Кира Дей – Палач короля (страница 7)
– Однако я удивлён, – пробормотал мужчина, разглядывая нож. – Полагал, такие кинжалы всегда идут в паре, и их нельзя разлучать.
Тара невольно вздрогнула. Она знала, что клинки действительно шли в паре, и один из них дядя подарил ей. Но это было их маленьким секретом. Лорд Олар не разрешал дочерям хранить оружия и никогда не учил их с ним обращаться. Вряд ли отец обрадуется, если узнает, что Тара держит нож под подушкой в своей спальне. Девушка с замершим сердцем посмотрела на дядю.
– Правда? – искренне удивился Иден. – Я этого не знал. Да и торговец на рынке в Шотуре ничего об этом не упомянул. Должно быть, сразу разглядел во мне новичка и неместного. Теперь я даже думаю, он с меня тогда втридорога взял.
– Да, на базаре в Шотуре вас запросто надуют, мой друг. У наших купцов просто глаз на таких, как вы, столичных простачков, – Туар добродушно рассмеялся, возвращая Идену кинжал.
Тот быстро спрятал его в ножны и, мельком глянув на девушку, едва заметно ей подмигнул.
Леди Коллен пригласила всех к столу, и Тара, к своей досаде, обнаружила, что сидеть за ужином ей предстоит рядом с лордом Мюреном. Иден устроился напротив, рядом с раскрасневшейся от возбуждения и счастья Леоной. Та без умолку рассказывала дяде о последних приготовлениях к свадьбе. Он улыбался и, казалось, внимательно слушал. Но Тара замечала, с какой неприязнью он то и дело поглядывает на лорда Мюрена. Девушке подумалось, что таким холодным и острым взглядом можно перерезать горло не хуже, чем кинжалом. Она даже занервничала. Не хватало ещё, чтобы кто-то это заметил. Тара перехватила взгляд дяди и отрицательно покачала головой. Иден нахмурился и опустил глаза.
Разговор зашёл о свадьбе и предстоящем торжестве. Лорд Туар планировал задержаться в городе до церемонии, назначенной на конец следующей недели. Уточнялось меню, обсуждалась музыка и детали остававшихся приготовлений. Леона уже радостно рассказывала, какие красивые и редкие цветы она заказала для украшения зала. Тара же молча слушала, не уделяя особого внимания разговору. Её куда больше волновала рука лорда Мюрена, которая то и дело невзначай касалась под столом её колена. Девушка делала вид, что не замечает этого, но, когда пальцы лорда игриво погладили её по бедру, не выдержала и с силой скинула руку мужчины, ударив того локтем в бок. Мюрен пошатнулся и едва не выронил бокал с вином на белоснежную скатерть.
– Простите, – приглушённо извинилась девушка, поймав на себе недовольный взгляд матери.
Гидон Мюрен беспечно улыбнулся, будто ничего не произошло, и его руки вновь исчезли под столом. Иден заметил, как Тара залилась краской и закусила губу, словно пытаясь заставить себя сидеть смирно и не шевелиться. Вид у неё был затравленный, словно у перепуганной, загнанной в ловушку лани. Иден сжал в руках салфетку, стараясь подавить захлестнувшую его вдруг злость. Этот мерзавец Мюрен совершенно не знал границ в своих приставаниях! С каким удовольствием Иден выволок бы его сейчас из-за стола и отсчитал ему пару хороших ударов в челюсть. Но обстановка для этого была не самой подходящей.
– Вы уже решили, где станете жить после свадьбы? – спросил лорд Туар у сына. – Как я понял, на север ты возвращаться не торопишься?
– Не теперь. Моя новая должность надолго привяжет меня к столице, – улыбнулся Аррит. – Мы с Леоной останемся в Рахшаре, отец. Да и в свете последних событий Шотур, кажется, не самое безопасное место. Я слышал о бунте, поднявшемся в пограничных деревнях.
– Бунте? – презрительно хмыкнул Туар. – Разве можно назвать бунтом обычный крестьянский мятеж?
– Правда, Аррит, эти волнения едва ли стоит принимать всерьёз, – поддержал его Мюрен. – Кучка магов и их последователей против целого северного войска. Это просто смешно.
– К тому же я уже с этим разобрался, – продолжал старый лорд. – Ничто больше не угрожает спокойствию на моей земле.
– А род Туар в самом деле уже много лет управляет северными землями от имени короля? – вдруг спросила Тара.
– Верно, – Туар кивнул. – Я являюсь наместником его величества.
– Поправьте меня, лорд Туар, но разве в обязанности правителя не входит заботиться о жителях оставленных на его попечение земель, защищать их жизни, права и свободы? – продолжала та, прожигая мужчину взглядом. – Разве это не так?
– Тара, – строго одёрнул её отец, но девушка сделала вид, что не услышала.
Лорд Туар вытер губы салфеткой и с любопытством посмотрел на девушку.
– Все так, юная леди, – ответил он, помолчав. – Забота о жителях входит в мои обязанности.
