Кира Лафф – Мне ее нельзя (страница 31)

Охренеть… ну что за утро? Может, Полина, и правда ведьма?

Иначе почему меня преследует сплошная полоса невезений?

Глава 40

Полина

Последнюю неделю, несмотря на проблемы в семье, настроение у меня боевое.

Если бы не мама с её перманентной депрессией по поводу отца и его внезапной трехнедельной командировки, я бы могла сказать, что моя жизнь налаживается.

Я больше не реву по ночам в подушку, коря себя за преступное влечение. Высыпаюсь отлично, лелея в душе план своей сладкой мести.

После того случая в душевой Даня стал частенько пропадать на ночь. Зато баб больше не водит — как отрезало! Ставлю мысленную галочку в список планов по поводу его перевоспитания.

Если честно, очень хочется отвлечься на учёбу или с подругой куда-нибудь сходить, но в колледже ужасно скучно, а Мила… она теперь устроилась на подработку, поэтому сразу после лекций спешит в свою кафешку.

Поэтому мне волей-неволей остаются только танцы и подлые мысли о мести Дане…

Иногда мне даже кажется, что я реально с ума сошла! Просто свихнулась на почве ревности! Особенно теперь, когда я знаю, что «имею право» испытывать к нему эти чувства, мне особенно горько, что моим крашем стал такой как он!

Неприлично красивый, неприлично порочный… и, вообще, тупой спортсмен!

Будто на зло, судьба постоянно подбрасывает мне встречи с ним! То в столовой, то на физкультуре, то в бассейне… Я теперь не тушуюсь и смотрю на его идеальное тело сколько пожелаю. Вот только эти постоянные девки, что жужжат возле него словно мухи, которым мёдом намазано, ужасно бесят!

А тут ещё я в столовой подслушала, что на том самом «озере» намечается очередная туса. И «красавчик Ольшанский», как назвала его одна из болтающих за столом девчонок, точно будет там.

Потом они принялись обсуждать его достоинства, уделяя особое внимание одному конкретному, и мне хотелось всех их придушить голыми руками! Но, конечно же, сделать этого я не могла, поэтому просто оставила недоеденный салат, сгребла свои вещи в сумку и стремглав вылетела из столовой!

От бессилия хочется выть! Не хочу, чтобы он ехал на эту тусовку! Не хочу!

Размашисто иду по коридору. Сейчас у всех идёт пара, но у меня её отменили, поэтому есть свободных полтора часа.

Выхожу на улицу и медленно бреду куда глаза глядят.

Сегодня ещё довольно тепло, хотя уже начало октября…

«Золотая осень», или как там её окрестил Александр Борисович?

Деревья усыпаны яркими желто-оранжевыми листами, но на газоне футбольного поля до сих пор зелено.

Внезапно останавливаюсь, понимая, что пришла на тренировку футболистов.

Дани среди них нет, видимо, тренируется запасной состав. Зато капитан команды, отвратительный тупой качок Гера тут как тут.

Брезгливо морщусь, замечая на себе его сальный взгляд.

Уже было хочу уйти, но…

Внезапная идея подобно молнии простреливает моё сознание.

Хм… а что, если…

Нет, это уже слишком! Перебор даже для новой мстительной версии меня!

Сердце молотит в груди как бешеное.

Несколько секунд стою в нерешительности, но потом судьба будто решает за меня.

— Привет, Ольшанская! — Гера перелезает через ограждения и подмигивает мне.

— Привет, придурок, — закатываю глаза, но уйти не спешу.

— Ко мне пришла? Соскучилась? — он водит бровями вверх-вниз, делая шаг вперёд.

А у меня от одного его вида к горлу подкатывает тошнота. Отвратительный тип! Вот бы кто-нибудь ему уши намылил! Да так лихо, чтобы он больше никогда даже помыслить не смог принуждать девушек к сексу!

Жаль, что я Ангел мщения совсем другому засранцу, на двоих меня, боюсь, не хватит.

— Ага, безумно соскучилась! — выдавливаю приторную улыбку, — Пошли-ка, поболтаем!

С этими словами я беру обалдевшего Геру за локоть и тащу тупую гору мышц за поворот.

Он лыбится, думая, что сейчас ему что-то обломится. Идиот! Даже не подозревает, что у меня к нему совсем другое дело.

Глава 41

Полина

— Ну что, крошка, — толстые сосиски его пальцев тянутся к пряди моих волос и заправляют её за ухо. — Соскучилась?

Гера противно лыбится, а меня чуть ли не выворачивает. Нет, он не урод. По крайней мере, чисто внешне. Спортивный, широкоплечий, вполне себе мужественный, хоть и не красавчик. Наверное, веди он себя иначе, имел бы популярность у девушек. Но… хватает одного вечера в его компании, чтобы понять, что этот тип на самом деле из себя представляет. Тупое, похабное животное! Вот он кто!

— Руки убрал, — цежу сквозь зубы, отбивая его ладонь с поразительной резкостью. — Значит так, Гера, я говорю, а ты — слушаешь, усёк?

— Ммм, стервочка, — он закатывает глаза в притворном удовольствии. — Люблю кошечек с коготками!

Сцепляю челюсти до скрежета зубов. Господь Всемогущий, дай мне сил и терпения!

— Мне от тебя кое-что нужно, — складываю руки на груди, отступая от него на шаг. — Ты дашь мне это здесь и сейчас, и никому не расскажешь.

Поднимаю брови, вопросительно глядя на Геру, который, кажется, даже немного растерялся.

— Эм… что, прям здесь? — он недоверчиво смотрит на меня. — Может, сходим куда-нибудь сперва, или… можно в раздевалку пойти…

Да твою ж… ААА! Это же надо быть таким тупым!

— Ты придурок? — хмыкаю. — Реально думаешь, я тебе секс предлагаю?

— Ну… э… — он озадаченно чешет затылок, от чего становится похож на гориллу. — А разве нет?

— НЕТ! — выпаливаю. — Я хочу, чтобы ты отдал мне все свои запасы возбудителя!

На этот раз Гера краснеет. Его лицо идёт багровыми пятнами, а на лбу выступает пот.

— С чего ты решила, что у меня такое есть…

— Просто знаю, и всё! — этот разговор уже начинает мне порядком надоедать. — Неси своё «чудо» средство сюда. Живо!

Гера смотрит на меня с непробиваемым упрямством. Сперва открывает рот, чтобы сказать что-то, заламывает руки, а потом:

— Я тебе ничего не дам, сгинь, мелочь! — с этими словами поворачивается ко мне спиной, но я, готовая к такому, кричу ему в спину:

— Если не дашь — пожалеешь!

Гера останавливается, нервно передёргивает плечами. Потом быстро оборачивается и шагает обратно.

— Заявить на меня хочешь? Да ты знаешь, кто мой отец⁈

Его лицо становится мерзко надменным, однако я, к великому удовольствию, замечаю, как нервно дёргается его левое веко.

— Заявить? Ха! — приторно улыбаюсь. — Нет-нет, Гера, это было бы слишком просто! Я не буду на тебя заявлять. Я сделаю кое-что гораздо худшее!

— ЧТО⁈ — он явно теряет терпение, и наступает на меня.

— Я расскажу о твоих выходках своей матери! — ну, тут я, конечно, привираю, но ему-то откуда знать, что у нас с мамой, мягко говоря, напряжённые отношения.

— Что? — он расплывается в улыбке облегчения. — Думаешь, твоя мать может мне чем-то…