Кира Князева – Пламя меж ледяных ладоней (страница 3)

В глубине души Эсса даже как-то им гордилась: Мэлас тоже был человеком, но, несмотря на классовое и расовое неравенство, всё равно смог добиться определённых высот, словно выгрызая почёт и уважение зубами. Поначалу, как в Академии, так и здесь, над ним пытались подшучивать из-за необычной внешности, но Мэл быстро поставил всех на место, показав, кто главный. Упорный и упрямый, он давно привык бороться с окружающим его обществом, и каждый раз выигрывал. Принципиально.

Пробормотав приветствие в ответ, Эсса даже не посмотрела на него, а уж тем более – вслед. При всей свободности их отношений, лицезреть восторженные взгляды на своего любовника и текущие от желания слюни у коллег женского пола было мерзко.

Быстро ставшая нелюбимой работа вызывала сонливость. Разогнать её помогали разве что сирены воздушной тревоги, но последние пару недель карсталийцы притихли и обстрелов не было, что стало вызывать недобрые подозрения у всего командования.

Единственной укромной радостью для девушки было наблюдать в отдалении принца собственной персоной. Дин предпочитал всегда находиться в штабе на передовой, лишь изредка отлучаясь в столицу. Насколько было известно Эссе – поступление именно на военный факультет тоже было исключительно его решением. Будущий король намеревался либо одержать победу в войне, либо завершить её во что бы то ни стало.

Пока что продвижений было немного, но по холодной непроницаемости наследного принца невозможно было сказать о его внутреннем состоянии. Дин напоминал непробиваемую ледяную глыбу, никогда не ведающую тепла, а яркие голубые глаза только усиливали проводимую аналогию. Эсса старалась сразу сжаться и спрятаться, если те смотрели на неё – настолько взгляд командира был леденящим и пронизывающим.

Несмотря на то, что девушка была знакома с принцем вот уже семь лет с момента их поступления в Академию, его присутствие по-прежнему вызывало в груди глубинный трепет. Помимо страстного желания своего любовника, возникающего в моменты их близости, это чувство оставалось единственным, шевелящимся где-то в пустоте внутри.

Пока Дин стоял лицом к вертикальной электронной карте, раздумывая о чём-то своём, к нему подошла ксайтарнка и его личная помощница Хора, попытавшаяся обратить внимание мужчины на себя.

Безупречную темноволосую ксайтарнку ещё со студенческой скамьи пророчили принцу в жёны, но ему, казалось, до таких мелочей дела нет и не было совсем. Вот и сейчас Хора получила какой-то ответ, явно её не устроивший, поджала губы и ушла по своим делам.

Хмыкнув, Эсса прикрыла глаза. Девица так или иначе своего добьётся – у неё всё для этого есть. А Эссе… да плевать, так-то. У принца явно присутствовал синдром спасателя, и он чувствовал себя ответственным за всё и вся, что вполне логично и правильно для будущего короля, но периодически раздражало девушку.

В особенности, когда отголоски тщательно скрываемого тревожного расстройства Дина выливались на неё саму. Абсолютную бесцельность, депрессивность и безалаберность Эссы заметили сразу же, как только девушка попала в штаб. Видя, что к ней относятся, как к мебели и не воспринимают всерьёз, она растеряла последние остатки надежды на самореализацию и часто засыпала прямо на рабочем месте, а то и приходила на него под хмелем.

Спустя всего лишь месяц работы, её вызвал к себе в кабинет непосредственный начальник. Он долго возмущался и кричал, импульсивно жестикулируя и пытаясь вызвать хоть какие-то эмоции у подчинённой, но Эсса только одарила его пустым равнодушным взглядом, ничего на его тираду так и не удосужившись ответить.

Взбеленившись от такой неслыханной наглости, начальник заявил об её увольнении и отстранении от службы. Коротко кивнув, Эсса ушла собирать свои вещи, но отбыть решила поутру следующего дня, чтобы не мучится тошнотой в поезде после очередного заливания в себя всего спиртного, которое она сумела отыскать.

На следующий день девушку разбудил настойчивый стук в дверь. Настолько длительный, упрямый и надоедливый, что пришлось открыть её… и застыть на пороге от изумления.

– Госпожа Мейрен, вы в порядке? – тон Дина был холодным и официальным, хотя при их редком общении они всё же обращались друг к другу на «ты». Получив в ответ рассеянный кивок, он с напором спросил ещё: – Тогда почему вы нарушаете устав и в рабочее время находитесь вне штаба?

– Меня уволили и отстранили вчера, – безучастно пожала плечами Эсса.

– И вы подписали приказ? Нет? – голубые глаза слегка засветились и прищурились. – Человек, который вас уволил, был отстранён и уволен сегодня утром. Его последние приказы не имеют никакой силы, так что жду вас в штабе.

– Издеваешься? – одними губами раздражённо спросила Эсса.

