Кира Калинина – Звезды с корицей и перцем (страница 18)
Кто-то остановился рядом, но она не повернула головы.
Тогда еe взяли под руку.
– Идeмте ужинать, Мориса.
На этот раз обошлось без танцев. Играли, сменяя друг друга, скрипач и флейтист. На столах была жареная свинина с картофельно-сырным пюре, и то и другое явно разогретое. Гости устали и разомлели, разговоры велись негромкие, только у противоположного борта без конца смеялась красивая брюнетка в белом.
Ди Ронн смотрел на бегущую за кормой воду.
– Всe ещe сердитесь на меня, Рикард? – спросила Эльга.
– Почему вы так решили?
– У вас отсутствующий взгляд.
– Неделя была тяжeлой. У нас на носу испытания, а тут как назло посыпались неприятности… В общем, обычная нервотрeпка. – Он пожал плечами и сделал глоток вина. – Вы правы, я закрутился, всe из головы вылетело. Но решил, что буду выглядеть меньшим идиотом, если достану хотя бы открытку.
Секунду Эльга раздумывала, какой вопрос задать следующим, пока ди Ронн расслаблен и склонен к откровенности, и решила, что ревность подождeт.
– Вы сказали – испытания? Неужели Врата готовы?
Этого не могло быть, но Мориса Муар не настолько осведомлена, а значит, вправе выказать радостное волнение.
– Нет, что вы, – улыбнулся ди Ронн. – Там ещe непочатый край работы. Пока речь об испытаниях энергетического элемента, вернее его страль-структуры. Мы нарастили достаточно прагмы, чтобы создать питательную среду для внедрения энергетического элемента. Он успешно прижился и недавно достиг рабочего состояния. Как следствие, восстановилась базовая страль-структура. Мы хотим синхронизировать систему и проверить отклик на разных уровнях, от имманентной когеренции до первичного резонанса…
Эльга слушала, затаив дыхание. Обычно ди Ронн избегал разговоров о работе – и сейчас вдруг оборвал себя:
– Простите, увлeкся. Эти подробности вам неинтересны.
– Вы правы. – Эльга отвернулась. – Что может занимать женщину, кроме нарядов, украшений и сплетен?
Ди Ронн хмыкнул:
– Обиделись? Ладно! Хотите побывать на испытании? У меня есть право пригласить личного гостя. Заодно проведу вам экскурсию.
– Очень хочу! – выпалила Эльга, пока он не передумал.
– Уверены, что не заскучаете? – Ди Ронн развеселился. – Поверьте, во Вратах не больше романтики, чем в вашем колечке, а работа настоящего страль-оператора – это пот и кровь.
– Дадите попробовать?
Сторрианин засмеялся и взял еe за руку.
– Ого, да у вас пульс частит!
Эльга подняла на него взгляд:
– Мне любопытно, почему вы купили открытку именно в «Золотом льве»?
Она добилась, чего хотела: улыбка ди Ронна поблeкла.
– Энтомологический музей – не самая популярная достопримечательность, – сказал он. – А в Сётстаде не так много мест, где торгуют сторрианскими сувенирами. Я объехал все, какие знал. Про «Золотого льва» вспомнил в последнюю очередь. Там есть стойка с открытками…
– Вы бывали там раньше?
Он кивнул.
– С женщиной?
Ди Ронн посмотрел ей в глаза:
– Это было до того, как я встретил вас, Мориса.
Два дня спустя они танцевали на летней площадке в городском саду – Эльга надела серьги и кулон, чтобы сделать ему приятное. Он держал еe ладонь, обнимал за талию и не отводил жадного взгляда.
В руках ди Ронна Эльга чувствовала себя немного пьяной. Однако это не помешало ей незаметно снять с его серого твидового пиджака ещe один волосок – четвeртый по счeту в еe коллекции.
Поздно ночью, прощаясь у сияющего подъезда «Альбатроса», она легко поцеловала его в губы. Он попытался удержать еe, но Эльга вывернулась, с улыбкой покачав головой.
Следующим утром она поместила в тестовый блок Конфетерии добытые волосы и убедилась, что все они принадлежат одному человеку. В соседнем отделении уже лежал еe собственный волос. Эльга вошла в резонанс с Конфетерией и отыскала в базовой структуре опорный узел, на котором строились две рабочие структуры, мало отличимые друг от друга. Первая отвечала за средства, возбуждающие в партнeрах взаимную страсть. Вторая обеспечивала одностороннее влечение.
С ней Эльга работала лишь дважды, чтобы спасти брак, в котором муж изменял жене, страдал от чувства вины, но ничего не мог с собой поделать. Продукт Конфетерии заставил его желать свою законную супругу больше, чем любую другую женщину. Пара обратилась за второй порцией, но через некоторое время всe-таки рассталась по причинам, не связанным с постелью.
Поучительная история, думала Эльга, запуская два рабочих процесса.
Обе структуры выдали практически один и тот же рецепт. Он был до обидного прост. Или до смешного? Шоколад, корица и жгучий анарийский перец – в средстве для одного. Вариант для двоих включал ещe молоко и ваниль – будто для того, чтобы смягчить взрывной эффект. Пропорции для партнeра и партнeрши отличались, но в общем это была одна смесь.
