Кира Алиева – Исцелю тебя (страница 24)

Не сводя с Тани глаз, я поднёс её руку к губам и поцеловал кончики пальцев. Пальчики были тонкие, изящные, с аккуратным маникюром на коротко стриженных ногтях.

В моих ладонях нежная девичья ручка выглядела такой хрупкой и маленькой.

Не стал отказывать себе в удовольствии, погладил большим пальцем внутреннюю сторону ладошки. Почувствовал, как пульс Татьяны потихоньку сходит с ума, румянец сделался ещё сильнее.

— Спокойной ночи, — ещё один поцелуй, только в тыльную сторону ладони. Задержался губами много дольше простого жеста вежливости. Кончики Таниных пальцев подрагивали, не только меня, значит, вся эта ситуация взбудоражила.

Чтобы не сорваться, повернул кресло и выехал из комнаты. И замер в коридоре, когда в спину прилетел тихий шёпот.

— Спокойной ночи, Дима.

После того вечера между нами воцарилась такая атмосфера, что я снова стал спокойным. Мы очень много времени стали проводить вместе. Я за работой сижу, Таня и Алина где-то рядом возятся. И такой мощный позитив излучают, что у меня рядом с ними словно второе дыхание открылось.

Работал над проектом с таким воодушевлением, что Аркадий нарадоваться не мог, да и Олег довольным ходил. Всё складывалось как никогда лучше. Приезжала мама, с порога заметила моё настроение, удивилась и порадовалась. Не переставала благодарить Олега и восхищаться Таней. В доме царила идиллия во всём. Неделя прошла, как один миг.

Глава 30

Сегодня попался чертовски увлекательный проект. Погрузился в него с головой, даже обедал и ужинал, воткнувшись в экран ноутбука.

Когда оторвался — поразился царившей вокруг тишине. Поглядел за окно — темнота.

В доме тоже царил полумрак, только лампа рядом со мной горела и виднелось тусклое ночное освещение из коридора.

Отложил ноут в сторону, похрустел плечами. Федор меня убьёт и будет прав, нельзя мне так засиживаться.

Вспомнил, как Олег вроде раза два гнал меня спать, но я отмахивался, говорил, что ещё чуть-чуть и пойду. Походу, я так увлекся, что все в доме давно спят, один я тут торчу, трудоголик несчастный.

Выехал из своего рабочего уголка в гостиной, огляделся — и умилился. Татьяна с Алиной, похоже, увлеклись игрой, так и заснули на диване в невообразимых позах.

Подъехал поближе, потрепал дочку по растрёпанной макушке. Мой свет и смыл моей жизни. Она ещё такая маленькая, а уже получила от судьбы столько ударов, что не каждый взрослый бы устоял.

Но моя малышка, даже после ухода Светланы не изменилась. Хотя нет, изминения есть, Алинка стала более спокойной, начала показывать свои чувства и желания. Даже страшно подумать как Светлана обращалась с дочерью, когда они были наедине.

Ну и черт с этой потаскухой, дочь со мной, она счастлива. Этого мне более чем достаточно. Алина даже спать стала лучше. Не плачет и не истерит как раньше. Вон даже сейчас спит, крепким сном маленького ангелочка. А поза то какая забавная.

Мда, оставлять её здесь не стоит, ребенку полагается спать в своей постели!

Пару минут подстраивался, чтобы взять Алину поудобнее, пристроил её на коленях, повёз в спальню. Повезло, что она такая маленькая и легонькая, будь на пару лет постарше, возможно, отвезти её было бы для меня проблемой. А так нормально, одной рукой свою ношу драгоценную придерживаю, второй рулю.

Хорошо что у коляски автоматический привод и крайне удобно расположение наших комнат. Они рядом и находятся на первом этаже.

Занёс малышку в спальню, уложил на кровать. Такое вроде простое действие, а пришлось повозиться.

Переодевать уже не стал, тапочки только снял. Поцеловал в щеку, обнял. Радость папина, совсем без неё бы загнулся.

Подоткнул одеяло и подумал об оставшейся в гостиной Татьяне. Её я точно не донесу, чисто технически не удобно. Но и оставлять как есть...

Подумав, взял с её кровати одеяло и носки из-под подушки — Алина по секрету рассказывала, что ночами у Татьяны постоянно мёрзнут ноги, как бы тепло в комнате не было, поэтому она всегда спит в носках.

Вернулся в гостиную. Татьяна спала на диване, вся перекрутившись, видимо, как с Алинкой играла, так сон и настиг.

Первым делом аккуратно распрямил её и уложил поудобнее, пристроив под голову подушку. Не удержался, провел пальцами по её щеке. Даже повод был — убирал выбившиеся из хвоста волосы. Кожа была нежная, бархатистая, так бы ласкал и ласкал.

Напомнил себе, что я здесь не за этим. Осторожно вынул девичьи ножки из тапочек, пристроил себе на колени. Чувствуя себя принцем одновременно из Золушки и из Спящей красавицы, натянул носок на одну изящную ножку, потом на другую.

Решил, что носки короткие, ноги длинные, надо погреть хотя бы всё, что до колена. Конечно, дело только в этом!

