Кира Хо – Почувствуй мой страх (страница 4)

Распахиваю в ужасе глаза. Что значит бесполезно?

– Ты серьезно?

– Угу, – кивает Крис. – Так что подумай еще раз, надо ли тебе сюда идти. – Подруга разворачивается и идет к барной стойке, за которой стоит молодой парень, стриженный почти налысо. – Саш, налей два капучино, – бросает ему Маркова и садится на высокий стул.

Кристина работает в этом клубе администратором уже несколько лет. Устроилась практически сразу, как закончила школу, чтобы было на что жить и снимать жилье: она тоже из небогатой семьи.

Когда парень приносит нам две чашки, а затем ретируется, Крис смотрит четко на меня:

– Рассказывай, Котова. Откуда в тебе столько отчаяния, что ты решила прийти сюда?

– Почему отчаяния? – выдаю смешок.

– С твоим характером здесь будет сложно. Тут редко бывают посетители среднего достатка, а нижнего так вообще никогда. А те, кто на отметке максимум, они… ну, знаешь… границ не видят вообще, – пожимает плечами.

– Мне нужны деньги, Кристин, – утыкаюсь носом в чашку. – Я не прошла на бюджет, а комер… сама понимаешь. Хочу в следующем году подавать снова, но если что, быть готовой. И где мне, неумехе, еще заработать денег? А “Изоляция” чуть ли не самый дорогой клуб.

– Официанткой? – без лишних вопросов бросает она.

Киваю. Оглядываюсь по сторонам.

– Могу еще танцевать, – киваю в сторону клеток.

У Кристины от этих слов капучино носом пошло. Хлопаю ее по спине, жду, когда отдышится.

– Прикалываешься? – косится на меня. – Ты же понимаешь, что они не в штанах там танцуют?

Снова киваю. Я решила. Я уверена. Назад дороги нет. Мне нужна эта работа. А если работать на двух ставках, то заработать можно больше.

– Тогда тебе надо встретиться с Яном, – Крис встает. Ждёт, когда я последую ее примеру, а затем, обходя стойку, заходит вглубь.

Семеню за ней, не забывая при этом крутить головой. За барной стойкой оказывается дверь, а за ней еще одно помещение, больше напоминающее офис, только с темными стенами. Не слишком длинный коридор, в конце которого красуется дверь.

Иду, вытирая ладони о шорты. А стоит остановиться у этой двери, как сердце начинает колотиться в глотке.

– Подожди тут, я его предупрежу, – бегло говорит, тихо, но быстро стучит костяшками пальцев по дверному полотну, а затем юркает внутрь.

Вот теперь я начинаю очень сильно волноваться. Какой он – Ян? Высокий, большой мужик с устрашающим взглядом? А может, со шрамами? Или сорокалетний мужчина в строгом костюме-тройке, который унижает одним взглядом?

Чувствую, как руки начинают безбожно дрожать, а в горле поселился еж. Но стоит двери открыться и светлой голове появиться в проеме, так вообще кажется, что сейчас упаду.

– Заходи, – кивает в сторону светлого на вид кабинета и меняется со мной местами.

– Одна? – полушепотом, полушипением спрашиваю, на что Крис поджимает губы и кивает.

Делаю глубокий вдох, снова вытираю ладони о ткань шорт и шагаю внутрь.

Тут светло. Стены по-прежнему темные, но кабинет отлично освещается солнцем, что уже вовсю светит из панорамного окна, а на меня смотрит… парень. Ей-богу! Парень! Он либо мой одногодка, либо чуть старше, но совсем немного. Короткая стрижка, волосы как у меня… белые. То есть вообще без оттенка, только немного отражают солнечный свет. Смотрит безразлично, холодно. Будто таракан заполз, а не человек зашел. Переводит взгляд с меня на кресло перед столом, и я принимаю это как приглашение: на негнущихся ногах прохожу, сажусь.

– Добрый день, – прочищая горло дрожащим голосом, говорю я.

Смотрит на меня пару минут. Чувствую, как оценивает. Взгляд, что сканирует будто рентген – холодный и пробирающий до мурашек, совершенно не заинтересованный. Потом переводит скучающе глаза на какую-то картину на стене. Словно все понял. И мне бы выдохнуть, но этот его вздох заставляет заново подобраться.

– И ты думаешь, что справишься с этой работой?

Задает вопрос, но даже не смотрит на меня.

Понимаю, что не заинтересовала. Ну, в общем-то, я не была готова сразу к ТАКОМУ собеседованию.

Не дождавшись моего ответа, все же переводит взор обратно ко мне и откидывается на спинку кресла. Лицо полностью безэмоциональное, поэтому сложно понять, что именно во мне не понравилось.

– Ты даже в официантки не годишься… – поднимает руку и сжимает переносицу пальцами, будто уже устал от меня, и ему скучно.

– Я еще танцую… профессионально, – добавляю с осторожностью, и как-то вообще неуверенно вышло. И как только он убрал руку от лица, стало понятно – не поверил.

– Можешь идти.

Выдохнул устало и начал вставать, параллельно подворачивая рукав черной рубашки.

