Кира Лафф – Два монстра в наследство (страница 3)
Лапушка делает шаг вперёд и, размахиваясь, заряжает мне звонкую пощёчину.
Совсем охренела! Потираю щёку, поднимая на неё дикий взгляд.
— Я больше вам ничего доказывать не намерена! — её глаза так и сверкают от ярости и слёз. — Свою интимную жизнь тоже обсуждать не буду! Разговор окончен!
Она делает шаг вперёд, но я успеваю схватить её за запястье, жёстко фиксируя его в своей ладони.
— Докажи, что девственница? — внезапно мне хочется немного поиграть с этой шлюшкой. Даже если она, и правда, мой член кровью запачкает — это ни о чём не говорит. Зашитых сейчас пруд пруди. — Тогда, так и быть, я накину тебе бабла после того, как суд аннулирует завещание отца…
Крепко сжимаю её руку в своей ладони.
Девчонка дышит глубоко и часто, и её груди поднимаются вверх в такт этим движениям…
Тим подходит сзади и застывает в нескольких сантиметрах от неё. Отбрасывает в сторону гриву волнистых волос и проводит пальцем по взволнованно бьющейся на шее венке. Брат без слов понял мою задумку и решил подыграть.
— Соглашайся, — шепчет Тимур, наклоняясь к её уху. — Это лучше, чем ничего… Тебе понравится скакать на наших членах, лапуля. Если ты, и правда, девственница, мы тебя всему научим…
Вижу, как хищно он усмехается, и сам не могу сдержать полуулыбку. Брат, ведь, в шутку это предлагает? Хотя, надо сказать, мысль о том, как мы накажем потаскушку отца в жёстком тройничке, приятно будоражит кровь…
Девчонка приоткрывает пухлые розовые губки, чтобы сказать что-то, я уверен, дерзкое, но в этот момент раздаётся упрямый стук в дверь, а потом она распахивается, и на пороге появляется Николай Викторович — грёбанный нотариус!
— Мне нужно, чтобы вы поставили свои подписи, — заявляет он, хмуро оглядывая наше «тесное» знакомство.
Разочарованно выдыхаю и отступаю от девчонки.
Следом в кабинет входит наша мать и громко заявляет:
— Никаких подписей мы ставить не будем! Мы уже подготовили иск, чтобы оспорить завещание моего покойного супруга в суде! Вы можете быть свободны!
Нотариус тяжело вздыхает и обращается к застывшей посреди кабинета девчонке:
— А вы что скажете? Хотите поставить подпись?
Она взволнованно смотрит на каждого из присутствующих по очереди, а потом… медленно кивает!
Глава 3
Женщина в широкой шляпе, которая, как я понимаю, является матерью Монстров, хватается за грудь.
— Ты пожалеешь! — шипит она как самая настоящая змея.
Братья Черновские прищуриваются, испепеляя меня взглядом.
Отвечаю им презрением. Эти мажоры ещё не знают, что мы, Лапушкины, так просто не сдаёмся!
— Давайте сюда документы! — сердце бьётся где-то в горле, но я стараюсь не подавать вида.
Сама не знаю, что на меня находит. Эмоции плещутся через край! Руки дрожат, как и всё тело… Наверное, бодаться с такой семейкой не самое мудрое решение, однако… Я не считаю, что такие, как эти Монстры, достойны таких огромных денег! Да и мама их тоже добротой не блещет! С чего я должна просто так отдавать им выигрышный билет в лотерее, который мне подкинула судьба? Я столько добра могу сделать с этими деньгами! Даже голова кругом идёт! А если я просто откажусь от наследства и свешу лапки, то все деньги достанутся этим негодяям?! На что они их потратят? На очередную Бентли и безумные вечеринки с проститутками?! Судя по тому, как похабно они вели себя со мной, эти двое на большее явно не способны! Так что…
Беру протянутую нотариусом ручку и, победно улыбаясь, ставлю размашистую роспись на бумагах. Нотариус просит мой паспорт и записывает данные.
А у меня перед глазами пляшут красные точки… Не могу поверить в то, что сделала это! Теперь, конечно, меня ждёт борьба не на жизнь, а на смерть, но… я уж постараюсь её выиграть! В детстве я увлекалась фехтованием, поэтому привыкла не сдаваться даже перед самым сильным противником! Вот и Монстры меня так просто не испугают!
— Анна, — Николай Викторович говорит мне что-то, но из-за шума в ушах я с трудом разбираю его слова. — Мы можем поговорить с вами наедине?
Мужчина выразительно смотрит на Черновских и те, не говоря ни слова, покидают кабинет. Дмитрий выходит последним и хлопает дверью так, что она чуть ли не срывается с петель!
Мы с Николем Викторовичем многозначительно переглядываемся.
Потом он откашливается и негромко говорит:
— Пока завещание не вступило в законную силу, существует множество факторов, которые могут негативно сказаться при слушании в суде. Вы подписали бумаги, поэтому должны соблюдать все условия, прописанные в завещании, иначе вы дадите шанс своим оппонентам его оспорить.
