Кира Фарди – В паутине (страница 8)
О, если бы наша уверенность могла передаваться по воздуху или ментально!
Увы!
Лиза несколько дней провела в стационаре. С трудом родители вытаскивали ее домой, чтобы накормить и переодеть. Она отодвигала тарелку с едой, умывалась и снова рвалась из дома, но Пашка не приходил в себя. На третий день тот же доктор сказал прилетевшей матери Пашки:
– Увы, ваш сын впал в кому. Мозг еще жив, будем надеяться на выздоровление, но нужно время.
– В кому? – охнула Лиза, сидевшая у кровати любимого. – Как в кому?
Она перевела взгляд на бледное лицо и разрыдалась.
– Лиза, поезжай домой, – всхлипнула Маргарита Сергеевна, мама Пашки.
С этого дня Лиза почувствовала полную апатию. Школа, экзамены, поступление в вуз – все показалось таким ненужным и второстепенным. Она лежала на кровати в своей комнате, отказываясь выходить, есть и разговаривать. Жизнь без Пашки чудилась бессмысленной, лишенной красок.
Аня звонила, рассказывала школьные новости, уговаривала Лизу вернуться, потому что некому вести утреннюю трансляцию, и ее временно отменили совсем.
– В школе настоящий хаос. Все в шоке, – всхлипывала она в трубку. – Директор уволил ночного сторожа.
– А ты откуда знаешь?
– Я слышала случайно, как он на него кричал.
– Видимо, за дело. Я тоже не понимаю, как он допустил такую ситуацию.
– Никто не понимает. Он же должен был видеть Пашку, если тот пришел в школу рано. Да и грохот падения невозможно было не услышать.
– Может, он в туалет в этот момент вышел.
– Ты в это веришь?
– Не слишком.
– Вот и никто не верит, – Аня вздохнула. – А еще приезжали журналисты с камерами.
– Зачем? – вяло спрашивала Лиза.
– А я почем знаю. Хватить хандрить! Возвращайся!
И тут Лиза встряхнулась.
Папка! Он ведет расследование и наверняка что-то знает. Она выскочила из комнаты.
Услышав в коридоре отдаленные звуки ссоры, доносившиеся из кухни, Лиза бросилась туда и застыла перед дверью.
– Ты долго еще собираешься ее покрывать? – нападал отец.
– Пожалей девочку, Витя. Она сама не своя.
– Не защищай ее! Ты хочешь привязать дочь к инвалиду? Ты такого счастья ей желаешь?
– Витя, не кричи, – мама приглушила дрожащий голос. – Лиза услышит.
– И пусть слушает. Не первый и не последний ухажер. Если по каждому бойфренду она будет так убиваться…
Лиза чуть не задохнулась от обиды, жесткие слова острыми искрами пробили мозг и сердце. Она ворвалась в кухню с горящими глазами и выпалила:
– Пашка – единственный! Один на всю жизнь! Ничего ты, папка, не понимаешь! Как ты вообще на маме женился с такими мыслями!
Она неожиданно для себя разрыдалась. Сердце просто разрывалось на части от боли и тоски.
– Лизок, Лизок, ну что ты! – мама крепко прижала ее к груди. – Не слушай папу, он просто переживает за тебя.
– Да, Лиз, ты прости. Вырвалось. Если тебе трудно, побудь дома еще пару дней. Идите ко мне, девчонки.
Отец обнял своих девочек большими руками. Так и стояли они несколько секунд, словно время замерло в этом крепком объятии. Лиза чувствовала родительское тепло, а в груди разливалось чувство бесконечной любви и благодарности за понимание и поддержку.
– Спасибо, пап, – она вытерла слезы. – А что там с расследованием?
Отец сел за стол, взял кружку чая, выпил глоток. Лиза и мама терпеливо ждали.
– Дело закрыто, – наконец глухо сказал он.
– Как закрыто?
Лиза плюхнулась на диванчик, ударилась локтем о край стола, взвизгнула от боли. Но не отвела глаз от отца, настолько поразила ее новость.
– Все просто. Свидетелей падения нет, длинная рана на затылке соответствует ребру ступеньки, в ней нашли частички пыли и каменной крошки.
– А вахтерша? Она же как Цербер охраняет вход в лицей, никого не пропустит.
– Никто не знает, когда это случилось. Дверь в подвал на ночь закрывают, охранник говорит, что проверял ее. Значит пройти через этим путем твой Пашка не мог, а мимо ночного сторожа тем более.
– А камеры? В холле везде висят камеры.
– Внутренние камеры отключили на техобслуживание. Вот такой коленкор, – отец развел руками. – Утром пришел инженер на работу и обнаружил Пашку.
– Получается, кто-то знал, что камеры отключат?
– Дочь, не ищи проблемы там, где их нет. Парень споткнулся и неудачно упал. Не повезло. Так в жизни бывает.
– Но что он вообще делал на этой лестнице?
– Вот очнется, обязательно его спросим.
– И все-таки здесь что-то не так, – сомневалась Лиза. – Мы с Пашкой болтали по телефону накануне до ночи. Он никуда не собирался, шутил, смеялся, на свидание меня пригласил.
– Лизок, солнышко, не накручивай.
Отец поцеловал дочь в лоб и вышел из кухни.
– Доченька, иди собирайся, – засуетилась и мама, убирая со стола. – Ты наверняка несколько дней домашку не делала.
– Нет, мам, что-то здесь не так. Клянусь, я это узнаю!
Лиза вернулась в комнату озадаченная. Ее голова кипела от невысказанных вопросов, на которые не было ответов.
«Черт! Что-то я разнюнилась, – думала она, собирая тетради в школу. – Надо еще разобраться, что случилось с Пашкой».
Она легла в постель, открыла лицейский чат и поразилась количеству сообщений. Несколько дней она не заглядывала сюда, поэтому перелистала канал до момента происшествия.
Она читала смс, все больше удивляясь, насколько разное мнение вызвала ситуация с падением Пашки.
«Это несчастье, но я не слишком расстроилась», – писала девушка под ником КВ.
«Это еще почему?»
«Урод этот Владимирский. Самый настоящий!»
«Что мелешь, дура!»
«Не твое собачье дело!»
– Вот ведьма! – разозлилась Лиза.
Пальцы сами сжались в кулаки, так и врезала бы!
«Не ссорьтесь, девочки! Пашку пожалеть надо!» – попыталась успокоить соперников Вика Бро.