Уголки губ еле заметно дёрнулись, но Дин не ответил, развернувшись и удаляясь по коридору. Даже по его широкой спине было заметно, что принц доволен собой и ни о чём не жалеет. А вот Эссу его поведение вывело из себя – она ни раз отмечала, что ксайтарн её жалеет, что неимоверно злило.

– Если тебе нужно отоспаться – возьми увольнительную, – послышался знакомый голос прямо над головой и девушка распахнула глаза, с раздражением смотря за тем, как Дин пододвигает к её столу стул и размещается на нём.

– На такое количество лет увольнительные не дают, – пробурчала она.

– Мне нужна твоя помощь, – игнорируя её недовольства, принц протянул подчинённой стопку документов. – Подойди ко мне, как только со всем ознакомишься. Уверен, лучшего решения, чем ты, никто не найдёт.

– Опять планируешь операцию? – уже без раздражения спросила Эсса, бегло пробегая глазами по тексту верхнего в стопке документа.

– Да. На этот раз более сложную и… хотелось бы, с моим непосредственным участием, – Дин свёл густые чёрные брови, становясь точной копией своего отца – Еренхайсендера Шомейна, которого Эсса видела только на фотографиях в соцсетях.

– Дин… помилуй меня, пожалуйста, – в её голосе не было мольбы – только усталость. – Я до сих пор не отошла от провала предыдущей. Цербер с ней, с операцией, но там погибли люди… Ты не хочешь обратиться к кому-то более компетентному, чем я?

– Это война, Эсса, – покачал головой командующий, – здесь постоянно кто-то погибает. Без нас это могло постичь всю страну. Я хочу в этот раз прикрывать людей лично. При необходимости – с воздуха. И… мне нужна твоя помощь, чтобы убедить в этом совет.

– Спятил?! – девушка прыснула от услышанной нелепости в кулак. – Тебя?! Наследника престола?! В поле?! Да они, скорее, сами туда пойдут. Пешком и без снаряжения. Потому как, случись что с тобой, ничего, страшнее гнева твоего отца, никто тут представить не сможет.

– При чём тут мой отец? Что со мной может случится? – судя по слегка изменившемуся, но по-прежнему холодному тону, Дин вспылил. – Я – ксайтарн, чтобы мне навредить – надо очень постараться. Обернись вокруг, Эсса! Ты хоть раз видела, чтобы все эти элитарные мерзавцы поднимали свои задницы и ими же рисковали?!

Девушка обернулась, скорее, просто по привычке исполнять все отданные ей приказы. Кто из присутствующих являлся ксайтарном, а кто – нет, она не знала, разве что могла отличить по занимаемой должности. Зато наткнулась на пронизывающий взгляд Мэла, внимательно следящего за их беседой, и поспешила отвести глаза.

– Тебе не позволят, – выдвинула вердикт Эсса, протягивая документы обратно. – Я не смогу тебе помочь в этом вопросе.

– Тогда просто прочти, пожалуйста, – голос снова стал тих и властен, как и подобало говорить будущему правителю. – О большем я не прошу. И – да, это не приказ. Это моя личная просьба.

Поднявшись, он убрал стул на место и ушёл обратно к карте. Девушка закатила глаза, выругавшись, но всё же уставилась в треклятые бумажки.

Глава 4

Три года назад

За окном сгустилась ночь. Хотя глаза отчаянно слипались после учёбы утром и изнурительной дневной тренировки, Мэлас упрямо читал учебник по тактике ведения боя, периодически вздрагивая от того, что его жутко клонило в сон.

В дверь комнаты что-то глухо, но сильно ударилось. Вставать было лень, но Мэл всё-таки поднялся – если это чьи-то очередные шутки, нельзя оставлять их без внимания, иначе они будут повторяться каждую ночь. К пятому курсу обучения уже не осталось тех, кто рискнул бы задирать «ржавого», как его прозвали за глаза сокурсники. Защищать себя от любых нападок Мэл научился ещё с детства, и с тех пор никому спуску не давал.

Высунув голову в коридор, парень увидел в десятке метров от своей комнаты еле передвигающую ноги Эссу Мейрен. Судя по направлению движения девчонки в этот субботний вечер, она собиралась совершить очень большую оплошность, о которой после непременно пожалеет.

Поколебавшись пару минут, и провожая взглядом перебравшую шатающуюся девушку, Мэл выругался и быстрым шагом направился за ней.

– Привет, Эсса, – обогнав её, поздоровался парень. – Не знаю, помнишь ли ты меня, я – Мэлас, мы с тобой на одном факультете учимся.

– М-м-м, помню, ты… запоминающийся, – она не с первого раза еле выговорила последнее слово и уставилась на него помутневшим взглядом. – Чего надо?

– Мне – ничего, – пожал плечами Мэл, – а вот тебе крайне не рекомендую идти туда, куда ты направляешься.

– У тебя забыла спросить, – фыркнула Эсса.