И я поняла, что провалилась.

СНОВА!

Поднимаюсь, делаю несколько шагов к выходу.

Два раза за день провалиться! Сначала экзамены в академию, теперь обычное собеседование в клуб пройти не смогла. И что-то во мне натянулось и надорвалось.

Не дойдя до двери, резко разворачиваюсь.

– Я трудолюбивая и коммуникабельная, умею находить подход к людям. А танцую… Так… что от меня невозможно глаз отвести. Вашим гостям понравится так, что захотят выпить еще… – на этом мой голос обрывается. Но ведь и ясно почему: я вру. Откровенно. Я с людьми даже разговаривать боюсь, не то, что общий язык находить. Но мне так нужна эта работа!

Начинаю дрожать. Потому что он поворачивается ко мне. Когда стоял спиной, говорить было проще. Все же он заполняет собой все пространство настолько, что воздух трещит в напряжении, либо это я уже на пределе. А взгляд и лицо настолько безэмоциональны, будто статуя. Красивый, но абсолютно холодный. Чем пугает до чертиков.

– Голос прорезался, – даже эта фраза сказана безразлично. – Ладно, посмотрим, на сколько твоей смелости хватит. В тебе либо есть стержень, либо его нет. И я очень надеюсь, что ты меня не разочаруешь. Я терпеть не могу быть настолько правым. Так что удиви…

Снова проходится по мне взглядом, а потом все же ухмыляется, и, пожалуй, это единственное, что делает его более-менее живым.

– Будешь танцевать в клетке. Ты достаточно экзотична, чтоб сойти за одну из моих пташек, – кладет обе руки в карманы брюк и кивает на дверь: – Скажи Кристине, чтоб вела тебя в курс.

И тут же потерял ко мне интерес, будто меня уже нет в этом кабинете.

Не знаю, радоваться такому раскладу или нет, но просто молча делаю оставшиеся несколько шагов спиной к двери и словно та самая мышь выскальзываю в коридор.

– Ну что? – тихо спрашивает Крис.

Пытаюсь поймать сердце, которое колотится так, будто вот-вот пробьет ребра. Сама не верю в свои слова. Боже! Да я же почти ему нагрубила. А если бы…?

– Сказал, чтобы ты ввела в курс, – поворачиваю голову на подругу, отводя взгляд от двери, которую все это время гипнотизировала.

– Молодчина! – хлопает в ладоши она.

А я вот уже не уверена в своей адекватности. Потому что… слишком уж тяжелая энергия исходит от этого парня… пугающая.

Глава 4. Подвал под клубом

Сава

Где-то будто издалека долетают слова препода по экономике, но я мало что слушаю. Меня дико бесит этот тип со своим заносчивым взглядом и вечно усмешкой, будто все мы дерьмо. Хотя всё с точностью наоборот. Лев Николаевич прославился среди студентов как Мудак. И это, собственно, заслуженно. Высокомерное поведение, вечные колкие шуточки о студентах и оскорбления в их же сторону. Вообще, не удивлюсь, если в один из дней он не придёт на работу.

Время тянется словно патока, и это меня дико бесит. Буквально подмывает встать и поехать в клуб. По-моему, даже подпрыгиваю от нетерпения. А стоит парам закончиться, как я, не слушая Дена, который сидит рядом, подхватываю рюкзак и иду в жилое здание при академии. Ещё одна долбанная клетка, но надо признать, удобства в ней неплохие.

Захожу в комнату, которую, как приехал сразу же сделал под себя: загнал рабочих, чтобы покрасили стены в тёмный, провели подсветку на потолке и под кроватью. Последняя, кстати, уже была и в целом оказалась удобной. Естественно, никто ничего не сказал: сумма, которую всыпал отец, чтобы я тут учился, превышала нужную в три раза. Чего не сделаешь, чтобы нерадивого сыночка взяли под крыло, а то же совсем от рук отбился.

Смотрю время на экране часов. Пять часов до встречи. Нужно поспать, а потом принять душ. Опаздывать не хочется, да и вряд ли я это сделаю: слишком уж сверлит быстрее обо всём договориться. Не сомневаюсь, что у Яна есть помещение для того, что я задумал, вопрос лишь в цене.

С Басовым я знаком давно, но больше “привет-пока”. За исключением вечера перед началом учебного года, когда бухали вместе. Единственное, что я знаю наверняка – у него тёмное прошлое. Но он, как и Волков с братьями Беловыми нужные, полезные знакомства. И если с Волковым мне ещё более-менее комфортно, то братья немного… двинутые. Даже для меня. Это я тоже выяснил по тому же вечеру.

Скидываю толстовку на пол возле кровати, ставлю будильник на телефоне и падаю на подушку, мгновенно отключаясь.

Разлепляю глаза от настойчивого звонка. И нет, не будильника.

– Алло, – отвечаю на вызов.

– Привет, Савелий, как дела? – спрашивает на том конце отец.

– А что уже три месяца прошло, что ты решил позвонить? – усмехаюсь, потирая ладонями лицо, и сажусь на край кровати. – Нормально. Что нужно?

– Я не могу узнать, как у моего сына дела?