Кира Фарди – Снова ты?! (страница 8)

— Нет! — взвизгнули мы с мамой.

Я кинулась наперерез, закрыла собой столик и захлопала в ладоши.

— Так, заканчиваем страдашки! Через пятнадцать минут начало.

— Что!

Мама и Ленка вздрогнули и обе вытаращили одинаковые голубые глаза.

— На время посмотрите!

— Милка, боже! Ты еще не одета? — охнула сестра.

— Одета, — растерялась я и оглянулась на дверь: далеко ли до нее?

— Ты хочешь нашей смерти? — завопили обе. — Будто на похороны заявилась.

Я недоуменно оглядела себя: это они мой деловой костюм так сейчас охаяли? Ну да, я только что из универа, сдавала экзамен. Не всем бездельничать.

— Немедленно надевай! — рявкнула мама.

Я посмотрела в угол, где на вешалке висело ужасное розовое платье подружки невесты, и вздрогнула. Я всеми силами пыталась избежать этого безобразия, но мама и сестра пошли на меня, и пришлось сдаваться.

— У меня же очень хорошенький новый костюмчик, — выпалила я на всякий случай. — И даже не совсем черный. Вы только приглядитесь.

— Нет!

— Ладно, ладно, я сейчас.

Я схватила платье, нырнула в спальню, испуганно уставилась на огромную кровать, на белоснежном покрывале которой лепестками роз было выложено пылающее сердце, и шарахнулась обратно. Только начала снимать блузку, как дверь в номер невесты открылась.

— Девочки, вы готовы? — послышался голос Кирилла.

— Уйди! — завизжала Ленка. — Плохая примета.

Дальше я не слушала. Натянула на себя розовое безобразие и чуть не заплакала. Сейчас я походила на уродливую куклу Барби или на диснеевскую принцессу, правда, только одеждой. Ни мое лицо, ни фигура не вписывались в эти образы.

Увы, мне не досталась кукольная внешность сестры. Я стояла в этом розовом кошмаре и чувствовала себя не Золушкой на балу, а гусеницей, которую заставили надеть кокон наизнанку. Когда я смотрела на себя в зеркало, в голове крутились строчки песни: «Слева горы, справа горы, а в душе Кавказ».

Темные, густые и тяжелые волосы, круглые карие глаза, коровьи ресницы, которые все время хотелось подрезать. И вишенка на торте — маленький рост. Я на полголовы была ниже Ленки. Эдакий гриб-недоросток. И пышное платье только еще больше уродовало меня.

— Ну что, наша Золушка готова поразить мир? — мама заглянула в спальню. — Давай застегну молнию.

— Спасибо.

Я повернулась к ней спиной, ненавидя себя, сестру, решившую выйти замуж за сыночка олигарха, и это душащее розовое чудовище. Грубые кружева кололи кожу, а атласная подкладка противно липла к спине.

«Сниму его сразу после бракосочетания», — пришла спасительная мысль.

— Еще бант на волосы.

— Мама, ну зачем? — застонала я.

— Не перечь мне, Людмила! Хотя бы ты не трепи мои нервы. И сними это уродство! — она сдернула с моего носа очки. — Сколько раз говорила: носи линзы!

Я молча кивнула. Проклятое платье так стянуло мои ребра, что места для воздуха не осталось.

— Вы идите, я сейчас, приберусь тут.

— Мила, время!

— Мама, ты хочешь опоздать?

— Ой!

Мама вылетела за дверь. Я, шаря руками, потому что толком ничего не видела, быстро сложила свои вещи в шоппер и выскочила следом. Только свернула за угол, как со всего размаху врезалась во что-то. Меня окатило с ног до головы ледяным душем. Миг — и я стояла мокрая насквозь, а розовый кошмар на мне превратился в мокрую тряпку, прилипшую к ногам.

Чтоб тебе пусто было!— взвыла я и посмотрела на препятствие.

