Кира Беркут – Малиновое вино страсти (страница 9)

— Владислав... — произнес он, чуть щурясь. — Простите великодушно, запамятовал отчество.

— Андреевич, — с готовностью подсказал Влад, ничуть не смутившись. — Владислав Андреевич Кротов. Мы с вами пересекались на прошлогоднем приеме у губернатора, помните? Вы еще говорили речь о необходимости реформирования наследственного права, а я потом подошел к вам с вопросом. Частным вопросом.

— Да, припоминаю, — кивнул Разумовский, и в его голосе прозвучала та особая вежливость, за которой опытный человек мог бы разглядеть желание поскорее закончить разговор. — Вы интересовались нюансами оформления дарственных. Если не ошибаюсь.

— Именно, именно! — Влад рассмеялся и вдруг перевел взгляд на Анну, стоявшую чуть в стороне. — Так вы, значит, знакомы? Вот уж действительно: мир тесен. Анна, а ты не говорила, что у тебя такие внушительные знакомства. Кирилл Григорьевич — один из лучших адвокатов города. Его услуги, насколько я слышал, стоят недешево.

Последнее предложение он произнес с особой интонацией — не то восхищенной, не то намекающей. Анна почувствовала, как внутри закипает раздражение. Он снова делал то же, что и на вечеринке: задавал вопросы, ответы на которые явно знал или о которых догадывался, и смотрел на нее с тем самым выражением человека, который только что нашел недостающий фрагмент головоломки.

— Мои отношения с адвокатом — не тема для уличной беседы, — сказала она спокойно, но с нажимом. — У нас действительно были дела, и теперь, когда они закончены, мы с Кириллом Григорьевичем хотели бы поехать домой. Извини, Влад.

Она уже хотела обойти его, но он вдруг тронул ее за локоть — легко, почти невесомо, но достаточно, чтобы задержать еще на пару секунд.

— Ань, я же не из праздного любопытства спрашиваю, — он попытался придать голосу искренность, и это у него почти получилось. — Ты выглядишь уставшей. Осунувшейся. Я же вижу — что-то случилось. Может, помощь нужна? Я могу быть полезным. Правда.

С минуту она колебалась. В его словах, если вычленить их из шелухи наигранного участия, действительно звучала какая-то неподдельная нота — словно он и впрямь переживал за нее. Но Анна слишком хорошо помнила тот разговор на вечеринке, слишком отчетливо видела его лицо в тот момент, когда он впервые осознал, что она — не просто студентка. И она понимала: за всеми его вопросами стоит не забота, а любопытство охотника.

— Спасибо, но я справлюсь, — ответила она и, не дожидаясь новых расспросов, решительно направилась к машине.

Разумовский, молча наблюдавший за этой сценой, коротко кивнул Владу и последовал за ней. Уже сидя в автомобиле и пристегивая ремень, Анна заметила, что Влад все еще стоит на тротуаре — кофе в его руке, должно быть, совсем остыл, но он, кажется, этого не замечал. Его лицо выражало странную смесь досады и азарта. Он не сердился. Он прикидывал. Просчитывал. И это ее пугало больше, чем открытая враждебность.

Машина тронулась и, мягко шурша шинами по мокрому асфальту, покатила прочь из центра. Анна откинулась на спинку сиденья и наконец позволила себе выдохнуть. За окном проплывали деревья с облетевшей листвой, серые фасады домов, редкие прохожие, торопящиеся укрыться от начинающегося дождя. Некоторое время в салоне стояла тишина, нарушаемая только приглушенным гулом двигателя.

— Этот молодой человек, — заговорил Разумовский, не поворачивая головы, — он Вас беспокоит?

— Он меня... настораживает, — Анна подбирала слова осторожно, словно боялась, что каждое из них может оказаться слишком громким. — Мы познакомились месяц назад, на студенческой вечеринке. И с тех пор он как будто... возникает. То тут, то там. Сначала я думала — случайность. Теперь уже не уверена.

— Он знает о Вашем положении? О винодельне?

— Теперь — да, — она вздохнула. — То есть, я ему не говорила, но он догадался. Он вообще, кажется, из тех людей, которые умеют узнавать то, что им нужно.

Разумовский помолчал, похлопывая пальцами по портфелю. Когда он снова заговорил, в его голосе появилась та особая, почти отеческая интонация, которую Анна слышала от него лишь однажды — в день, когда они с отцом обсуждали будущее винодельни.

— Анна Олеговна, я бы советовал Вам быть с ним поосторожнее. Такие люди, как он, — он чуть помедлил, подбирая слово, — обладают редким чутьем на чужие возможности. Они видят не человека, а перспективу. И если эта перспектива кажется им привлекательной, они не останавливаются ни перед чем.

— Вы думаете, он...?

— Я ничего не думаю, — Разумовский едва заметно усмехнулся. — Я просто давно работаю с людьми и привык замечать детали. А детали таковы: он узнал меня на улице, хотя видел всего раз, и тут же вспомнил, о чем именно мы беседовали год назад. Это говорит о хорошей памяти, но также и о том, что та встреча была для него важна. Ему зачем-то понадобилось консультироваться о дарственных. Теперь он видит Вас рядом со мной и мгновенно соединяет два факта: Вы — наследница, я — Ваш адвокат. Слишком быстро соединяет. Слишком уверенно.

Анна ничего не ответила. Она смотрела, как дождевые капли стекают по стеклу, оставляя на нем извилистые дорожки, и думала о том, что Разумовский прав. Во всем прав. Она и сама чувствовала это — то, что Влад не остановится. Что он будет искать новые встречи, новые поводы для разговоров. Что он уже начал свою игру, и теперь ее задача — не дать себя обыграть.

— Спасибо, Кирилл Григорьевич, — сказала она наконец, поворачиваясь к адвокату и впервые за этот день улыбнувшись. — Я буду осторожна.

— Вот и славно, — отозвался он, открывая портфель и доставая какую-то папку. — А теперь давайте сверим последние цифры по третьему пункту. Кажется, нотариус все-таки допустил помарку в реквизитах.

Анна кивнула и взяла протянутые ей бумаги. Разговор о Владе был окончен — по крайней мере, на сегодня. Но где-то на краю сознания, как далекая грозовая туча, уже клубилось предчувствие: этот человек еще вернется. И вернется он не случайно.

Глава 9.

Утро встретило Варвару бледным солнечным светом, пробивающимся сквозь легкий утренний туман, что окутывал сады «Каро Шантильи». Она проснулась рано, еще до звонка будильника, и некоторое время лежала, глядя в потолок и прокручивая в голове вчерашние события. Разговор с Разумовским в саду, его странные намеки, второй конверт с приглашением на завтрак — все это складывалось в картину, которая ей пока не нравилась. Точнее, нравилась, но той особой, профессиональной симпатией, какую вызывает у следователя хорошо закрученное дело.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.