Кир Булычев – Искушение чародея (страница 111)

— Пусто! — крикнул добежавший первым к вездеходу Гуртавцов.

Колокот то ли подчиненному не поверил, то ли от природы был педантом — вскарабкался на борт, заглянул в люк. Подтвердил вынужденно:

— Пусто. И куда они могли подеваться?

— Может, в болоте утонули? — Пак опасливо оглянулся на обступающую холм пустошь.

— Типун тебе на язык! Чего им туда лезть было? Да и разведчики проверяли вроде, нет здесь трясин…

Павлыш тоже осмотрелся. Гигантская «свалка игрушек» на болото не походила нисколько.

— Я же говорил — Гражина в лагере. Должно быть, у вездехода двигатель отказал… и связь! Вот они и ушли пешком.

— Не успели бы они дойти, — упрямо покачал головой Колокот. А Гуртавцов вместо ответа нырнул в люк, и вскоре вездеход тихо заурчал.

— Двигатель в порядке, — донеслось из недр машины. — И связь есть. Сейчас лагерь вызову. Саша, как слышимость?

— Вот видите? — Колокот посмотрел на Павлыша, развел руками.

— Но не испарились же они? Если их нет здесь, значит, ушли. Нужно следы искать.

— Какие уж тут следы…

Павлыш хотел возразить, что следы как раз найти будет несложно — каждый шаг раздавленными грибами отмечен. И прикусил язык. Стежка, протоптанная ими с вершины холма, успела исчезнуть. То ли новые «игрушки» выросли на месте погибших собратьев, то ли прежние вовсе не погибли, сумели-таки восстановить форму. Да что там стежка — даже от колес вездехода колеи не было.

Придумать другой способ, как найти пропавших людей, он не успел. Голос разговаривавшего с радисткой Гуртавцова вдруг изменился:

— Эй, что там у тебя происходит? Саша! Что?!

Павлыш, Колокот и Пак рванулись к люку одновременно и чуть не стукнулись головами друг с другом и с вылезшим навстречу им Гуртавцовым. Глаза у механика были круглые, как абрикосины:

— Гражина Тышкевич в лагере! Только что в штабной бокс зашла. Доктора Павлыша ищет.

— Как?! Не может быть! — Колокот вцепился ему в воротник, намереваясь не то выдернуть из машины, чтобы освободить проход, не то втолкнуть внутрь. Все же второе. — Как они успели дойти?!

— Я же говорил, а вы не верили! — злорадно бросил ему в спину Павлыш. И отстранив сунувшегося следом за начальником Пака, забрался в машину.

На экране передатчика было лицо радистки Саши:

— Здесь она, Арсений Викентьевич. Стоит у двери, подходить не хочет. Спрашивает, где доктор Павлыш.

— Гражина, ты меня слышишь? Это Колокот! Что у вас произошло?

— Я не знаю… — послышался из динамиков знакомый голос.

— Как это — «не знаю»?! Почему вы бросили вездеход? Где Ваховский?

— Говорю же — не знаю! Мы осматривали холм на болотах… Не помню ничего больше, отстаньте! Где Слава Павлыш?

— Гражина, я здесь! Все хорошо, успокойся! — Павлыш покачал головой в ответ на растерянный взгляд Колокота. Пояснил вполголоса: — Судя по всему, у нее шок. Возможно, временная амнезия.

— Час от часу не легче… Это опасно? Вы сможете ей помочь? Если мы останемся без гравитационщиков, то экспедицию придется замораживать.

— Для начала мне нужно осмотреть пациентку.

— Да-да, разумеется! Гуртавцов, Пак, — пригоните вездеход. Мы с доктором возвращаемся в лагерь.

В штабной блок Павлыш заскочил лишь на минуту — провести предварительный осмотр пострадавшей. Оказалось, что и это не требуется, осмотрели без него. Отдельной вакансии медработника в бригаде монтажников не предусматривалось, развертывание планетарной станции — это ведь не исследовательская экспедиция, не косморазведка, где люди могут столкнуться с самыми неожиданными проблемами. Виену за предыдущие годы изучили досконально. Следовательно, хватит автоматического медбокса и фельдшера-совместителя. На «Магеллане» Павлыш со своим «полуколлегой» познакомиться не успел. А им как раз и оказалась Саша-радистка.

Активировали медбокс и подключали робота-диагноста в авральном режиме. По инструкции на операцию эту отводилось полтора часа — с тестовым прогоном всех функций. Павлыш и фельдшерица управились за пятнадцать минут. Почти управились — оставалось настроить шлюз и провести дезинфекцию карантинной камеры…

— Доктор, подойдите, пожалуйста, в штабной бокс! — голос Колокота непривычно звенел.

— Что случилось? Что-то с Гражиной?

— Да. И… Александру с собой не берите. Пусть пока там останется.