– Однако я слышала, что вы весьма жестоко и кроваво обошлись с восставшими. Говорят, ваши солдаты сожгли несколько деревень с недовольными жителями, среди которых даже не было магов. Одни крестьяне. Вы полагаете, подобная безжалостность отвечает понятию «заботы о подданных»?
Мужчина молчал. Он нахмурился и исподлобья пристально разглядывал девушку.
– Вы весьма жёстко отзываетесь о принятых мною мерах по наведению законного порядка, – наконец, сухо проговорил он, сделав ударение на последних словах.
– А как бы вы сами описали эти кровавые убийства?
За столом на миг повисла тягучая тишина. Казалось, напряжение, вызванное словами девушки, можно было пощупать рукой.
– Я действовал в интересах Лиоса и по приказу его величества, – стальной голос Туара, словно ледяная вода, заставил Тару похолодеть. – Мне показалось, или вы не одобряете политику короля?
– Помилуйте, лорд Туар, – усмехнулся Иден. – Едва ли молоденькая хорошенькая девушка вообще что-то смыслит в политике. Как по мне, так юная леди всего лишь начиталась бульварных газетёнок. Как известно, пресса любит уделять особое внимание кровавым и жутким подробностям, а леди Тара у нас весьма впечатлительна. Такое низкопробное чтиво, которым, к несчастью, кишат улицы нашей столицы, способно превратить даже самую умную и любознательную леди в глупенькую канарейку, повторяющую за столом всякий вздор. И всё же мягкосердечность и милосердие, свойственное всем юным девушкам, вряд ли можно всерьёз назвать «политическими убеждениями».
Лорд Туар с шумом выдохнул и с интересом посмотрел на Идена. Тот лукаво улыбнулся и пожал плечами. Мол, а чего ещё ждать от молоденькой девчушки?
– И всё же, Олар, ваша младшая дочь довольно решительно высказывается для столь юного возраста, – уже более спокойным тоном продолжал старый лорд. – А ведь, критикуя мои меры, она весьма нелояльно отзывается и о королевской власти.
Лорд Коллен вспыхнул от стыда за поведение дочери и взволнованно пробормотал:
– Простите, ваша светлость. Уверен, Тара не имела в виду…
– А когда же молодёжь высказывалась сдержанно и лояльно? – бесцеремонно перебил кузена Иден и рассмеялся. Да так искренне, что и сам Туар невольно вынужден был улыбнуться. – Уверен, и вы в её возрасте считали, что лучше других разбираетесь в том, что правильно и необходимо для блага королевства. Молодость! Завышенные идеалы, желание сделать этот мир лучше. Несомненно, многие из нас в своё время критиковали некоторые королевские законы.
– Не буду спорить, – неохотно согласился тот, – но…
– Ещё двадцать лет назад критика власти была излюбленной темой разговоров среди столичной молодёжи. Это сейчас они притихли, перепуганные палачом. Теперь ведь даже неосторожно брошенное слово может быть воспринято как измена. Меня, признаться, это даже немного расстраивает. Теперь молодых людей в политику силками не затащишь. Каких трудов лорду Олару стоило убедить даже
Тара ахнула. Несмотря на шутливый тон дяди, она заметила, как от его слов побледнел Туар. Он пронзил Идена испепеляющим взглядом. Девушке показалось, что старый лорд готов был вскочить и броситься на него за такой оскорбительный намёк. И каково же было её удивление, когда вместо этого мужчина вдруг хитро улыбнулся и ответил:
– Вы правы, Иден. И к чему эти пустые разговоры о политике за столом? Будто других тем не найдётся, – он повернулся к Мюрену: – Я слышал, вы намерены уступить ваш особняк в Рахшаре молодой чете?
Казалось, даже столовые приборы в этот миг вздохнули с облегчением. Тара поняла, что опасность миновала, даже отец постепенно стал приходить в себя и поднял глаза на важного гостя. Лорд Мюрен же довольно улыбнулся и чинно кивнул Туару, преисполненный гордости за своё великодушие.
– Да, это правда, дорогой зять. Я планирую насовсем перебраться в свой загородный дом. Устал от столичной суеты.
– Дядя Гидон очень щедр, – Аррит с благодарностью посмотрел на Мюрена.
– Только, надеюсь, вы не выставите старика за дверь, едва отзвонят свадебные колокола? – рассмеялся тот. – Я вынужден ещё ненадолго задержаться, пока не подготовлю усадьбу к переезду. Но вы не стесняйтесь, обживайтесь. Уверен, молодая хозяйка в первую очередь захочет заново обставить весь дом.
Леона смущённо улыбнулась, а у Тары на миг перехватило дыхание. Так вот про какой «новый дом» говорила ей сестра, когда просила помочь с обстановкой комнат. Они с Арритом будут жить в особняке Мюрена? Зря она не уточнила этого до того, как Тара согласилась пожить у неё первое время, чтобы вместе заняться планировкой жилища молодожёнов.
О боги! Жить с Мюреном под одной крышей! Ведь этот развратник ни за что не переедет в загородное поместье раньше, чем подчинит Тару своей воле в каком-нибудь тёмном углу особняка. Девушка вздрогнула.