Кира Князева – Принцесса меж светом и тьмой (страница 4)

– Странным – это каким? – нахмурилась Мира.

– Любым, который для людей неестественный, – охотно ответила подруга, про себя отмечая, что её всё-таки слушают. – С истинной формой здесь, как и везде. Тебе, наверное, ничего не будет, если обернёшься, а вот любой другой вылетит из Академии со свистом. В зависимости от ситуации, конечно, для самозащиты, наверное, будет смягчающим обстоятельством. Но, даже тогда, можно схлопотать больших проблем.

– Понятно, – кивнула Мира. – В принципе, как и везде. Ничего нового. У тебя точно всё в порядке? Тебе никто не угрожает?

– Да… нет… нормально всё, просто я, походу, влюбилась, но не знаю, в кого, – Грейс закусила губу и всем своим видом показала, что спрашивать подробности не стоит.

– Дядя Варм тебя под замок посадит с таким «нормально», – заговорщическим шёпотом посетовала Мира, но тут же осеклась, когда они вошли в аудиторию и все присутствующие с интересом уставились на неё.

Глава 3

Грейс потянула Миру за рукав к своей парте, второе место за которой всегда пустовало – почему-то ей было сложно находить кого-то для общения. Принцессе не очень нравилось сидеть далеко от доски – Мира всегда была той ещё заучкой, но сейчас села рядом не бунтуя, что показалось Грейс странным.

По счастью, следом за ними сразу вошёл преподаватель и начал занятие – значит, ворох вопросов и новых знакомств принцессу ждал уже после него. В отличие от Миры, приехавшей под самое начало года, Грейс провела в Академии ещё полторы недели до начала занятий, соврав отцу, что хотела бы подготовиться к учёбе.

Вместо этого, вот уже восемь дней к ряду, Грейс мучил только один вопрос, напрочь прогоняющий все остальные. Кем мог быть тот парень с вечеринки? Он ведь точно её знал. И, как бы это ни грустно было осознавать – определённо, это был не принц Карсталии – Карма она видела в отдалении, когда вошла в злополучный зал.

Несколько дней подряд после случившегося Грейс получала записки под дверь с предложением продолжить произошедшее в приватной комнате. Поначалу она настолько струсила, что даже пару дней не выходила из комнаты, а потом просто не хватало решительности – как посмотреть в глаза тому, с кем не встречалась, но впервые в своей жизни переспала? А вдруг, она пришла бы, а там весь курс в комнате набился, чтобы над ней посмеяться…

Пока Грейс паниковала, записки приходить перестали. И теперь уже стало страшно, что тот парень переключился на другую, а она даже не узнает, кем он был, и вообще… с такой нерешительностью теперь останется навсегда одна.

Эта мысль угнетала особенно сильно, потому что ей казалось, что была упущена важная возможность. Тело после того случая болело, а переодеваться приходилось в душе, чтобы Молли не увидела рассыпанные по груди засосы, но… Грейс не задумываясь повторила бы тот вечер вновь.

Единственное, что осталось в памяти так ярко, что она не спутала бы ни с чем другим – запах. Увы, в человеческой форме она могла уловить его, только стоя не дальше полуметра от того самого парня, а обращаться неполностью даже ради усиления инстинктов было очень рискованно. Конечно, сейчас у неё была Мира, которая непременно вступится за подругу, но кто знает, что ректор потребует взамен. Слухи о нём ходили паршивые.

Лекция была скучной, и Грейс вновь сосредоточилась на своих мыслях и ощущениях. Скорее всего, тот самый парень учился с ней в одной группе, иначе откуда он мог знать её имя? Они пересекались с другими группами в потоковых аудиториях, но она не считала себя настолько запоминающейся, чтобы в такой толпе кто-то мог обратить на неё внимание.

Рисуя ручкой на полях тетради, изображая, как будто она что-то записывает, Грейс украдкой оглядывала каждого парня в своей группе. Из тридцати студентов девушек было всего двенадцать, так что даже здесь легче в поисках не становилось. Только трое из одногруппников были людьми, и только один отпадал по внешности, так как был очень худым и точно не мог быть «тем самым».

С другой стороны, Грейс отметила, что люди отпадали все – они всё-таки слабее ксайтарнов, даже натренированные. В тот вечер в испуганном состоянии и попытках сопротивляться дотащить её куда-либо мог только ксайтарн. Придя к тому выводу, парней-людей Грейс со спокойной душой вычеркнула из своего списка.

Дальше сложнее. Все парни-ксайтарны были жгучими красавчиками, особенно – карсталийцы, которым по закону их страны разрешалось корректировать свою внешность в определённых рамках. Что уж тут греха таить, по этой причине занятия по физической культуре обычно никто из девушек не прогуливал, хотя такое было возможно, но… кто же откажется от такой услады для глаз?

