Кира Князева – Принцесса меж светом и тьмой (страница 3)

Его губы страстно целовали её шею, постепенно ускоряя свои движения, он спустился ими чуть ниже, к ключице и плечу. Грейс ощутила, что поцелуи стали обжигать, наверняка завтра они обратятся в темные пятна засосов, но от этого только больше хотелось, чтобы эта близость никогда не заканчивалась.

Обхватившие девичью фигуру руки напряглись, а член стал двигаться так, словно собирался выбить из Грейс дух. Её вновь затрясло от оргазма, а он резко вытащил член и кончил ей на живот. Девушка выдохнула, и её кожи коснулась ткань, небрежно смахнувшая семя.

– Мой тебе совет – уходи отсюда как можно скорее. Другие не будут с тобой столь учтивы, как я, – наставительно велел шёпот над ухом.

Наручники на запястьях разомкнулись, а парень быстро поднялся и ушёл. Пока Грейс стягивала с себя всё, что он успел на неё надеть, её любовника и след простыл. Расстегнув последними оковы на щиколотках, девушка осторожно выглянула из-за тяжёлой шторы и нахмурилась.

До выхода было всего ничего, но напрямки добраться до него не получится – слишком много голых тел преграждали дорогу, переплетаясь друг с другом. Оргия была в самом разгаре, но, если идти вдоль стены, был шанс остаться незамеченной. Почему-то в сказанные ей слова о том, что вечер может превратиться в сущий кошмар при встрече с кем-то менее учтивым, охотно верилось.

Опасливо прикрыв грудь ладонью, Грейс шустро прошмыгнула к выходу, даже не подозревая, что за ней внимательно следил пронзительный лукавый взгляд.

Глава 2

После утреннего дождя вокруг была приятная свежесть. Солнце играло бликами на влажных покатых гранях булыжников, которыми была выложена широкая пешеходная дорожка, ведущая к главному зданию Академии. Мира не торопилась, неспешно идя по ней и вдыхая воздух свободы, путь к которому стоил немалых усилий.

Отец долгое время был против её поступления в Академию, и нытьё, что «брату можно, а мне нет?» ничуть не помогало. Никакие ухищрения не срабатывали. Только домашние обучение и никак иначе – таков был вердикт строгого папы. В глубине души Мира понимала, что он её оберегает, как только может, но всё равно обижалась.

Ситуацию как раз сумел исправить брат. Пока велись бесконечные дипломатические переговоры с Карсталией, ему больше не было смысла находиться на передовой, и Дин вернулся в столицу.

Выслушав чаяния сестры, он только коротко кивнул и провёл долгие переговоры с королём, после чего тот соблаговолил разрешить дочери последний год обучения пройти очно. Что именно наследный принц сказал дяде, осталось для Миры загадкой, но когда она сжимала от радости сводного брата в объятиях, он прошептал ей на ухо:

– Прошу, будь такой же умницей, как и сейчас. В противном случае, в следующий раз дядя мне не поверит.

Благодаря его от всей души, она расплакалась. Дин не сразу понял, что слёзы от счастья, и попытался успокоить эмоциональный вихрь радостной сестрёнки. Он не нашёл ничего лучше, как принести ей целое ведро мороженного. Смотря, как Мира уплетает его большой ложкой, Дин рассказал ей о своём обучении в Академии, и в её ярко-голубых глазах заплясали ледяные огоньки интереса.

Как оказалось, дети-метисы рождались очень похожими на своих отцов-ксайтарнов, но были гораздо сильнее «чистокровных» родственников. Им с братом никогда не врали о том, кто является их родителями, и они оба воспринимали всё в порядке вещей, хотя и понимали, что семья у них весьма необычная. Как и то, что распространяться об этом лишний раз не стоит.

При всём внешнем сходстве со своим отцом, по характеру Дин был скорее копией отца Миры, да и Стерс воспринимал его больше своим сыном, чем племянником. С возвращения брата с войны, Мира обратила внимание, что его последние годы сильно подкосили, но расспрашивать об этом не решалась. Судя по всему, он был этому очень рад.

По дорожке навстречу Мире быстрым шагом шла Грейс – её единственная подруга, которой повезло учиться в Академии все эти годы очно. В детстве они были не разлей вода, часто подшучивая над слугами в особняке и дворце, которые путали дочь сенатора с принцессой. Белокурые девчушки были похожи друг на друга, словно близняшки, с тем лишь отличием, что у Грейс глаза были зелёные, а у Миры – голубые.

– Привет! Ну ты и вырядилась, подруга! – рассмеялась Грейс, обнимая Миру при встрече. – Так никто не догадается, что ты – принцесса.

– Разве это плохо? – смутилась Мира, на всякий случай прикрывая длинные светлые волосы капюшоном безразмерного белого худи.

– Всё равно все знают, как ты выглядишь, – хмыкнула Грейс, беря подругу под руку и ведя к администрации. – Ты отожгла, конечно, рискнув приехать сюда учиться. Не сомневаюсь, что от повышенного внимания к своей персоне ещё долго не избавишься.

