Кира Беркут – Мандариновый латте с послевкусием неприятностей (страница 3)

– Меня на работу взяли, – будничным голосом сказала Люба, а сама украдкой следила хитрым взглядом за реакцией мамы.

– Да ты что? – всплеснула руками женщина, и ее глаза тут же загорелись надеждой. – И как у тебя первый день прошел?

– Ну, отправила в химчистку рубашку босса за три тысячи евро, искупала лифт в своем же кофе, чуть не опоздала и получила сравнение с кинозвездой Любовью Орловой, – хихикнула девушка и снова принялась за ужин. – Так что насчет лечения даже не думайте – если врач дает хоть какой-то прогноз, надо начинать и делать. Потому что ждать нам просто некогда, согласитесь! Ведь чем больше времени прошло, тем сложнее нашего Вареника будет потом разговорить!

– Люба, но жить-то нам на что-то надо! – мама покачала головой. – У нас нет таких денег!

– Я же сказала – у меня скоро начнет капать зарплата! Кое-что из накоплений пока попробуем взять, если что-то еще осталось. Если нет – попробую на работе аванс выпросить, чтобы нам продержаться как-то до момента, пока я не начну получать нормальные деньги, – Люба чувствовала, что мама готова согласиться, но еще чего-то пока сомневается.

– Ох, не загадывала бы я, солнышко, пока на получение зарплаты, – с недоверием покачала головой женщина. – Ведь если это та компания, про которую ты мне рассказывала и куда ходила на собеседование – там же еще удержаться надо. А ты – вчерашняя студентка еще пока.

– Удержусь, мам, не переживай, – Люба задорно подмигнула. – Если меня после сегодняшнего не выгнали, то и дальше не выгонят точно! – и она в красках расписала все свои приключения утра первого рабочего дня, отчего мама заливисто расхохоталась, а испуганная племяшка вылетела в кухню из комнаты и расплакалась, но потом быстро поняла, что ничего не произошло, схватила со стола мандарин и рванула обратно в комнату играть с куклами.

Глава 4

– Любовь Орлова, я даже приятно удивлен, – на губах Савелия Маркова играла издевательская улыбка. – Сегодня Вы не опоздали, не облили меня своим непонятным пойлом, которое Вы так активно называете мандариновым латте! Кажется, Вы начинаете учиться? – ироничный голос заставил Любу покраснеть до кончиков волос, словно бы сейчас она была незадачливой школьницей, которую можно вот так легко отчитать.

– Мне нужна эта работа, – еле слышно пролепетала девушка, не поднимая глаз. – И я постараюсь впредь не допускать подобных ошибок, как была в первый рабочий день.

– Проверим, – хмыкнул он, почти закрыв за собой дверь в кабинет. – Кстати, собери мне совещание с финансовым директором и хорошо знакомой Тебе Татьяной Александровной. Тему совещания озвучивать не нужно. И, когда они придут, принеси мне апельсиновый сок. Апельсины вчера должен был привезти курьер, если Вы, Любовь Орлова, не забыли их заказать.

– Апельсины приехали вчера в конце рабочего дня, – бодро отрапортовала девушка, так и не поднимая глаз на своего руководителя. – Все сейчас исполню. Через сколько всем нужно подойти?

– С учетом того, что Татьяна Александровна у нас – та еще царица, то пусть все подойдут через пятнадцать минут, – взглянул он на наручные часы, которые, к удивлению помощницы, не заменил по модному веянию на электронные, привязанные к смартфону. – И тебе хватит этого времени, чтобы все приготовить, в том числе, мой апельсиновый сок. Совещание в переговорной – мне нужен большой экран.

Люба кивнула, дождалась, пока за Марковым закроется дверь его кабинета, и поспешила выполнять поручения.

Сначала девушка быстро вымыла апельсины, порезала так, как ее учила Татьяна Александровна, и зарядила соковыжималку, чтобы она сделала напиток. Пока та пыхтела и выдавливала все капли, Люба обзвонила участников совещания и пригласила в переговорную руководителя, четко обозначив, через какое время они должны подойти. Следующим шагом было налить сок в стакан, предварительно водрузив на него ситечко, чтобы мякоть осталась наверху, а пока он будет фильтроваться – быстро запустить большой экран в переговорной, ибо этот зверь быстро не запускается, а после подключиться к серверу компьютера Маркова, чтобы тот мог спокойно запустить все, что находится на его ноутбуке в кабинете.

Когда девушка все закончила и вышла в приемную, там уже были финансовый директор с его неизменной спутницей-помощницей. Сегодня она была в идеально выглаженных брюках. Жгуче черные волосы завязаны в высокий хвост, а под пиджаком виднелся тонкий шелковый топ по цвету близкий к ее загорелой коже. Татьяна Александровна вошла в приемную последней, и Люба распахнула перед участниками совещания дверь в переговорную, а сама устремилась доделывать сервировку стакана с соком и убирать следы приготовления.