Задумчиво почесав висок, Грейс отмела ещё пятерых – двух скучных «тихонь» и троих парней, которые давно были в отношениях с другими девушками. Был шанс, что кто-то из них мог изменять, но Грейс было мерзко об этом даже думать.

Осталась ещё половина – восемь ксайтарнов, и девушка была бы не прочь, если бы тот самый был одним из них. Поразмышляв, Грейс отмела ещё двоих из оставшихся – один был постоянным прихвостнем принца и явно не стал бы развлекаться с ней, так как и так не был обделён женским вниманием, а второй был по уши влюблён в девушку из другой группы уже который год. Притом, настолько яро и настырно, что Грейс ей даже немного сочувствовала – бывают же такие, как клещи, упрямо пытающиеся добиться той, которой на них плевать.

Шесть. На этом дедуктивный метод сложил лапки и ушёл в закат, оставив Грейс в одиночестве. Она выписала на полях шесть имён и уставилась на них рассеянным взглядом, как будто ожидая ответа.

Первым был Эрик. Он не был прихвостнем Карма, скорее – его другом, так как всегда старался держаться с принцем наравне. Такой вряд ли будет кого-то выслеживать и подбрасывать записки, между прочим – напечатанные, чтобы нельзя было определить по почерку. Грейс провела под его именем волнистую линию и перешла к следующему.

Вторым был Терс. Такой же заучка, как и Мира, который предпочитал ни с кем не общаться и держаться в стороне. Что у такого, как он, могло быть в голове – поди, угадай. Почувствовав на себе взгляд, Терс резко стрельнул в сторону Грейс неприятным взглядом алых глаз из-под ниспадающих чёрных, как смоль, волос. Ей стало не по себе, и девушка отвернулась, проводя под именем более жирную волнистую линию.

Третьим был Йонар, а четвёртым – его сосед по парте Сарнар. Парни всегда ребячились и приставали к девчонкам ради шутки, как будто были не студентами, а школьниками. Вряд ли хоть один из них вообще хоть что-то знал о близости с девушкой, а тем более, мог бы быть столь искусным, как её недавний любовник. Хмыкнув, Грейс вычеркнула их обоих из своего списка.

Пятым в списке был Нил. Одногруппницам поджарый карсталиец очень нравился, но Грейс ни разу не видела его с кем-то на постоянной основе. Впрочем, взгляд его фиолетовых глаз почти всегда был таким, словно перед ним мельтешили надоедливые мухи, в том числе, и в сторону Грейс. Самовлюблённый и напыщенный, явно не её типаж, но вычеркивать его она не стала, проведя под именем совсем тонкую волнистую линию.

Шестым и последним в списке остался Мэт. Светловолосый эрнардиец был весьма словоохотлив и открыт, часто улыбался и помогал каждому, кто просил, неважно, в каком именно вопросе. Наверное, начать расследование стоило с него, как с самого простого варианта для общения. Осталось только придумать, как это сделать максимально ненавязчиво. Грейс провела под его именем жирную прямую линию.

Итого, четверо подозреваемых. Многовато. А время шло, кем бы из списка ни был тот самый, он вполне мог переключиться на другую девушку, а этого очень не хотелось. Внутри закипела ревность. Даже не зная, кого ревновать и к кому, Грейс всё равно и думать не желала о том, что тот парень кого-то мог ублажать также, как и её.

Пока Грейс вела расследование, занятие закончилось, и их парту окружили заинтересованные одногруппники. Она хотела аккуратно сбежать, но Мира вцепилась пальцами ей в рукав под партой, поэтому пришлось остаться и отвечать на глупые вопросы о том, как они подружились, а потом всё внимание перешло исключительно к принцессе, и Грейс расслабилась в ожидании следующего занятия.

Про себя она отметила, что среди интересующихся принцессой не оказалось Терса, что неудивительно – по окончанию каждого занятия он поднимался и уходил в сторону аудитории, в которой должно было проходить следующее по расписанию. Казалось, ничего, кроме учёбы, его совершенно не интересовало, но мысленно вычёркивать из списка Грейс его всё равно не стала.

Эрик и Мэт были среди прочих галдящих вокруг, и Грейс показалось, что Мэт несколько раз переводил взгляд с Миры на неё, за что схлопотал мысленную галочку. Нила видно не было, ни среди стоящих вокруг, ни в аудитории – скорее всего, он тоже ушёл.

Помассировав пальцами виски, Грейс тяжело вздохнула и сказала, что им с принцессой надо готовиться к следующему занятию. Мира с радостью сбежала за ней – она выглядела рассеянной и даже немного напуганной. Ничего, придётся привыкать.

Разместившись в следующей аудитории за партой, Грейс растёрла лицо руками и тяжело вздохнула. Расследование обещало затянуться на неопределённый срок, а от собственной глупости стало грустно. Могла же пойти на свидание… Пусть необычное, сразу с постели, но что с того? Стоит вернуться домой, и отец её посадит на цепь. Тут её подруга была совершенно права.