– Кошмар, – вздохнула Мира, мрачнея.

Только внимания ей не хватало. Всю свою жизнь. С огромным количеством нянек, слуг, гувернанток, и всего одной-единственной подругой, потому что к другим доверия не было никакого.

О том, как бывают лицемерны окружающие, Мира поняла ещё в детстве, когда к ней постоянно «подсовывали» ровесников из аристократичных семей, якобы, чтобы они играли-дружили. На деле, дети ещё не настолько умеют скрывать свои эмоции, как взрослые, и играть лживые роли. Об отношении в семье новых знакомых к её матери девочка узнавала довольно быстро, а потом оставалось только плакать у папы на руках.

Разумеется, о том, что становилось потом с её обидчиками, как король не прощал слёзы своей дочери и унижения возлюбленной, маленькая Мира не знала. Только заметила, что к ней больше не приводили ровесников для знакомства, а единственной её верной подругой стала Грейс.

– Пришли. Я тебя тут подожду, – косясь в сторону главного здания, сообщила Грейс и разместилась на лавочке. – Кабинет ректора на третьем этаже, справа по коридору. Комната триста девять.

– Угу, спасибо, – кивнула Мира и дальше пошла сама. Встреча с подругой её приободрила – она очень соскучилась, но посещение таких напыщенных товарищей в кабинетах, как ректор, хорошему настроению явно не способствовало.

Что ж, иногда бывают вещи, которые нужно просто пережить. Поднявшись на третий этаж, Мира смиренно постучала в дверь обозначенного кабинета, и оттуда сразу же послышался мужской голос, разрешивший входить.

– Здравствуйте, я… – тихо поздоровалась Мира, но её тут же перебил наигранно-радостный голос ректора:

– Госпожа Шомейн, вас-то я и ждал! – он махнул рукой, приглашая девушку сесть в кресло возле его стола.

Кивнув, Мира положила на стол принесённые с собой документы – все те, перечень которых удалось найти в интернете. Ректор Арбент Мортнер по происхождению был карсталийцем, поэтому о том, как он отнесётся к принцессе Эрнардии, Мира не имела ни малейшего представления.

Впрочем, Дин говорил, что видел ректора всего пару раз за всё время обучения, возможно, и ей также повезёт. Политические распри на территории Академии строжайше пресекались, а значит, ректор должен был быть примером для студентов. По крайней мере, принцесса на это очень уповала.

Арбент изучал её задумчивым внимательным взглядом, не обращая внимания на предоставленные девушкой бумаги. Мира чувствовала себя очень неловко и даже успела подумать – может, отец специально позвонил ректору и велел ему сделать всё, чтобы она поскорее сбежала домой? Если это так, зря он думает, что она так легко сдастся.

– Энлюминатра Шомейн, – наконец протянул господин Мортнер, – рад приветствовать вас в моей Академии. Если вам понадобиться какая-то помощь – не стесняйтесь, обращайтесь. Ключи от королевских комнат в жилом корпусе только у меня, поэтому искать коменданта вам не потребуется, – он приветливо улыбнулся и положил перед Мирой две связки ключей.

– Я слышала, что представители королевской семьи живут одни, отдельно от других студентов, – смутилась она, убирая ключи в карман худи.

– Всё так, – кивнул ректор, – вторая связка – запасная. Ваши вещи доставят носильщики.

– Спасибо, я могу идти? – с надеждой в голосе спросила девушка, и он вновь кивнул, поднялся и услужливо открыл перед ней дверь своего кабинета.

Выходя, Мира подумала, что Грейс права – будет тяжко, раз уж даже ректор так учтив с ней. Впрочем, раньше всегда помогали игнорирование и напускное высокомерие, может, и здесь от неё быстро отстанут и дадут нормально учиться.

На улице Грейс сразу же подхватила подругу под руку и повела прочь, в сторону жилого корпуса. Она явно нервничала, и Мира задала ей логичный вопрос.

– Я пока не могу никому об этом рассказывать, потому что сама ничего не понимаю, – призналась Грейс. – Давай лучше введу тебя в курс дел, чтобы тебе тут кое-что не было в новинку.

Про распорядок дня Мира слушала вполуха, вертя головой по сторонам и рассматривая прекрасный благоухающий сад вокруг. Не сказать, что он был лучше того, что обрамлял особняк королевской семьи, но в нём встречались интересные экземпляры диковинных растений, которыми принцесса увлекалась с детства.

– …карсталийских ксайтарнов ты узнаешь сразу же, – вещала тем временем Грейс. – Здесь людей из Карсталии вообще нет почти. Только ксайтарны. У них в стране не принято, как у нас, быть похожими на людей во всём. Наоборот, они стараются хотя бы немного выделяться. Поэтому, если увидишь кого-то со странным цветом волос, глаз или кожи – это карталиец.