— Что? Можете объяснить попроще?
— Я говорю о том, что своей подписью вы обязались соблюдать требования покойного. Вам нужно переехать в этот дом и прожить тут шесть месяцев.
— Но… — запоздало хмурю лоб. Кровь бешено стучит в висках. — Ведь Черновские ещё не подписали его, поэтому…
— С точки зрения закона, вы уже обязаны исполнять то, под чем подписались, — вздыхает нотариус. — Поэтому Анна вам нужно переехать в этот дом. Желательно сегодня же.
Господи… голова кругом! Нет, я, конечно, не забыла об этом условии, но почему-то, когда подписывала бумаги, думала вовсе не об этом, а о том, как убрать спесь с наглых рож Монстров!
— По поводу суда, — продолжает мужчина. — Я бы советовал вам нанять хорошего адвоката. Покойный Александр Борисович, конечно, многое предусмотрел, однако, его скоропостижная смерть не дала нам внести последние правки…
— Что? — мои брови поднимаются. — Скоропостижная? Я почему-то думала, что он болел и…
— Нет, Александр Борисович был вполне здоров. Внезапный сердечный приступ. Врачи не смогли ничего сделать… — вздыхает. — Впрочем, вам этим голову забивать ни к чему. У вас теперь других проблем достаточно.
Нервно сглатываю и киваю.
— Скажите, — решаю задать вопрос, который сейчас больше всего мучает меня. — А вы не знаете, почему Черновский старший оставил мне все эти деньги?
— К сожалению нет, — разводит руками мужчина. — Прямо накануне смерти он связался со мной для того, чтобы внести некие правки в завещание. Однако наша встреча так и не состоялась. Он умер…
— Ясно… — вздыхаю.
С нотариусом явно ловить нечего. Он сам не знает, как я или мои родители связаны с этим загадочным Черновским. Но я твёрдо решила, что докопаюсь до истины! Чего бы мне это ни стоило!
Прощаюсь с Николаем Викторовичем, спускаюсь с ним вниз и провожаю его до двери.
Поминки окончены. Почти все разошлись, и теперь в огромном холле особняка проводит уборку клининговая компания.
Бесцельно слоняюсь по просторному первому этажу. Господи! Сколько же тут комнат! Наверное, этот дом убирает целая армия горничных!
Мне навстречу как раз идёт одна из них.
Женщина в форме, на вид ей за пятьдесят…
— Извините, — останавливаю её. — Не подскажете, где тут гостевые спальни?
Женщина замирает как вкопанная и внимательно смотрит на меня. Её глаза на секунду расширяются, а рот слегка приоткрывается… Почему она так на меня реагирует? Будто призрак увидела!
— Кхм-кхм… — откашливается она, потирая рукой горло. Потом, всё же, берёт себя в руки и сбивчиво отвечает, опуская глаза в пол: — Второй этаж, левое крыло, четвёртая дверь…
— Не утруждайся, Рая, — за спиной раздаётся знакомый голос, и я чуть ли не подпрыгиваю на месте. Поспешно оборачиваюсь и вижу прислонившегося плечом к стене Тимура. На его чувственных губах играет усмешка. — Я сам покажу Лапуле её комнату. И, пожалуй, устрою новой владелице экскурсию, — Он одаривает меня гипнотическим взглядом, медленно опускаясь с лица на другие части тела. — Мы должны показать Анечке всё гостеприимство, на которое способна наша
С этими словами Монстр тянет ко мне руку и на удивление мягко берёт за ладонь. Его кожа такая горячая… немного шершавая. От прикосновения по телу разбегаются мурашки.
— Идём, лапуля, — в его глазах плещется адский огонь. — Тебе понравится…
Глава 4
Глаза у Лапули по три копейки. Вытаращила на меня так, будто я — опасная змея, которая в любой момент может укусить.
— Идём, лапуля, — забавляюсь от её реакции. — Тебе понравится моя компания!
Она медленно моргает, а я киваю, стоящей за её спиной Рае, чтобы ушла. Экскурсию для девчонки я возьму в свои руки. И не только её. Надеюсь, мне перепадёт и что-нибудь более осязаемое.
Теперь, когда первый шок от оглашения отцовского завещания прошёл, мне становится даже забавно. Объективно весёлого мало. Отец завещал состояние какой-то шлюшке, в очередной раз унизив мать. Но, надо сказать, у меня самого с ней не самые душевные отношения, так что на её разборки с отцом мне как-то похер. Любимый сын нашей стервы-мамочки — это Дима. Ответственный, серьёзный и охуенно верный. А я — так… Отрезанный ломоть. Неблагодарная скотина и всё в этом же духе. Так что хочешь не хочешь — приходится соответствовать!
— Я не… — лепечет девчонка, пока её маленькая ручка в моей нервно подрагивает. — Не думаю, что это хорошая идея…
— Да ладно тебе, крошка, — подмигиваю ей и перекладываю её ладонь себе на локоть. — Я не сделаю ничего, чего бы ты сама не захотела. Приставать не буду! Обещаю…