У центрального купола стояла пятнистая восьмиколесная «черепашка» — вездеход вернулся. А в самом штабе… Павлышу захотелось немедленно ущипнуть себя, чтобы проснуться. Вооруженный анбластом, Гуртавцов охранял внутренний шлюз, загородив проход. Взглянул хмуро на доктора, посторонился, пропуская, и вновь занял свой пост. Но это полбеды! В кресле, передвинутом на середину комнаты, сидела Гражина, бледная, испуганная, а прямо за ее спиной топтался Пак, не менее бледный и испуганный. В руках Пак сжимал тяжелый полевой бластер. И ствол этого совсем не шуточного оружия направлен был точно в затылок гравитационщице.

— Павлыш, скажи им, что это бред! — Гражина дернулась навстречу, и доктор невольно зажмурился, представив, как струя плазмы разносит ей голову. На счастье, Пак не выстрелил. Наверное, оттого, что женщина осталась сидеть.

— Что здесь происходит?!

— Ребята нашли Ваховского, — Колокот кивнул на большой черный сверток, лежащий на полу. — Его засосало в трясину. Вернее, в мох. Нет, не на болоте. Прямо на холме, в пяти шагах от вездехода. Можете взглянуть.

Павлыш развернул пластиковый конверт… Да, содержимое его несомненно когда-то было человеком. Человеком, одетым в полевой защитный комбинезон. Который ни от чего не защитил, а был также то ли растворен, то ли расплавлен, то ли переварен, как и человеческое тело. Даже Короны с их технологиями не смогли бы реанимировать гравитационщика.

— Кто это сделал?

— А вот посмотрите, — Колокот кивнул на экран. — Камеры вездехода зафиксировали. Все, от начала до конца.

— Как тебе этот холм? По-моему, оптимально, — Ваховский медленно поднимался по склону, лениво пиная попадавшихся под ноги микоидов. — И от поселка недалеко. А болото скоро высушат.

— Грунт мне не нравится. Хлипковат, — Гражина подпрыгнула, демонстрируя. Ноги утонули во мху едва не по колено.

— Выжжем мох, и вся проблема. Заодно эту мерзость вычистим, — Ваховский пнул башмаком здоровенный, полметра в высоту и полтора в поперечнике, живой валун, заставив тот треснуть, опасть бесформенной кучей. — При необходимости усилим грунт полимерами. Все равно скальные породы в этих широтах редкость.

Гражина засмеялась.

— Грибы тебе чем мешают? Они безвредные. Подожди, скоро их готовить научатся, будет туземный деликатес.

— Тьфу! Выжечь, засеять нормальной травой и цветами. Деревьями нормальными засадить! А для любителей экзотики оставим заповедник, пусть радуются.

И засадил башмаком по синеватому конусу, обсыпанному бисеринками…

В этот раз закончился пинок иначе. Нога гравитационщика провалилась внутрь гриба, и дальше — в мох. Мужчина не удержал равновесия, упал на четвереньки. И продолжал проваливаться! Пяти секунд не прошло, как красно-белый комбинезон исчез, захлестнутый пленкой мха.

— Стефан!

Замешкавшаяся от неожиданности, Гражина бросилась к помощнику, споткнулась на первом же шаге о ставшие твердыми, неподатливыми микоиды. Упала… И утонула, успев лишь вскрикнуть напоследок.

— Это не все, — пообещал Колокот. — Самое интересное впереди.

— Бред… — тихо прошептала со своего места гравитационщица. — Полный бред…

Минут пять на экране не происходило ничего. Единственно затоптанные и раздавленные людьми грибы медленно засасывались в мох, уступая место собратьям. Среди этого неторопливого движения Павлыш не сразу выделил вспучивающуюся кочку. Еще один гриб, просто крупный.

Это в самом деле был микоид. Бело-розовый шар с полметра в диаметре. Но выбравшись из моховой колыбели, он не успокоился. Принялся менять цвет, форму. Павлышу вновь захотелось ущипнуть себя — и побольнее! На склоне холма сидел на корточках человек, одетый в желто-зеленый комбинезон. В точности такой, какой носила Гражина…

Женщина выпрямилась. Расправила плечи, повернула голову, открыла глаза. И вдруг одним немыслимо быстрым прыжком исчезла с экрана.

— Вот теперь все, — объявил начальник смены. — Через десять минут вы встретили ее у катера.

— Это бред, — опять подала голос гравитационщица. — Колокот, в чем ты меня подозреваешь? В том, что я убила Стефана? Или в том, что я — гриб?!

— Может, и бред. Только один мой сотрудник погиб, а второй не желает ничего объяснять. Зато видеозапись объясняет больше, чем надо.

— Я не могу ничего объяснить, я уже говорила! Последнее, что помню, как мы осматривали тот холм. Как попала в лагерь — не знаю! Ты что, мне не веришь? Сколько лет мы знакомы? Шесть?

— Я знаком с Гражиной Тышкевич. И ей я, бесспорно, поверил бы, — Колокот смотрел не на гравитационщицу, а на Павлыша. — Доктор, вы можете взять анализы, тесты какие-нибудь провести?

— Идентифицировать, — подсказал Пак.

— Да! Идентифицировать, кто она такая.

— Разумеется, я могу провести полное обследование ее организма. Но, честно говоря, я не понимаю, что искать. Вы всерьез полагаете, что человека можно подделать?

— Но мы же создаем биоформов! А Короны вообще любой организм сконструировать могут.