– Все на месте? – дверь кабинета распахнулась, и Марков, успевший снять пальто и завязать галстук на мощной шее, появился на пороге.

– Да, Савелий Егорович, – Люба кивнула и взяла в руки поднос.

– Хорошо, сок подашь и можешь быть свободна. Совещание протоколировать не нужно, – бросил он и в два шага пересек приемную, чтобы войти в переговорную.

Люба кивнула и засеменила за ним следом, потому что с ее небольшим ростом она просто физически не могла успеть за руководителем, потому что и шаги у нее были тоже сравнительно небольшие.

Когда он опустился в кресло, не издавшее ни звука под ним несмотря на его габариты, Люба поставила на приставной столик рядом с местом Маркова поднос, на котором был выставлен стакан и выложены листики мяты, кивнула и быстро ретировалась из переговорной.

Вернувшись в приемную, девушка окинула взглядом помещение и поспешила как можно быстрее убраться, чтобы ее царство выглядело не как кухня в дорогом ресторане, а как приемная руководителя. Но, к ее удивлению, много времени у нее это не заняло – вся уборка прошла быстро, и она вернулась к своим обязанностям, периодически оглядываясь на двери переговорной, которые сама же плотно прикрыла.

Вдруг они распахнулись с бешеной скоростью, и в приемную вылетела Татьяна Александровна.

– Врача! – крикнула она, вращая глазами так, что они хотели вылететь из орбит. – Срочно скорую! У Савелия анафилактический шок!

Люба трясущимися руками набрала номер скорой со своего смартфона и вызвала бригаду, стараясь говорить спокойно и четко.

Следом пошел звонок в службу безопасности, чтобы на этаж поднялась охрана, а сама девушка, схватив аптечку, рванула в переговорную.

Губы Маркова посинели, глаза закатились, а сам он часто и прерывисто дышал, как будто что-то ему мешало.

Девушка быстро, но очень аккуратно, помня, сколько стоит его одежда, развязала галстук и расстегнула верхние пуговицы рубашки, освобождая возможность ему дышать.

Начальник охраны был тут как тут, когда она добралась до манжеты рубашки, чтобы подкатать ее наверх и открыть доступ к венам.

– Молодец, дальше я, – быстрым и сильным движением вошедший мужчина отстранил Любу и достал из небольшого металлического контейнера, который до этого держал в руке, шприц. – Это противоаллергическое, иначе Савелий Егорович не доживет до приезда скорой, – прокомментировал он свои манипуляции, быстро нашел вену и вонзил туда шприц, даже не думая о том, чтобы протереть это место для обеззараживания.

Люба смотрела на все происходящее как завороженная – словно все сейчас происходило не с ней, а в каком-то странном кино, причем с не самым приятным сюжетом.

Скорая приехала в тот момент, когда лекарство еще не начало действовать. Бригада врачей быстро осмотрела Маркова, сверилась с тем, что сделал начальник охраны, и, погрузив мужчину на носилки, удалилась прочь.

Татьяна Александровна вызвалась ехать вместе с ними, чтобы на месте решить все необходимые вопросы, а начальник охраны остался в переговорной – сейчас ему предстояло выяснить, что привело к случившемуся с их руководителем.

Люба только сейчас заметила, что сжимает в руках до сих пор галстук Маркова, который снимала с него, чтобы облегчить ему возможность дыхания.

Финансовый директор вернулся за стол и продолжил что-то записывать в своем блокноте, а его помощница со скучающим видом уселась на диван для гостей, стоящий в углу переговорной, и стала смотреть в окно, словно там происходило что-то гораздо более интересное, нежели было внутри помещения.

– Любовь Витальевна, так как Вы находитесь всегда в постоянном контакте с Савелием Егоровичем, – мягко, но с нажимом обратился к ней начальник охраны – приятный мужчина с чуть седоватыми висками, чем-то отдаленно похожий в своих чертах лица на самого Маркова, – то Вам лучше всего известно, что сегодня происходило с утра.

Люба кивнула и в подробностях описала утро, когда приехал Марков и дал ей распоряжение приготовить сок, а потом собрать совещание.

– Скажите пожалуйста, а Вы знали, что у Савелия Егоровича аллергия на мандарин и все его производные, которая может привести к анафилактическому шоку? – он смотрел пристально на девушку, словно пытаясь по ее поведению понять, чего от нее ожидать.

– Нет, – замотала головой Люба. – Мне этого никто не говорил. Но сок я готовила из апельсинов, а не мандаринов. Заказ вчера привез курьер, потому что нужно было пополнить запасы. И там мандаринов точно нет – я слишком хорошо знаю эти фрукты, потому что их очень люблю.

– Хорошо, – кивнул начальник охраны. – Я попрошу Вас всех не покидать свои рабочие места в течение сегодняшнего дня, потому что в полицию мы сообщать не будем, а вот внутри компании будет проводиться собственное расследование.