Достать ингредиенты из хранилища было делом нескольких минут.
На этот раз вместо красивых конфет Эльга изготовила три шарика, каждый не больше спичечной головки, – один тeмно-кофейный, два других цвета молочного шоколада, – и убрала их в отсек консервации.
Во сне ей привиделась страстная ночь с ди Ронном: они ласкали друг друга на траве под звeздами, а в двух шагах таинственно блестела чернильная гладь озера.
Внезапно всe перевернулось, и Эльга очутилась над бездной вод. Одна. Стояла в лодке без вeсел, держа перед собой «патефон» Конфетерии. Он был тяжелее самой массивной чeрной дыры и всe же послушно лежал на еe вытянутых руках.
Эльга наклонилась вперeд, чтобы бросить его в воду – но ладони приросли к лаковому дну, и ящик, ухнув в озеро чугунным ядром, увлeк еe за собой. Вода ударила в лицо, попала в рот, в нос, обвила тело ледяными путами. Конфетерия исчезла, Эльга не поняла куда и не думала об этом. В груди, в горле жгло и давило, и она заработала руками и ногами, стремясь наверх, к воздуху, к жизни. Однако повсюду была одна непроглядная чернота.
Эльга держалась, сколько могла, а когда не стало сил, сделала конвульсивный вздох, и вода хлынула ей в лeгкие…
Проснулась с криком и не сразу поняла, что это всего лишь сон. В глазах плавали огненные мухи, сердце грозило разорваться. Она глядела во мрак сётстадской ночи, разреженный сиянием полумесяца Сторры и отсветами далeких огней, не смея вновь закрыть глаза. Ещe никогда после работы с Конфетерией ей не снились кошмары.
Эре Варинг было хорошо за тридцать, когда она вернулась в Биен, чтобы начать жизнь с чистого листа, и за все годы никому словом не обмолвилась об особом прагмате, который привезла с собой.
В остальном она не скрывала своего прошлого: служба в крупной кондитерской фирме, расстроенная помолвка, неудачный роман с женатым мужчиной.
Теперь эти истории виделись Эльге в другом свете. Она почти не сомневалась: эра Варинг использовала Конфетерию для личных нужд. Может, из-за этого ей в конце концов и пришлось уехать из Сётстада. И она настойчиво убеждала преемницу не повторять своих ошибок…
Глава 11
В конце недели ди Ронн пригласил Эльгу в долину Смалендаль на пикник, посетовав:
– Боюсь, в следующий раз увидимся только на испытании.
Он подъехал к «Альбатросу» рано утром. Кожаный верх его автомобиля был по-летнему откинут, сам ди Ронн щеголял в светлой куртке и тeмных очках. Эльга вышла к нему в брюках и парусиновых туфлях без каблуков. Когда тронулись, достала из сумки шeлковое кашне, собираясь повязать голову, чтобы не продуло на ветру.
– Не беспокойтесь, – сказал ди Ронн. – Я подниму силовой экран.
Это было что-то новенькое – экранирующее поле на легковом автомобиле. И действовало оно любопытным образом. Ветер бил в лобовое стекло, с воем и свистом обтекая машину, летящую по улицам, пустым в начале выходного дня, но лица достигал лишь легчайший бриз.
День обещал быть чудесным. Эльга наслаждалась свежим воздухом, ясным небом, игрой солнечных лучей, от которых блестела молодая листва и сверкали начищенные витрины, ловила ароматы зацветающих лип и свежей выпечки.
Ди Ронн предложил на минутку заехать к нему, сказав, что это по пути. Экономка собрала им корзину для пикника, но ягодный пирог, заказанный у местного пекаря, задерживался.
– Если привезли, заберeм и поедем. Если нет, ждать не будем. Еды и так хватит.
Через четверть часа они уже катили по зелeным улицам Хальвега, где за коваными оградами дремали на солнце дорогие особняки. Дом Рикарда стоял на самой окраине – огромный тяжеловесный монстр тeмно-красного кирпича с колонным входом и белыми арками над высокими окнами. В его просторном вестибюле, отделанном красным деревом, уже ждал плетeный короб, сочащийся запахами съестного, а при коробе – высокая особа лет пятидесяти в строгом тeмном платье.
– Эра Матрес, – представил еe ди Ронн.
Экономка предложила гостье чаю или чего-нибудь освежающего. Эльга поблагодарила, но отказалась, а когда выехали за ворота, заметила ди Ронну:
– Ваша эра Матрес сурова, даже когда улыбается.
– Она досталась мне вместе с особняком, – пожал плечами сторрианин. – Несчастная женщина. Муж и сыновья погибли в пожаре пятнадцать лет назад. С тех пор она служит. Очень любит детей. У эра Берта большая семья, но он увeз всех обратно на Сторру. А при мне ей скучно. Целый день одна в пустом доме…
При выезде из предместья вдалеке показался склон горы Торной, мелькнула полоска серебристых, с зеленоватым отливом, щитов, ограждающих строительно-испытательную площадку Врат. Больше Эльга ничего рассмотреть не успела: машина свернула на насыпной спуск, ведущий в долину.