает мне. — Ну что, Дань, выпьем за мир? Я это специально для тебя приготовила. Мой фирменный рецепт.
— Правда? — делаю глоток. Довольно вкусно, хоть и слишком сладко. — Ладно, давай выпьем.
Улыбаясь ещё шире, Полина прищуривается и приподнимает свой бокал, слегка ударяя его о мой.
— За мир!
Мы чокаемся, и я залпом выпиваю апельсиново-манговый фреш.
Глава 43
Даниил
Твою ж мать, как жарко!
Встаю под холодный душ, ощущая, как нещадно горит тело. Какого хрена? На улице плюс пятнадцать. Да и на тренировке я не сказать, чтобы сильно выкладывался. Так, обычные упражнения. Бег, выносливость. Не помню, чтобы когда-либо у меня был такой эффект от футбола!
Мотаю головой, чувствуя, словно груди не хватает кислорода.
Ещё и мысли о Полинкиной заднице преследуют. Стоит закрыть глаза, как её упругая попка в коротких шортиках тут как тут. Маячит передо мной как долбанное наваждение!
Сегодня сестра была на удивление покладистой. Даже обидно. С одной стороны, я был бы не прочь, чтобы она опять ко мне в душ заявилась. Мокренькая, голенькая… Но с другой. Сука, она же моя сестра! Нельзя о неё фантазировать!
Чувствую, как подскакивает стояк. В считанные секунды наливается кровью. Пиздец он каменный. Аж до боли распирает!
Ладно, хрен с ним. В любом случае, я знаю, как с этим справиться.
Выдавливаю на ладонь побольше геля для душа и упрямо представляю голую девчонку. Стараюсь не представлять лицо. Только тело… Обнажённое тело какой-то посторонней малышки.
Обхватываю член в кулак и быстро двигаю по нему. Перед глазами стоят аккуратные розовые сосочки, тонкая талия, круглые бёдра… поднимаю взгляд выше и… твою ж налево! Вижу лицо сестры. Жалобное, возбуждённое… Она закусывает губы и ласкает себя под струями воды.
Пиздец… Меня простреливает мощным спазмом, и член выплёскивает сперму.
Перевожу дыхание. Стояк немного опадает, но привычного облегчения всё равно не наступает. Да что ж такое-то⁈ Не надо было к ней на кухню заходить. Не надо было облизывать её палец… И, вообще, с ней мне ничего «не надо»!
Стискиваю зубы, глядя в зеркало.