Передо мной стоял тот самый высокомерный засранец из автобуса и хлопал ресницами с видом человека, только что увидевшего привидение, да еще и мокрое.

Вместо стильной одежды от кутюр, на нем сейчас была надета униформа отеля, и сидела она на широких плечах заносчивого парня так, словно он принарядился для фотосессии. В одной руке он держал поднос с опрокинутым ведерком для льда, а в другой — бутылку шампанского. Я представила, что бы со мной случилось, если бы он не успел подхватить бутылку, и вздрогнула.

Вода от кусочков подтаявшего льда капала с подноса и растекалась лужицей по полу.

— Смотреть надо, куда несешься, коза! — рявкнул работник, не узнав меня, и присел, собирая лед.

— Ах, я коза? — взыграло во мне бешенство. — А ты... Ты...

Он неторопливо встал, окатил меня ледяным взглядом холодных серых глаз. Я мгновенно почувствовала себя ничтожеством, тараканом, участь которого — быть раздавленным под каблуком.

— Ну, и что я? — насмешливо фыркнул парень и ядовито прищурился. — Продолжай!

Слов у меня в запасе не нашлось. Я просто пнула его острым носком туфли по голени и отскочила в сторону.

— Ты... Мелкая стерва! — взревел он.

— Ян, чем ты занимаешься? — раздался грозный голос сзади.

Я обернулась: из лифта вышел молодой мужчина в строгом костюме. Я бросилась к нему.

— Ваш сотрудник сбил меня с ног и окатил водой. Он испортил моё платье, но, вместо того чтобы извиниться, еще и оскорбил.

— Ничего подобного, Макс... Максим Юрьевич. Это она неслась на меня, как ведьма на метле.

— Вот, слышите! — я торжественно откинула с лица мокрые волосы. — Теперь я еще и ведьма.

— Девушка, мы обязательно с ним разберёмся, — вежливо улыбнулся мужчина, которого наглец назвал Максом. — Как я могу компенсировать вам эту неприятность?

— Пусть этот мистер Зазнайка извинится.

— Я? Да ни за что!

— Девушка, отель дарит вам эту бутылку шампанского, — незнакомец выдернул бутылку из рук нахала. — И, если вы назовете свой номер, хаусмен принесет вам фрукты и сладости.

Номер? Я озадаченно посмотрела на мужчин. Если бы я его знала! Меня встретила сестра в холле отеля, я шла за ней, не глядя по сторонам.

— Н-на этом этаже, — я обернулась и уставилась на длинный коридор с одинаковыми дверями, терявшийся в мутном мареве. Из какого номера я вышла? — К-кажется, этот... Или, может, тот...

— Макс, ты теперь понимаешь? — уборщик торжественно потряс поднятым пальцем. — Она вообще не постоялец нашего отеля. Стоп! Может, она воровка?

Такое предположение возмутило меня до крайности. Нет, каков мерзавец!

— Я не воровка! У меня ключ есть, — с облегчением вспомнила я, вытащила магнитную карту-ключ из сумочки и замерла: на ней не было цифр.

— Ха! Да я таких карточек сколько угодно на цветном принтере напечатаю. Воровка, как есть. Макс, вызывай охрану.

И тут дверь лифта снова открылась, и в коридор выскочила мама. Увидев меня в компании двух мужчин, она вскрикнула, ее лицо, блестевшее от пота, исказила гримаса отчаяния.

— Мила, да что же это такое! Мы тебя потеряли. И... Что здесь происходит? — тут она увидела, что мое розовое безобразие покрыто мокрыми пятнами. — О боже! В каком ты виде!

Мама всплеснула ладошками, схватила меня за плечи, развернула, как куклу. Слава богу, что не шлепнула по пятой точке от злости, иначе бы я сгорела от стыда.

— Мадам, из какого вы номера? — крикнул вслед администратор. — Мы пришлем вам комплимент от отеля.

— Этого хватит.

Мама выдернула из рук заносчивого хаусмена бутылку шампанского и потащила меня за собой.