Провёл ладонью по Таниной ноге до коленки и обратно к носкам. Сначала быстрыми энергичными движениями, потом ладонь стала замедляться и вскоре я поймал себя на том, что попросту глажу стройные девичьи ножки.

Мысленно дал себе оплеуху, торопливо растер вторую ногу для симметрии и попытался накрыть Татьяну одеялом. Но сидя в кресле это было немного неудобно делать, поэтому я накинул одеяло, как смог, и осторожно распрямил его по всему Таниному телу, по привычке подтыкая снизу, как у Алины.

Начинал с ног, поэтому в конце остановился у головы Татьяны. Осознал, насколько она близко сейчас, и сердце ухнуло вниз. Залюбовался, глядя на её нежные губы, на длинные ресницы. Одеяло сползло с одного плеча, я собирался вернуть его на место, но не смог побороть возникшее искушение.

Худенькое обнажённое плечико так трогательно и так маняще выглядывало из-под теплого укрытия... Я осторожно коснулся его кончиками пальцев.

Погладил.

Что меня сводило в Татьяне с ума — это даже не её красота, хотя на внешность девушке было грех жаловаться.

Меня тянуло прикасаться к ней. Везде.

По всякому. Нежно, трепетно, чуть заметно. Дерзко, жадно, на грани дозволенного.

Порочно и неистово, там, где, я уверен, Татьяну ещё никто не трогал. Её кожа была такой нежной на вид и на ощупь. Мне маньячно хотелось касаться её буквально везде! Тонкий цветочный аромат сводил с ума. Сердце колотилось в груди так громко, что мне казалось, я ничего не слышу, кроме него.

Я мог бы поцеловать сейчас Татьяну, и никто бы не узнал. Все спят. Татьяна тоже. Я склонился к её лицу, жадно лаская взглядом каждую его черту.

Поздно, поздно разглядел я всю эту красоту!

Отстранился, покачал головой, выключил лишний свет и покатил к себе в спальню.

Мне казалось, на пальцах остался еле уловимый цветочный запах, а голове калейдоскопом сменили одна другую картинки сегодняшних впечатлений: Танины ноги у меня на коленях, изящная ступня в моей руке, пока я надеваю на девушку носки. Плавные изгибы её тела, которого я смог коснуться, пусть и через одеяло. Плечо. Расслабленное спящее лицо совсем рядом.

Кажется, я схожу с ума. Эта девушка стала моим наваждением, моим тайным порочным желанием.

Глава 31

ДМИТРИЙ

Сегодня мы с Татьяной, так уж вышло, совершенно одни в доме. Прислуга взяла отгул до вечера, Алину мама взяла к себе на пару дней, очень уж соскучилась. Олег на работе, Маша с Богданом в гости к подруге уехала.

До обеда занимался делами, потом решил прокатиться туда-сюда, чтоб голову немного разгрузить.

На автомате выехал на кухню, заслышав, как Татьяна что-то напевает, стоя у плиты. Припомнил, что она грозилась приготовить на ужин своё фирменное мясо с черносливом, видимо, этим сейчас и занималась.

На несколько минут я замер в дверном проёме, любуясь ладной фигуркой, которая чуть пританцовывала под мотив той песенки, которую напевала.

Потом решил, что невежливо так пялиться, кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Кхм... Привет, Танюш. Готовишь?

Она чуть вздрогнула, обернулась, помахала мне кончиками пальцев, приветливо улыбаясь.

— Привет! Да, есть такое, с блюдами от профессионала не сравнить, но родители с сестрой за добавку чуть ли не дрались!

На миг она погрустнела, вспомнив о своих близких. Я подкатил поближе, легонько сжал её локоть в знак поддержки.

— Мы обязательно найдем твою сестру, вот увидишь! Не думаю, что с ней совсем уж всё плохо, не станут же сотрудники детдома кому попало ребенка отдавать?

— На это только и надеюсь, — печально вздохнула девушка, помотала головой и через силу улыбнулась, — Не будем о грустном. Мама говорила, что готовить надо всегда только в хорошем настроении, тогда вкуснее получается.

— Хороший подход, одобряю, — я замялся, не зная, что сказать.

Ужасно не хотелось покидать кухню, а главное, столь очаровательную повариху, и отправляться корпеть над чертежами в безмолвной пустоте гостиной.

Но и повода остаться я не видел, темы для разговоров внезапно и вдруг покинули голову, и я спросил единственное, что давало мне право побыть тут ещё немного.

— Помощь какая-нибудь нужна?

Спросил, и тут же прикусил язык. Какая помощь с меня, калеки? Но Татьяна окинула меня задумчивым взором, хитренько так прищурилась и торжественно вручила мне нож.

— Держи. Почистить картошку сумеешь? Запеку под майонезом с травами, с мясом будет самое то.

Хвала всем богам, с картошкой я вполне был в состоянии справиться.

Следующие полчаса были одними из самых умиротворённых за последнее время. Я лишал картофель кожуры, Таня сначала возилась с большой кастрюлей, в которой что-то аппетитно побулькивало, потом занялась посудой.